Привет, мам, сказал Лучик, потому что всё это ноги, колготки и тапочки принадлежало именно миссис Ворчунье. (На самом деле не она была его мамой. Лучика ей подарили.)
Ты что там делаешь? миролюбиво поинтересовалась миссис Ворчунья.
Я упал, объяснил мальчик.
Мы рассердили мистера Ворчуна-старшего,
начала рассказывать Мими, но её прервала четвёртая... нет, простите, уже пятая тракторная шина, которая неслась прямо на детей. (Я чуть не сбился со счёта.)
На глазах изумлённых Мими и Лучика миссис Ворчунья поймала шину и швырнула её в сторону мистера Ворчуна-старшего туда, откуда она прилетела, одним быстрым движением.
Уи-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и! радостно завизжала миссис Ворчунья.
Бросок был не самый грациозный, но всё-таки впечатляющий. Раздался жуткий звук удара, а за ним последовала цепочка ОЧЕНЬ грубых слов, которые связались в одно длинное. (Будь это мультик, над мистером Ворчуном-старшим непременно появилось бы облачко со звёздами, восклицательными знаками и сердитым черепом с костями.)
Миссис Ворчунья гордо улыбнулась, обнажив жёлто-зелёные зубы.
Будет знать, как кидаться шинами, пыльное ископаемое, проговорила она.
Не забывайте, что мистер Ворчун-старший это не муж миссис Ворчуньи. Это не тот мистер Ворчун, который стащил крошку Лучика с бельевой верёвки, где он висел, прищеплённый за уши, и подарил его жене. Нет, мистер Ворчун-старший это отец того самого мистера Ворчуна.
Как тебе удалось так сильно его разозлить? обратилась миссис Ворчунья к Лучику.
Я спросил, кому он вяжет шарф, ответил мальчик, поднимаясь на ноги и расправляя своё голубое платье.
Когда-то оно было вовсе не его и вовсе не голубое. Миссис Ворчунья отдавала как-бы-сыну свои старые платья и красила их разведёнными в воде синими чернилами, потому что твёрдо знала: мальчики носят одежду голубого цвета.
И почему этот глупый козёл закидал тебя шинами, когда ты спросил про шарф? удивилась миссис Ворчунья.
Потому что он вяжет вовсе не шарф, мама, объяснил Лучик. Я принял это за шарф.
А это оказался свитер для мистера Ворчуна, добавила Мими.
Старый дурак, проворчала миссис Ворчунья. (Мистеру Ворчуну-старшему всегда нравилось делать вещи своими довольно-таки вонючими руками, но вязанием он увлёкся сравнительно недавно.)
Миссис Ворчунья отбежала к невысокой стене, за которой до этого прятались
Лучик с Мими, и попыталась через неё перепрыгнуть. Думаю, вы уже догадались, что произошло. Она врезалась в стену, громко закряхтела и перевалилась через неё головой вниз.
В воздухе мелькнули торчащие вверх ноги в тапочках-кроликах, и миссис Ворчунья исчезла из виду. Лучик с Мими поспешили ей на помощь, но она уже поднялась и опустила подбородок на верхний ряд кирпичей.
Что за дуралей поставил здесь стену? пробормотала миссис Ворчунья.
Тут раздалось громкое «Ха!». Угадали, кто его произнёс? Но никаких пирожков вы за это не получите! Если вы слышите «Ха!», когда с миссис Ворчуньей случается что-нибудь неприятное, можете смело поставить заколку своей лысой подружки на то, что «Ха!» сказал мистер Ворчун. (Нетнет, не мистер Ворчун-старший, а тот мистер Ворчун, за которым замужем миссис Ворчунья. Читайте внимательнее.) Очевидно, это «Ха!» выкрикнул именно он.
Ха! повторил мистер Ворчун и шагнул вперёд.
За ним шли два осла: Топа и её брат Хлоп (или Хлоп и его сестра Топа), которые раньше возили фургон Ворчунов.
Я лишь условно называю его фургоном. Это не новенькая и блестящая машина, купленная в автосалоне «ПРО100 ФУРГОНЫ». Его не построили цыгане и не передавали из поколения в поколения. Не был это и старый, забытый фургон, который заботливо отремонтировал любитель фургонов.
Нет. В этом фургоне жили мистер Ворчун, миссис
Ворчунья, их сын Лучик (украденный), и я точно помню, что уже рассказывал о том, как его построил мистер Ворчун, которому немножко помогал отец (тот самый мистер Ворчун-старший, который любил покидаться шинами). И построили они его из всякой всячины. При виде фургона разумные прохожие обычно убегали прочь, особенно теперь, когда в него был запряжён слон Пальчик.
Да-да, отныне дом Ворчунов тащил слон, а ослы Топа и Хлоп ушли на заслуженный отдых. Теперь они жили в прицепе, который мистер Ворчун построил специально для них, и могли спокойно любоваться окрестностями. Правда, в последнее время семья редко отправлялась в дорогу. Они проводили дни в поместье Великаннов и его запущенном саду, где собрались и сейчас.
Не надо мне тут ваших «Ха», мистер, с издёвкой заявила миссис Ворчунья. (Вы же помните, как мистер Ворчун сказал «Ха»?)
Она схватила первое, что попалось ей под руку, и швырнула в мужа. К счастью, прицел у неё был неважный, и снаряд которым оказалась старая резиновая косточка с пищалкой пролетел мимо цели.
Между прочим, твой отец бросался шинами в Лучика и Муму, добавила миссис Ворчунья.
Мими, поправила её девочка.
Поскольку Ворчуны обосновались на землях поместья Великаннов (где
Мими работала чистильщиком обуви на лорда Великанна, который отправился в тюрьму, после чего поместьем стала управлять его жена, леди Ля-Ля), Мими часто проводила время с Лучиком. Они крепко сдружились, но миссис Ворчунья всё никак не могла запомнить, как правильно произносится её имя.