Нет, не зря, покачал головой Сергий, мамаевы наушники есть в каждом городском посаде. Сейчас они скачут в орду торопятся сообщить, что княжеское ополчение сирое и убогое, плохо вооружено, а потому не опасно. Мамай сразу и не уверует. Но холопы его понеже восхоте услужить, лести патоку в уши ему льют каждый день. Может, возгордится нечестивец и тогда ошибётся. А мы пока наряд ратный ладный войску твоему справим, и встанет дружина твоя пред ворогом вдвое сильнее, чем он думает
Значит, говоришь, мамаевы послушники в каждом городе? потемнев лицом, жестко отозвался Донской.
Радонежский обернулся к князю, поднял глаза и уперся в него немигающим взглядом.
Да ты словно первый год княжишь, голос игумена звучал с укоризной, али забыл ближников своих Вельяминовых?(***)
Последние слова старца выплеснулись великому князю в лицо, словно холодная колодезная вода, смыв красные пятна гнева и превратив кожу в бледный пергамент.
Да помню, Отче!
скрипнул зубами Донской и отвёл взгляд. каждый день помню Да привыкнуть не могу. А сейчас, кажется, любая мелочь может стать решающей.
Успокойся, господин наш, тихо произнёс преподобный. Там, где есть враг, обязательно появится предатель. Рядом с Иисусом всегда будет Иуда, а рядом с Авелем Каин. Такова натура человеческая
Даже тут, в обители?
Даже тут, утвердительно кивнул Сергий. Киновия не рай, населенный ангелами. Здесь обитают такие же грешники, что и в миру. Они далеко не всегда могут совладать со своими страстями.
И что мне прикажешь делать, старче? как-то обреченно вздохнул Донской. Где искать мамаевых соглядатаев?
Достаточно знать, что они есть, и сторожиться откровений собственных, особо в кругу ближнем. Глаза и уши есть даже у стен монастырских. Твои охотники вельми искусны ворога имать да принуждать споведоваться, а тут
Да молчу я, старче, аки затворник, в сердцах махнул рукой князь. Но как быть с тем, что в мошну не спрячешь? Вот они рати, все на виду!
Все, да не все! прищурился Радонежский. Ты, господин наш, сам умеешь показать силы свои малыми, когда они велики, и большими, когда малочисленны. Как мои сторожа уяснят, кто из обители с какой весточкой к кому гонцов направлял, я и сообщу тебе, чтоб ты знал, что твой враг ведает. Надобно бысть впереди на полшага от него. Того достаточно
Увидят гонца от тебя обеспокоятся Спугнём
Не дознаются. Гонец мой привезет Икону животворящую али Псалтырь, али Евангелие. Там и будет послание тебе.
Кого пошлёшь, отче? вздохнул Донской. Всех сторожей и охотников своих мне отдал
Вот его и пошлю, кивнул Радонежский в сторону писаря.
От услышанного у Ивашки похолодела спина, а на лбу выступили крупные капли пота.
Как же так, отче, выждав, когда князья выйдут к войску, прошептал писарь, таращась на игумена, ты же знаешь, что мне сидельцам троицким помочь надоть вода кончается Мне бы обратно
Радонежский присел на лавку, накрыл ивашкину руку своей сухощавой ладонью с крупными синими прожилками вен, наклонился к его уху, коснувшись щеки мягкой бородой, и произнес:
Божий промысел, Ваня, мне не ведом, но знаю точно, что сиднем сидючи, предназначение своё не исполнишь. Воля дана нам, чтобы самостоятельно выбирать наступать или убегать, прощать или мстить, любить или ненавидеть, надобно только что-то делать, не бездействовать. Стоя на берегу, реку не переплыть. Надо ступать туда, где можешь быть полезен более всего и верить, что Спаситель сподобит и подскажет, как быть далее. Слова «неисповедимы пути господни» не просто так даны нам в завет, а для смирения и понимания оных. Мню, восхотев всей душой прильнуть к источнику живительному в святом для тебя месте, разбудил ты силы небесные, возжелавшие показать тебе истоки державы нашей, а вот зачем мне неведомо. Только знаю: абы кому подобное не даётся и возможность такая не представляется. Постарайся понять, что хочет сказать тебе Господь наш, ибо в этом спасение не только твоё, но и всех дорогих тебе людей, а может и Отечества нашего
Боязно мне, Отче, молвил Ивашка сокровенное, паки днесь роспись полковую веду, терзаюсь мыслью крамольной, что место чужое занимаю. Слушаю тебя и страшусь не понять по малолетству и глупости своей Господне предначертание, не оправдать доверие, да еще тебя подвести и всех, кто ждет меня там в грядущем 19 дюжин годков аж подумать боязно Кабы тут Нифонт оказался, он бы точно знал, что делать надобно А я Мню, что мал ещё, сир да убог для свершений дерзновенных. Сколько раз щипал себя, надеясь что снится мне всё! И ты, и князь Дмитрий Иванович, и воевода Боброк Да вот проснуться не получается и чем дальше, тем меньше понимаю, где явь, а где сон? Где прошлое, где грядущее? Что возможно, а что нет?
Радонежский улыбнулся, от его глаз к вискам побежали добрые морщинки.
Пока выбор не сделан, возможно всё, произнёс он твёрдо, Каждый раз глядя в небо, мы видим, какими звезды были сотни лет назад и не представляем, какие они сегодня.(****). Господь всемогущ, а чудо, которое являет он тебе ещё одно тому подтверждение. Надо только понять зачем? Тогда всё остальное окажется справедливым и естественным.