Все это промелькнуло где-то на краю сознания княжича, но он продолжал идти к этой пропасти, испытывая болезненное удовольствие от каждого шага. Да, надо остановиться. Ведь все равно ничего хорошего не выйдет. Надо забыть, вырвать из сердца и памяти. Надо надо но
Онри, идешь? Ки осторожно тронул «кокон», чувствуя под ладонью острое плечо. Как же все-таки чудесно, что ему все еще доступны такие вот простые прикосновения.
Кокон шевельнулся. Одеяло сползло с лохматой и уже довольно сильно обросшей головы. Онри открыл глаза и, щурясь, покосился на слепящий прямоугольник распахнутой дверцы: похоже, последнюю часть путешествия он проспал.
Уже приехали? он потер глаза.
Так мы выходим или нет? тоже оживился Джебб.
Ки вздохнул и кивнул им в сторону лестницы. Джебб и Кун тут же выпрыгнули наружу, потянулись, разминая мышцы, и принялись оглядываться и деловито обсуждать достоинства и недостатки нового места жительства, сравнивая его с предыдущим местом службы. Княжич тоже поднялся и сделал шаг к выходу.
А ты не пожалеешь? вдруг спросил Онри, глядя на него глазами лиса, настороженно принюхивающегося к приманке в глупой ловушке.
У меня нет выбора, печально улыбнулся Ки. Идем?
Он протянул ему руку. Онри многозначительно шевельнул бровями и кашлянул, покосившись на узкую ладонь. Ки торопливо убрал руку. Его обдало жаром: вот опять, опять он не почувствовал границы. А мог бы. Ведь не подал же он руки Куну или Джеббу? Конечно, они оба здоровы, в отличие от Онри, но все же.
Ки снова на мгновение прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Тряхнул головой и вышел следом за друзьями, не оглядываясь больше на Онри.
Их никто не встречал. Точнее, кругом была куча народа: охранники, лакеи, прочая прислуга. Все они вежливо приветствовали юного княжича и услужливо интересовались, не нужно ли ему чего. Джебб тут же не преминул воспользоваться ситуацией, и запасся едой, а также предупредил кухню, чтобы готовили княжичу по три раза на дню да в четверном объеме. Сказано это было таким уверенным тоном, что растерявшаяся прислуга и не подумала спорить.
Друзья миновали общие залы, заполненные работающими людьми, поднялись на второй этаж и уже принялись обсуждать, как бы им побезопаснее вознестись на самую вершину башни, а главное затащить туда Онри, которого Майрали велела лишний раз не подвергать воздействию магии, когда по их барабанным перепонкам ударом тонкого хлыста прошелся радостный окрик:
Ки!
Не успел княжич повернуться, как на него налетело нечто тонкое, гибкое и высокое. Обхватило, закрутило, обсмеяло, рассеяв кругом облако приятных цветочных ароматов.
Лерайя, улыбнулся он, обхватив обеими ладонями прелестную головку и прижавшись лбом ко лбу девушки. Та снова рассмеялась, тоже огладив его по щекам.
Где ты был? звонким голосом поинтересовалась она, терзая уши привыкших было к голосу Ки друзей. Отец давно уже велел тебе вернуться. Я тебя так ждала, так ждала, а ты Сом бесчувственный!
Погоди, остановил он ее словесный поток. Позволь познакомить тебя с моими друзьями. Это Кун Ги, Джебб Пулни и Онри Йорсон ученики Аттарии. Друзья, это моя сестра Лерайя.
Ой! спохватилась девушка, отлепилась от брата и исполнила какой-то сложный поклон. Простите. Приятно познакомиться.
Нам т-тоже, кое-как выдохнул ошеломленный Кун. П-приятно.
Друзья уставились на Лерайю. Сказать, что девушка была хороша значит, ничего не сказать. Все, что в Ки казалось нечеловечески странным, в ней было нечеловечески прекрасным. Высокий рост
и стройная фигура были так изящны, что казались наваждением. Тонкие руки с длинными пальцами все время были в движении, как будто их колыхало волнами. Чертами лица брат и сестра были похожи, как близнецы, но то, что лишь мешало Ки выглядеть мужественным, в его сестре становилось воплощением женственности. Она цвела, как редкая орхидея, и очаровывала, как фея из сказки. Казалось, дунь на нее, и полетит, звеня, во все стороны волшебная золотая пыльца. И только голос никак не вписывался в портрет: тонкий и хлесткий, он бил по ушам. И если голос Ки лишь щекотал ребра, порой отдаваясь где-то в позвоночнике и грудине, голос Лерайи желал раздробить в пыль скелет, а черепушку распилить надвое.
Теперь я тебя еще меньше понимаю, сказал Онри княжичу. Имея такую ослепительную сестру, нужно влюбляться в кого-то подобного, а не В общем, ты понял.
Ки смущенно покосился на Лерайю. Девушка с интересом глянула на странного парня, что в такую жару кутался в одеяло. Подумала пару секунд и вдруг улыбнулась так искренне и неожиданно как и брат, включив в улыбку все лицо, вплоть до ушей что присутствующие непроизвольно умилились.
Скажите мне, что вы не замужем, Джебб не преминул подмигнуть девушке.
Лерайя хихикнула и скользнула за брата, спрятавшись там и стреляя глазками по любопытной с ее точки зрения троице. Княжич запустил руку за спину и потрепал сестру по макушке.
Он шутит, шепнул через плечо Ки. Джебб влюблен в нашего ректора. Безответно.
Лерайя захихикала еще больше: похоже, она была любительницей романтических историй.
Однажды Майрали ответит на мои чувства, уверенно возразил Джебб. Вот увидите.