Он явно гордился тем, что недавно научился выговаривать букву «р».
Не Даша, а Дарья Ивановна! строго одернула его мама и опять заискивающе обратилась ко мне. Вы уж не обижайтесь на него. Тянется он к хорошим людям, внимания ему не хватает. Так посидите? Очень Вас прошу.
Ладно, подумав, согласилась я. Что ж, назвалась Дашей полезай в кузов. В конце концов, в просьбе женщины не было ничего особенного. Бояться неприятностей из-за того, что я осталась наедине с чужим ребенком, не стоит. В коммуналках советские люди нередко проводили больше половины своей жизни. Дети вырастали, дружили, некоторые даже потом создавали пары. Несмотря на периодически возникающие конфликты, люди нередко старались помогать друг другу. Мальчишки и девчонки, проживающие в одной квартире, нередко росли вместе: бегали друг к дружке в комнату, гуляли, праздновали свадьбы, дни рождения, справляли Новый Год Сегодня ты за чьим-нибудь ребенком присмотришь, а завтра соседка твоего в кино вместе со своим возьмет. Сегодня ты за продуктами для бабушки-соседки сходишь, а завтра она с тобой дачными дарами и банками-закатками поделится. Так и выручали друг друга. Окей, присмотрю за Егоркой. Отличная возможность проверить свои педагогические способности.
Ну и ладненько, повеселела женщина и еще раз, уже более настойчиво, протянула мне тарелку с шанежками, будто боясь, что я передумаю. Вы берите, берите. И передав мне руку Егорки, она почти бегом направилась к выходу.
Анна! строго окликнул ее уже знакомый мне голос моей полутезки. Показания счетчиков за сентябрь я подала, кому сколько платить, рассчитала. Там за Вашу комнату и за места общего пользования. До конца месяца денежки на стол положите.
Хорошо-хорошо, Дарья Никитична! уже с лестничной площадки крикнула Анна, захлопнув дверь. Я услышала, как по лестнице быстро-быстро застучали ее каблучки.
Идем? вопросил пацаненок, жадно глядя на тарелку с шанежками.
Идем! решительно ответила я и толкнула дверь. Давай, заходи, гостем будешь! И секрррет расскажешь.
Несмотря на то, что с Дашей внешне мы были похожи, как две капли воды и, кажется, обе любили рукодельничать, некоторые вкусы у нас с ней все же были разными. Рыбникова, я, например, никогда не считала мега-красавцем и его портрет над кроватью уж точно бы не повесила. Для меня он внешне был самым
обычным парнем. Вот обаятельнейший и высоченный Василий Лановой с королевской осанкой и внешностью мачо другое дело. Недаром по этому актеру долгое время вздыхала моя подружка-тихоня Вера, пока не закрутила бурный роман с футболистом сборной СССР. Она даже хранила портрет Ланового под подушкой, в чем ее как-то уличила Лида. Правда, и сама она, влюбившись позже в стилягу, засыпала с его фотографией в руке Впрочем, как говорит Леонид Каневский, «это совсем другая история».
Может быть, пройдет десять или пятнадцать лет, и Даша вступит в кооператив и приобретет свое жилье. А может быть, проживет тут до самого конца девяностых. И такое случалось. Мои знакомые (мать-одиночка и ее взрослый сын), так и не получившие квартиру от государства во времена СССР, долгое время жили в большой тридцатиметровой комнате в центре Петербурга, на набережной канала Грибоедова, прямо возле Львиного мостика. Это была самая настоящая, классическая, огромная коммуналка, в которой при желании можно было без всяких декораций снимать кино про коммунальный быт. Как ни билась моя знакомая, в очереди на квартиру их никто не «подвинул». Она уж было смирилась с тем, что еще долгие-долгие годы придется делить комнату с взрослым сыном, но неожиданно в начале двухтысячных их квартиру под офис выкупила какая-то крупная компания. Так они с сыном, не вложив ни копейки, оказались владельцами небольшой, но отдельной двухкомнатной квартиры в доме-корабле 600-й серии у метро «Пионерская». Вот тебе и «бесплатные» квартиры, которые якобы всем раздавали в СССР.
Егорка явно был не впервые в моей комнате и хорошо знал меня (то есть Дашу). Он уверенно прошагал к кровати, залез на нее, сбросив чешки, и доверительно сказал:
Когда мы с Иркой поженимся, у нас такая же комната будет. Можно я одну шанежку возьму?
Что? изумилась я. Неужто это и был таинственный «секррет»?
Можно возьму?
Да конечно-конечно, торопливо сказала я, протянув ему тарелку. Сейчас чайник поставлю. Ты посиди пока тут. А на ком это ты жениться собрался?
Рассказы о детской влюбленности у меня никогда не вызывали насмешку, скорее, только умиляли и напоминали о том, какими искренними могут быть чувства людей друг к другу. Поэтому мне и в голову не пришло бы потешаться над намерениями будущего первоклассника.
Так на Ире же, как об уже давно решенном деле, сказал Егорка, засунув пальцы в рот и расшатывая, видимо, и без того уже готовящийся выпасть очередной молочный зуб. Я ей и кольцо подарил. Вот хотел тебе рассказать.
На обращение на «ты» я ничуть не обиделась и строжить паренька не стала. Скорее всего, он воспринимал меня не как взрослого человека, а как старшую сестру. Что ж, я не против.
Кольцо? я чуть не выронила из рук на пол тарелку. Я, конечно, понимаю, что в семь лет предложения руки и сердца делаются более чем всерьез, но не настолько же Предусмотрительно поставив ее на стол, я присела на стул рядышком и спросила: А деньги у тебя откуда?