Сергей Лютиков
был, по словам Натальи Дмитриевны, «совершенно неуправляемой особью». Не человеком и не ребенком, конечно.
Еле-еле тянет учебу на тройки, деланно вздыхала Наталья Дмитриевна. Портит нам, понимаете, всю статистику. На замечания или огрызается, или молчит. На днях зарплату выдавали, так он, мерзавец этакий, пробрался в учительскую вечером, когда никого не было, да и свистнул кошелек у нашей Агриппины Кузьминичны. У нее от расстройства аж сердце прихватило, скорая увезла. Я его вчера вызывала на разговор. Никакого, понимаете ли, отклика. Глаза пустые, смотрит в пол, на контакт не идет. Даже линейкой пригрозила отходить по рукам ноль реакции.
Я мрачно вздохнула. Да уж, педагог из Натальи Дмитриевны, честно говоря, такой себе. Ее статистика волнует, а не человек. Пригрозила отлупить линейкой и без того зашуганного парня и еще удивляется. Мои размышления прервал громкий звонок.
Ваша задача на сегодняшний день поговорить с этим резко хлопнув рукой по столу, Наталья Дмитриевна встала и направилась к выходу. Остальные преподаватели, явно тяготившиеся происходящим и радостные, что публичное обсуждение деяний малолетнего преступника закончилось, тоже поднялись со своих мест, шумно переговариваясь. Им на грехи Лютикова было, в общем-то, совершенно начхать. Вздохнув, я взяла со стола классный журнал и пошла проводить свой первый в жизни урок.
Глава 9
Потом на переменках особо впечатлительные барышни трепетно переписывали это письмо и тайком передавали объектам воздыхания. Прыщавые сутулые объекты, только вступившие в пору пубертата, как правило, слабо понимали, чего от них хотят барышни, и шкерились от них в мужских туалетах. Как правило, ни к каким последствиям эти объяснения не приводили. Потом школьники переходили к изучению другого произведения, и любовные драмы прекращались, едва успев начаться. Первые пары в нашем классе образовались, кажется, только на выпускном вечере в десятом классе.
Урок уже начался, а я никак не могла заставить себя совершить простое действие: открыть дверь и войти. Сердце сумасшедше колотилось, ноги будто стали ватными, земля словно уходила из-под ног. Приложив ухо к двери, я прислушалась. Оттуда доносился неразборчивый шумный гвалт.
«Давай, Галочка, она же Дарья Ивановна, дыши ровно, успокаивайся, вдох-выдох, вдох-выдох, вспоминай дыхательные практики», говорила я себе, параллельно припоминая все когда-то прочитанные способы приведения нервов в порядок в стрессовой ситуации. Кажется, для снижения градуса стресса сделать несколько простых упражнений: пройти пару остановок пешком, пробежаться по лестнице
Однако сейчас я все это сделать точно не успею слишком мало времени. Звонок прозвенел, коридор опустел, только вдалеке спешила к кабинетам парочка опоздавших школьников. В коридоре стало непривычно тихо. Как будто бы тут всего минуту назад не стояли дикий гвалт и топот одинаково одетых пионеров.
Так, оттянуть момент начала урока я точно не успею. Тогда, может быть, помогут дыхательные практики? Кажется, их рекомендуют психологи. Когда я работала в магазине, то нередко к ним прибегала. Стоит, к примеру, перед тобой синяя морда и настойчиво требует отпустить банку «Охоты крепкой» по акции. Всего сорок девять рублей шестьдесят копеек супротив обычных семидесяти пяти рублей. Склады надо освобождать под новую партию товара, вот и руководство магазина и сбавило цену. Объясняешь, объясняешь товарищу, мол, время вышло, приходите завтра, а он стоит, требует, еще и заскорузлым кулачком по ленте стучит. Поначалу я злилась, потом плакала, а потом попробовала включить в себе монаха Шаолиня, и вуаля: научилась спокойно, речитативом, медленно вдыхая и выдыхая, проговаривать в ответ на любую недовольную реплику люмпена, сдабриваемую отборным четырехэтажным матом:
Гражданин, приходите завтра! Продажа алкоголя только до
двадцати двух ноль ноль. Всего доброго1
В советской школе похмельные люмпены, конечно, вряд ли встречаются, по меньшей мере, среди учеников, но я, как ни странно, испугалась. Люмпенов-то за смену у меня бывало два-три. Погалдят, поругаются и уйдут. А тут несколько десятков подростков в пубертате, и общаться с ними придется по сорок пять минут шесть-семь раз в день
Я попробовала сконцентрироваться на вдохах и выдохах и считать на четыре такта Один, два, три, четыре Чуточку отпустило, но я все равно очень волновалась.
Что, Дарья Ивановна, боязно? послышался вдалеке знакомый бодрый голос. Ко мне, почему-то прихрамывая, спешила Катерина Михайловна. Уфф, ну хоть один знакомый человек рядом. Поможет, поддержит
Что случилось? полюбопытствовала я.
Да ногу подвернула душенька, озабоченно ответила новая знакомая, остановившись и с явным облегчением расстегивая замочек на обуви. Уфф как хорошо Туфли новые, чтоб их Подруга уступила по сходной цене. В магазинах такие днем с огнем не сыскать, по случаю выкинули на прилавок, она и ухватила, не глядя, а потом, уже дома, поняла, что они на полразмера меньше. Похоже, и мне они не совсем в пору. Хожу, извиняюсь за сравнение, как в испанском сапожке. А Вы куда так понеслись после утреннего педсовета? Я за Вами побежала, сказать Вам кое-что хотела, да ногу подвернула У меня сейчас как раз «форточка», хотела поговорить.