Это всё он виноват! Миссис Ворчунья тыкала пальцем в мистера Ворчуна.
Она меня подговорила! оправдывался мистер Ворчун.
Извините, Нектарин, сказала Мими.
Да, извините, добавил Лучик.
Бывший дворецкий посмотрел на детей и сухо ответил:
Вы не виноваты. С этими словами он развернулся и зашёл обратно в таверну.
Пара, которая ждала апельсиновый сок, неторопливо вылезла из-под своего столика на террасе. Лучик сразу их не заметил.
Уже всё? спросил нервный на вид господин с нервными на вид угольночёрными усами. Обстрел уже закончился? Да, твёрдо заявил Лучик.
Я целился в вывеску, буркнул мистер Ворчун. Нечего было мешаться.
Ясно, сказала спутница черноусого и нервно улыбнулась. Это... ваш слон?
Он мой, ответил Лучик.
Очень красивый. Она подняла стул, который сама же и столкнула на землю, ныряя в укрытие.
Вы правы, гордо подтвердил мальчик.
Боеприпасы закончились, а с ними и веселье. Мистер Ворчун потопал обратно к фургону. За ним, отставая всего на пару шагов, семенила миссис Ворчунья (с Медовым Пряником в руках).
Прекрасно, вздохнул черноусый.
Любой морж позавидовал бы его усищам. На нём были шорты до колен и рубашка с короткими рукавами, сине-белая, в клеточку. Лучик никогда не видел таких волосатых рук и ног, как у этого господина, и ему казалось, что он покрыт не волосами, а мехом.
Худая, миниатюрная дама тоже щеголяла в шортах, только ноги у неё были не волосатые. А что до волос на голове, то они висели тонкими, жидкими, бледными нитями и больше походили на старую мочалку, чем на волосы.
Вы путешествуете с цирком? спросила она детей.
Нет, удивлённо ответил Лучик.
Едете на карнавал?
Нет, а почему вы спрашиваете?
Да просто... поспешно начал объясняться черноусый, у вас слон, птички, фургон и... Он замялся, переводя взгляд с вызывающе-розового наряда Мими на голубое платье Лучика. Яркие костюмы.
Мими рассмеялась.
Понятно. Нет, мы путешествуем с Ворчунами...
Это они бросались в нас чем попало? с тревогой уточнила дама и кивнула на фургон.
Лучик кивнул.
Куда вы едете? спросила дама.
Пальчик тем временем заскучал и, заметив разбросанные по земле бобы, потянулся к ним хоботом. Чтобы добраться до лакомства, нужно было сделать пару шагов вперёд. Так слон и поступил, а фургон дёрнулся вслед за ним.
Оттуда раздалось сдавленное «Ох!» мистера Ворчуна: он упал на миссис Ворчунью.
Тут из «Резвой свинки» вышел Нектарин с чистым подносом и новыми стаканами апельсинового сока. Черноусый и жидковолосая сели обратно за стол.
Рады были с вами познакомиться, вежливо сказала Мими.
Извините за обстрел, добавил Лучик.
Пока, Нектарин! обратилась Мими к бывшему дворецкому.
Удачи, Мими. Удачи, Лучик, отозвался он.
Гости подняли стаканы с соком, и дети вернулись к Пальчику. Лучик забрался на слона, а Мими села рядом.
Кстати, я Марта! заметила дама.
А я Макс, представился её спутник. Пока!
Пока! откликнулись Лучик и Мими.
Они снова тронулись в путь и чуть не задели даму на красном велосипеде. Она отъехала в сторону, и её лимонная серёжка покачнулась в ухе, как спелый фрукт на ветке.
Простите! крикнул ей Лучик.
Велосипедистка оглянулась, и серёжка блеснула под солнцем.
Ерунда, бросила она.
Ворчуны уехали, и в «Резвой свинке» не осталось следов их пребывания, кроме разве что разбитых стаканов, лужиц апельсинового сока, съедобных бобов и несъедобных болтов. Ах да, и ещё свежей, горячей, ароматной кучи слоновьего навоза.
Макс посмотрел на Марту. Марта посмотрела на Макса. Они обменялись натянутыми улыбками и проводили взглядами фургон.
Глава пятаяМолния Макгинти
Ворчуны планировали (если это можно так назвать) добраться до места под названием «Порт Айзека» к ночи четвёртого дня. Их не беспокоило точное время прибытия, и гостиница им была не нужна что само по себе очевидно, ведь они спали в фургоне! Но они непременно должны были туда приехать.
У Ворчунов не было карты, но мистер Ворчун знал, где её достать. И в первый день они отправились в запланированное путешествие к дому дамы с картой. Её звали Молния Макгинти.
Вы бы видели, как они едут в фургоне по загородным полям: впереди вышагивает слон, а за ним тащится нечто уродливое и странное, то, что мы так беспечно называем фургоном, а замыкает цепочку небольшой прицеп для Топы и Хлопа (уши Топы всегда показывают одиннадцать, а Хлопа ровно час). Там, где в каретах обычно сидит кучер, случайный прохожий увидел бы человечка в бочке, который время от времени вскрикивал «ОЗО!» и напевал себе под нос мелодии из шоу для детей, старых как мир. (Это шоу были старыми, а не дети!) * '*
Лучик слабо представлял себе дорогу $ до дома Молнии Макгинти. Накануне вечером мистер Ворчун расписал ему, как туда добраться, когда вся семья ужинала под открытым небом. По полю гулял тёплый ветерок, а у горизонта всё ещё сияло яркое летнее солнце. ОЗО сидел вместе с ними. Мистер Ворчун поставил свой стакан на дно его бочки, опустил взгляд на миску с жарким из белок и жуков, покоившуюся у него на коленях, и спросил:
Видите вдали тот холм, на котором вырезан старый чайник?
Нет, честно ответил Лучик, покосившись туда, куда показывал папа.