На секунду камера замерла. Вдовствующая императрица сидела с абсолютно непроницаемым лицом и не сводила взгляда с внучки.
- Вот как? - медленно проговорила Фелиция дрожащим от злости голосом - ей изменила выдержка. - Вы отказываетесь продолжать поиски?
- Разумеется, нет! - вмешался военный министр. - Поиски будут продолжены, но чтобы успокоить народ, мы объявим вас регентом регенткой
- Регентшей, - не сдержавшись, подсказала ему Алекс, заслужив один благодарный взгляд и несколько гневных.
- Нет! - Фелиция скрестила руки на груди. - Я отказываюсь участвовать в этом!
- Но ваше высочество
- Мой брат жив. Он заканчивал военную академию в числе лучших, он был на боевой службе и я не верю, не желаю даже допускать мысли, что он мог - Она отвернулась и снова посмотрела в окно. - Продолжайте поиски!
- Как вам будет угодно, - подал голос министр иностранных дел, - но позвольте заметить, что долго скрывать исчезновение его величества не представляется возможным. сегодня-завтра это все просочится в прессу.
- Это - угроза? - Фелиция изогнула бровь. - Вы. Угрожаете. Мне?
- Я - нет. Эта ситуация угрожает всем нам. Последствия вашего решения
могут оказаться фатальными для всего Альвиона.
- И позвольте поинтересоваться, чем именно? - Эдвард открыл дверь и шагнул внутрь.
В гостиной воцарилась оглушительная тишина, в которой эхо шагов императора прозвучало зловеще.
- Мама! - Алекс опомнилась первой. не скованная условностями, девочка кинулась к Эмбер и повисла на шее. - Мамочка!!!!
Ее крик вывел остальных из оцепенения.
- Нед! - Фелиция прошла к брату, гадая, обнять его или же оттаскать за волосы.
- Ваше величество! - министры окружили императора, сэр Тоби попытался присоединиться, но был бесцеремонно отодвинут вместе с креслом. Первый секретарь попытался встать и едва не упал, не поддержи его один из гвардейцев.
- Мамочка, где вы были? Почему вас не могли найти? Почему вы не связались? - все перекрывал звонкий голос Алекс. - Вас и вправду похитили?
- Я Мы - растерялась Эмбер, не зная,что можно говорить, а что говорить нельзя при таком скоплении народа.
- Думаю, мы обсудим это позже,- вмешался император. - В любом случае, госпожа Дарра всего лишь выполняла мои приказы.
- То есть вас никто не похищал? И вы просто не давали о себе знать, потому что - дочь быстро сложила два плюс два. Под ее пронзительным, требовательным взглядом Эмбер не смогла юлить и только кивнула.
- Вот и прекрасно, - Алекс вырвалась из объятий матери. И рванула к двери, чуть не снеся сэра Тоби вместе с его креслом. Джаспер успел отступить. И даже открыл дверь перед маленькой разъяренной фурией, опасаясь, видимо, за сохранность императорского дворца.
- Алекс! - Эмбер, забыв обо всех и обо всём, кинулась за дочерью.
- Научили бы вы свою девочку вести себя в приличном обществе, - скривился министр юстиции.
- Милорд, - прошипела на него Фелиция, что успела прежде всех. - Смею вам напомнить. что этот ребенок был с нами на протяжении всех этих часов и вел себя достойно. Очень достойно. В отличие от многих, - явственно читалось между слов. Лорд Болленброк насупился, но промолчал. впрочем никому до него не было никакого дела.
Эмбер попыталась последовать за дочерью, но ей помешали.
- Подождите, - прошептала Мария-Терезия, едва ощутимо касаясь ее руки. - Чуть позже. Дайте девочке успокоиться.
В мертвой тишине, которая повисле после появления императора и выступления Алекс, она подошла к внуку.
- Ваше величество, - она склонилась в реверансе. - счастлива вас видеть живым и невредимым.
Ее поступок послужил сигналом остальным. Реверанс Фелиции, поклоны Эдвард смотрел на все это, гадая кто же их присутствующих замешан в заговоре. Разумеется, чуть позже он передаст Джону записи, сделанные Селл, по которым можно будет проанализировать поведение каждого, кто был во дворце, но ему хотелось знать уже сейчас. Чтобы понимать, кто из них - его враг. впрочем, что понимать. Друзей среди кабинета министров у него нет.
Император покосился на сестру. Ну хоть в ней можно быть уверенным. Как бы они не ссорились, слова принцессы, сказанные недавно в этой комнате показывали, что она всецело предана брату. А вот Джаспер смог бы он? Эдвард внимательно посмотрел на зятя. Заметив это, тот поднял вверх большой палец, показывая, что рад счастливому завершению треволнений. Затем он подошел к жене, наклонился и что-то шепнул. Фелиция согласно кивнула.
Эдвард мотнул головой, отметая крамольные мысли. Нет, Джаспер слишком хорошо знает свою жену и смог бы предугадать ее отказ стать регентом. Бабушка тоже исключается. Остаются министры и Император еще раз посмотрел на сэра Тоби.
Честно говоря, больше всего ему хотелось, чтобы это оказался именно его секретарь. И он непроизвольно повернулся к Эмбер.
В простой футболке и джинсах, лишенная брони серых костюмов и туфель на каблуках, она казалась настолько хрупкой и беззащитной, настолько юной и желанной, что хотелось выгнать всех, прижать ее к себе - и никогда не отпускать. И как-то не помогали уже мысли о долге перед Альвионом и кабинет министров в полном составе. Но Она смотрела на него с таким отчаянием и ненавистью, что император понял: не простит. Она никогда не простит ему эту ссору с дочерью.