Позвольте, «Товарищ не понимает». А почему именно из нашего физтеха? Разве мало других специалистов, не сумевших стать физиками или математиками и потому подавшихся в инженеры? (Опасливо прячет глаза) Уверен, что очередь у меня будет стоять из таких за консультациями.
«М-да, цельная личность, но в одном он, конечно, прав, людей, действительно, много: пошли сплошным потоком спецы из Остехбюро, других КБ и институтов»
«Практика критерий истины», кажется, так было у Карла Маркса? Нажимаю на звонок вызова «вертухая». Или вы не согласны классиком?
«Молчит, тогда стоит попробовать, надеюсь, что консультации пройдут без мордобоя».
Неплохо Растерявшийся профессор в мятом, порванном в некоторых местах костюме, растерявшись, не сразу пожимает протянутую ему руку.
Отлично. Я Алексей Чаганов, начальник Специального Конструкторского Бюро при НКВД СССР, присаживайтесь, пожалуйста.
Седая всклоченная шевелюра, усы и бородка по моде начала века, большие живые голубые глаза.
Да-да, оживляется мой собеседник. я слышал о вас много хорошего от профессора Сажина и, позвольте, не от вас ли поступили те материалы по германию, что передала?
Да от меня невежливо перебиваю профессора. Я, в свою очередь, хотел бы поблагодарить вас за тот диоксид германия, что вы передали в нашу лабораторию полупроводников. Германий становится очень востребованным элементом. СКБ нуждается в вашей помощи в этом вопросе.
Но чем же я могу помочь вам в теперешнем моём положении? Разводит руками Зильберминц. Пять лет лагерей.
Вот об этом я и хотел бы с вами поговорить. Встаю со стула и начинаю перекатываться с носка на пятку по методу академика Микулина, чтобы разогнать застоявшуюся кровь. В моём СКБ организуется геологическая бригада, в задачу, которой будет входить поиск месторождений германия в СССР и способов его добычи. Работа в этой бригаде заменит вам отбывание срока в лагере, кроме того в случае нахождения вами промышленно значимого месторождения, вы и члены вашей бригады из числа заключённых, будут немедленно освобождены. Я знаю, что вы готовили на этот полевой сезон экспедицию на Донбасс для совершенствования своего метода (прикладываю палец к губам, виде возмущение в глазах собеседника) получения германия из надсмольных вод отходов коксового производства, но пусть этим занимаются ваши ученики. Нам нужен ещё один источник, желательно с большим выходом, где нибудь на Урале.
Я безусловно согласен, в глазах геолога загорается счастливый огонёк. но время потеряно, через две недели, максимум через месяц, надо быть в поле: как найти людей, оборудование?
Напишите, что вам нужно. Я позабочусь об этом.
Профессор с жадностью хватает бумагу и карандаш, протянутые мною, и близоруко склонив седую голову над столом начинает быстро писать.
«Позабочусь легко сказать. Придётся идти на поклон в те же ВИМС, Гиредмет, Нефтяной институт, словом туда, где Зильберминц и работал до ареста».
Вениамин Аркадьевич, вы в скобках пишите где можно достать оборудавание.
Он согласно кивает и вдруг поднимает голову.
Скажите, Алексей Сергеевич, вы меня сейчас заберёте отсюда?
Увы, не могу, вынужден разочаровать его. в тюрьме свои порядке, сейчас уже поздно. А вот завтра после завтрака вас доставят в СКБ, на Большую Татарскую. Вместе поедем по вашим адресам просить приборы. Я позвоню вашей жене чтобы подвезла вам новую одежду.
Присаживайтесь,
гражданка Щербакова. Двинувшаяся было ко мне Люба испуганно замирает на полдороге.
«Надо сразу поставить все точки над и, так будет лучше и для неё, и для меня».
Так, что тут у нас, строчу скороговоркой, не давая ей открыть рта. три с половиной курса ЛЭТИ Любовь Щербакова, а-а так вы сестра Васи Щербакова, моего одногруппника, припоминаю припоминаю. Хорошо, по сути вы без пяти минут радиоинженер. Предлагаю перейти для дальнейшего отбывания наказания в моё СКБ
Слёзы потекли по её щекам.
Согласны? Подпишите вот здесь. Девушка дрожащей рукой берёт карандаш. Всё, добро пожаловать в СКБ.
Нажимаю на кнопку звонка. Люба, не веря в происходящее, пытается поймать мой взгляд, я старательно отвожу глаза.
« так будет лучше и для неё, и для меня»
«Похоже и впрямь Ежов снял наружку, или она стала скрытной»?
Как ни пытался, но никакой слежки за собой, ни в метро, ни на улице заметить не смог. Вдруг возле своей двери замечаю нечёткую тень от детской фигуры, отбрасываемую тусклой лампой. Поднимаюсь ещё на пару ступенек, тень растёт на глазах: знакомая фигура поднимается со знакомого чемоданчика.
Дяденька, пустите переночевать, а то есть нечего, сами мы не местные, погорельцы с Котовска Ощепков радостно улыбается в тридцать два зуба.
Ты чего здесь в такой час? Обнимаю друга и шарю по карманам в поисках ключа. Правда что ли дом сгорел?
Можно и так сказать, грустнеет Паша. попросили освободить служебное помещение в связи с увольнением со службы. Дело прекратили, недостачу я возместил, но из армии попросили в связи с утратой доверия. И Ворошилов не вступился? Вырывается у меня. А что поделаешь, когда тебе выкладывают материалы дела, а в них сумма ущерба красным карандашом обведена? Ощепков берёт в руку чемодан. А может просто принесли ему или его заместителю список с двумя сотнями фамилий, он и подмахнул. «Сегодня же займусь ревизией в СКБ. Назрело, в свете этого случая с реле и особенно с случаем с Пашей: доверился снабженцу-проходимцу, а тот часть получаемой меди продавал артельщикам». -Картина ясная, заходим во внутрь и снимаем шинели (Пашина без петлиц). Ну что, сегодня отдыхай, а тогда завтра с утра на рынок, восстанавливать утраченные навыки. (Паша беззаботно смеётся). Как то жить надо. Или ещё есть вариант: ко мне в СКБ