Элизабет, я прошу вас, остановитесь хоть на миг, ради всего святого! мягко произнес он. Скоро у меня закружится голова и вы потеряете своего терпеливого слушателя. Сядьте и расскажите, что именно в предложении декана вас так огорчило?
Немного подумав, она бессильно опустилась на край темно-зеленой кушетки.
Меня все устраивает, профессор Мортель тонкие пальцы продолжают закручивать мягкие волосы в спираль. И не устраивает одновременно. Я понимаю, что эти мысли глупы, но я не хочу ни этого дурацкого повышения, ни дополнительных денег, которыми буквально трясут у моего носа, будто чертовы чеки что-то значат.
Почему же, Элли? он прекрасно знал причину такой двойственной и весьма резкой реакции, но было крайне важно услышать ответ от самой Элизабет.
Потому что тогда я окончательно поверю в реальность происходящего, и мне придется ее принять, та откинулась на изголовье и обреченно посмотрела в потолок.
Мне очень жаль, Элли. Мне действительно жаль, Мортель сочувственно вздохнул и поправил очки: она была, пожалуй, самой чудесной его гостьей за последние годы, и взявший с себя самого слово никогда не привязываться к пациентам врач все же дал слабину. Но вы часть этого мира, так откройтесь ему. Уверен, ему есть чем вас порадовать!
Элизабет встала и вернулась к измерению ширины обильно заставленного вазонами с сочными тропическими цветами кабинета. Казалось, что в ее голове одновременно и полно и пусто рассеянный взгляд сменялся напряженным, но после молодую женщину снова отпускало и она замедляла торопливый шаг.
Мисс Стоунволл, я искренне надеюсь, что за эти месяцы мы стали не просто коллегами, но и друзьями, а поэтому позволю себе дать вам один простой совет примите этот мир, который, как показали недавние события, удивительно хрупок. Вам повезло выстоять, выжить, так почему бы не начать жизнь с начала?
Я бы рада, профессор, Элизабет, наконец, сконцентрировалась на диалоге и отпустила волосы. Но я не уверена, что эта новая жизнь моя. Будто я была рождена птицей, а названа рыбой, и теперь вынуждена пускать пузыри под водой, ведь это так естественно.
Вам все еще снятся эти пугающие сны? Мортель сдвинул брови, и сложил пальцы перед лицом. Я полагал, что последние ночи были спокойными.
Меня хватило ровно на двое суток, дорогой друг, горько усмехнулась Элли из угла. Все повторяется. Все всегда повторяется. Порой я жалею, что меня не вынесли оттуда вперед ногами.
Это удивительно жестокие слова, мисс Стоунволл! слушатель окончательно утратил остатки расположения. Крайне опрометчивые, я бы сказал. Когда вы открылись мне, я, уважая вас как профессионала и коллегу, согласился предоставить свои консультации. Но я решительно не могу вам помочь, если вы сами того не хотите!
Элизабет поспешно подняла руки в капитулирующем жесте: в глазах пронесся испуг мир она не любила, но искренне привязалась к старому профессору и этим встречам.
Прошу прощения, сэр. Я больше не озвучу эту мысль, сделав пару шагов к его креслу, она наклонилась, прикоснулась к плечу своего верного слушателя и заглянула ему в глаза. Просто мне не дает покоя ваша теория.
Элли, голос пожилого мужчины смягчился, и он накрыл своей ладонью ее руку. Это всего лишь глупая догадка, которой безумный старик неосмотрительно поделился с вами после двух бокалов бурбона. Оснований полагать, что травма отразилась на вашей личности, нет снимки и тесты чисты.
Как по мне, профессор, на них все же есть пара темных пятен. Элизабет вернулась на кушетку и, мрачно зевнув, потянулась за своим портфелем. И мне бы очень хотелось пролить на них свет.
Всему свое время, Элли. А пока, если вас так тяготит предложение декана, сообщите ему, что вам нужно время для принятия решения. Уверен, он не захочет вас отпускать, а потому предоставит вам требуемое. Мортель встал и пожал ее тонкую руку. До четверга, мисс Стоунволл. И надеюсь увидеть вас на нашем традиционном полузаконном собрании в субботу.
До четверга, профессор, Элизабет решительно направилась к двери, но в последний момент замерла, И я подумаю насчет субботы, дорогой друг.
Проводив взглядом тонкую фигуру, Иммануил Мортель вновь погрузился в свое кресло. Безусловно, ее растерянность можно было понять, но старый профессор никак не мог взять в толк, почему Элизабет так упорно отказывается принимать подарок судьбы.
Подумать только, еще год назад ее, полуживую и уже считавшуюся потерянной, достали из-под обломков, вытащили с того света и вернули в этот прекрасный обновленный мир. Пара воспоминаний о прошлом небольшая плата за вторую жизнь, и другая бы уже давно целовала землю, пускалась в пляс и возносила молитвы, но Элли Стоунволл, упрямая и непримиримая, продолжала искать изъяны в этом даре небес. Будто дала себе слово, что не начнет жить по-настоящему, пока не поймет, что именно оставила под развалинами той рухнувшей парковки, гостиницы, или под чем там она была похоронена заживо? «Элизабет-Элизабет, так вы действительно потеряете эту прекрасную жизнь».
***
Ее комнату снова несет на себе не самый вежливый великан стены дрожат, а в распахнутые окна врывается холодный ветер. Элизабет резко поднялась в постели и привычным движением дернула выключатель. Мягкий свет приструнил гиганта, и тот вернул спальню на место.