Вера Пак встретила нас радушно, засуетилась.
Сашка! крикнула она мужу Тут Миша с Мариной пришли! Помнишь, тот самый борец, который
Помню-помню, пробасил Александр, появляясь из кухни с полотенцем на плече. Который с того света вернулся.
Он оказался именно таким, как я и представлял крепкий хозяйственник с инженерной бородкой и цепким взглядом. Рукопожатие как тиски.
А, Михаил! Наслышан, наслышан! Живучий ты, парень! Вера говорила: их дальневосточный колдун тебя лечил
Ага, колдун, усмехнулся я, и вот эта вот фея, приобнял Марину за плечо. Она смущенно заулыбалась.
Да, согласилась Вера, Маринка у нас сокровище, любого на ноги поставит! Ну, проходите, чего в дверях стоять. Чайник как раз свистит.
За столом, уставленным вазочками с вареньем и сушками, я начал осторожный зондаж. Про ДК, про ансамбли, про то, кто сейчас «на волне».
Александр оживился. Оказался меломаном пластинки западные собирал, через фарцу доставал. Сам когда-то на гитаре бренчал.
Талантов хватает, говорил он увлеченно. Градский вот у «Скоморохов» голосина! «Сокол» еще пыхтит, старички А так «Славяне» жару дают! Играют рок-н-ролл не хуже англичан, без дураков. И на своём оборудовании, самодельном!
Самопал? я изобразил вежливый интерес.
А то! Энтузиасты везде есть. На радиозаводе усилки спаяют, на мебельной фабрике колонки склеят! Клавишник у них гений! Из старой немецкой фисгармонии сделал такой орган, что «Хаммонд» отдыхает! Вот где ребята ищут себя!
Я внутренне скривился. «Ищут себя» Тоже мне, диогены с гитарами. Этих энтузиастов потом не переспоришь, у них на все свое мнение. Мне нужны исполнители, а не творцы.
Александр, а вот я постарался придать голосу максимум равнодушия, нет ли там ребят попроще? Которые не столько ищут, сколько играют? Ну, может, на танцах где, или в ресторане подрабатывают? Лабухи, одним словом.
Александр посмотрел на меня с удивлением.
Лабухи? Зачем тебе лабухи? Они ж по нотам шпарят, что закажут, души в них нет. У нас таких в ДК не держат. Разве что он поскреб бороду. Есть один Юрка Ефремов. Гитарист. Руки золотые, но любит это дело. По кабакам халтурит часто. У него вроде и ансамбль свой есть, ресторанный.
Вот! я постарался скрыть свое оживление. А можно
как-то познакомиться? Послушать?
Легко! Александр хлопнул себя по колену. В эту субботу приходи в ДК. У нас там вечер самодеятельности, но Юрка обещал заглянуть после своей «халтуры». Познакомлю. Парень он тертый, может, и сговоритесь.
Ещё в школе в пятом классе Юра научился тренькать на гитаре песенки типа: «По тундре по железной дороге» блатные и соло на одной струне.
Потом в старших классах, он, как и все проникся битломанией. На этой почве познакомился с Семеном из параллельного класса. Тот мог, закрыв глаза, проиграть в памяти любой альбом с точностью до царапинки, до пылинки. У него был магнитофон «Яуза-5» с тремя скоростями. Прокручивая композиции в два раза медленнее, чем они звучали в оригинале, он списывал ноты гитарных пассажей битлов, которые на обычной скорости казались ему недосягаемыми. Так оказалось разъято на составляющие всё битловское наследие и не их одних. Все, что списывалось с «Яузы», составило их творческий багаж.
Тетради, учебники, портфели, детали одежды и открытые участки тела были изрисованы гитарами, Битлами и исписаны названиями их песен. Что-то недосягаемое, непреодолимо-манящее содержалось в самой форме электрогитары, в битловских водолазках, в их прическах.
Конечно же они с другими школьными друзьями создали ансамбль. Бренчали на гитарах стучали в пионерские барабаны и даже какой-то электроорганчик имелся. Их звали играть на школьных вечерах.
Все хорошее заканчивает. После окончания школы по настоянию родителей-геологов Юрка пробовал поступать в МГРИ, но несмотря на отсутствие конкурса, провалился на экзаменах и загремел под фанфары в Непобедимую и Легендарную.
Во время службы в армии музыкальный бэкграунд пригодился, его кое-как поднатаскали извлекать несколько звуков из тубы большой басовой трубы, и на разводах Юрка с важным видом надувал щёки. Когда из батальонного ВИА ушёл на дембель бас-гитарист, Юру, за неимением лучшего, взяли на его место.
Вернулся в шестьдесят восьмом с расшатанными нервами, но несломленным хребтом.
Родители впихнули его на рабфак Геологоразведочного отучится, человеком станет.
Все началось, когда в конце шестьдесят восьмого Юрка случайно встретил школьного приятеля. Приятель выглядел импозантно в наглаженном костюме и при галстуке. Как оказалось, он работал в «Московских зорях» конторе, державшей монополию на свадебные торжества. От него Юра узнал главное: в музыкальных ансамблях обслуживающих свадьбы всегда есть работа. Многие не выдерживали этого конвейера чужого счастья бесконечных тостов, пьяных танцев до упаду, «Сиреневого тумана» на бис. И как раз сейчас где-то в городе умирала свадьба без бас-гитары. Юра прыгнул в эту лодку, даже не раздумывая, куда она его понесет.
Первые же «чаевые» мятыми рублями и первая рюмка «с молодыми» определили его судьбу. Рабфак отправился в мусорную корзину, а сам он нырнул в котельную единственное место, где можно было работать сутки через трое и не сойти с ума.