Глава 8
Поэтому, засыпая в субботу вечером, я твердо решила: в воскресенье буду спать столько, сколько влезет, хоть до самого вечера. Тетя Люба, дав мне парочку ценных указаний по работе в саду, вновь укатила, на этот раз в Москву, в гости к бывшей однокласснице на целую неделю.
Плотно закрыв окна кружевными занавесками, я безмятежно досматривала третий сон. Может быть, скоро встану, согрею себе чаю, позавтракаю пирожками, которые перед отъездом напекла радушная хозяйка, и снова лягу спать. А может, и не буду вставать вовсе Просто буду дрыхнуть до обеда. Никакого шума машин за окном, тихо, свежо, хорошо Нет, все-таки есть в сельской жизни свои огромные плюсы.
Однако уже в девять утра меня разбудил бесцеремонный стук в дверь. Стучали громко и настойчиво.
«Почтальон, наверное» догадалась я. «Может, письмо принес от Макса из Ленинграда? Неделю назад я ему отправляла. И Лиде надо бы весточку черкануть. А может, и сама к ней наведаюсь в следующее воскресенье. Надо повидать подружку».
Зевнув, я встала с кровати, одернула ночную рубашку, нашарила тапки и потопала к двери. Уже по сложившейся сельской привычке я открыла дверь, не спрашивая: «Кто там?», и почти сразу же об этом пожалела.
Долго открываешь! недовольно сказал пришедший и, обдав меня запахом немытого тела и оттиснув в сторону, протопал в сени. Разуться аль так проходить?
Разувайтесь пробормотала я, спросонья ничего не поняв. Однако приглядевшись внимательнее, я узнала вошедшего, и от хорошего настроения не осталось и следа. Это был не почтальон.
Ба! воскликнула я. Неужто Шильдик?
Гвоздик, хмуро поправил меня мужчина. Никита. Имя ты, надеюсь, не забыла. И я уже давно не Гвоздик. Я Кислицын. Я не стал обратно менять фамилию после развода.
Передо мной стоял не кто иной, как мой бывший муж. Точнее, не мой, а настоящей Дарьи Ивановны Кислицыной. К бывшей продавщице Галочке он не имел ровным счетом
никакого отношения.
Этого мужчину я видела всего второй раз в своей жизни. Я никогда не была за ним замужем. Просто когда-то давно настоящая Даша совершила ошибку, связав свою жизнь с человеком, который совершенно ей не подходил. Видимо, просто решила, что засиделась в девках и уже «пора». Все подруги уже давно повыскакивали замуж, а некоторые даже во второй или в третий раз.
Никита Гвоздик был приятелем несостоявшегося поэта Жени, соседа Даши, трудился кочегаром в котельной и так же, как и Женя, писал совершенно бездарные стихи, что-то вроде:
Горы денег Даше были не нужны ей хотелось простого семейного счастья, и она искренне надеялась, что она обретет его с Никитой. Однако спустя некоторое время Дарью Ивановну стали одолевать сомнения в правильности сделанного ею выбора. «Вот-вот» все не наступало. Гвоздик стал попивать и прогуливать работу, да и тяготила она его: в котельную он оформился, только чтобы его не прижучили за тунеядство. Это сейчас хочешь работай, хочешь не работай, а тот факт, что трудоспособный гражданин по какой-то странной причине сидит дома, мог вызвать вопрос на какие средства он существует? Может быть, есть какие-то нетрудовые доходы?
В итоге Никита вообще перестал работать и засел дома, наплевав на обязанности по содержанию семьи. Формально он продолжал числиться в котельной, но вместо него там работал его другой приятель. Никита же проводил все время за написанием виршей и горячими спорами со своим приятелем Женей на кухне о бренности бытия, а еще всенепременно требовал от Даши горячего ужина и чистых носков. Обоих бездельников периодически выгоняла с кухни сухонькая соседка Дарья Никитична, тезка Даши, потому что они нещадно курили в помещении. Строгую старушку поэты безоговорочно слушались и, ворча, разбредались по комнатам, но на следующий день все повторялось снова.
В итоге супруги разошлись и, признаться, не без скандала. Гвоздик вернулся к матери. Если бы не Митрич, муж Дашиной соседки Анечки, Гвоздик перед расставанием утащил бы из Дашиной комнаты самое ценное телевизор, на который она старательно откладывала пару лет деньги из учительской зарплаты.
Во время моего прошлого путешествия в СССР и мне довелось познакомиться с этим замечательным персонажем. Какими-то окольными путями он разведал мой адрес, заявился на порог с намерением «возобновить отношения» и не воспринимал отказа. С помощью деликатных (и не очень) разговоров вытурить его не получилось, а скандалить я не хотела еще, чего доброго, станет известно в школе о личных проблемах завуча. Потом хлопот не оберешься судачить будут на каждом углу.
Ретировался «бывший» только после того, как в квартиру пришел мой давнишний приятель Макс, представившийся моим женихом. Гвоздику мы с Максом скормили убедительную легенду о том, что уже давно живем в фактическом браке и наконец решили расписаться. А Верина дочка Лидочка, названная в честь нашей подруги, убедительно сыграла роль дочери Макса «от первого брака».
После короткого, но очень доходчивого разговора с длинноволосым хиппи огромного роста «бывший» исчез и, как я тогда надеялась, навсегда. Но чуда, к сожалению, не случилось, и вот он опять стоял на пороге моего дома, с той же потрепанной дорожной сумкой.