Ну нам на благое дело денег не жалко, пусть «добрые люди» подавятся!!!
Если бы я была настоящей Изой Градиент, наверное, не смогла бы выслушать всё, что рассказал на «добрый человек», но я Иза Данилова и у меня каменное сердце! Потому что это Я отсидела в каменном мешке 3 года, когда девочка Иза не выдержала и покинула этот мир, и я вам си устрою красивую жизнь!
Так, что-то я отвлеклась, а господин Морда, ну то есть Мордье, конечно, между тем продолжал. От Мары я уже слышала всю историю как они с новым королём «валили» аристократов, которые стояли перед ним в очереди на престол. К слову, граф Градиент был номер 5 в очереди. Меня больше интересовало, что происходило после того, как семья была убита и что случилось с Изабеллой, как ей удалось дожить до суда, почему её оставили в живых, замуровав в Роке.
В общем, Изабелла находилась в пансионе во время «очередьуменьшительной» операции, и поэтому ей удалось избежать смерти, но смерть высокого семейства надо было как-то объяснить и было найдено письмо, в котором Иза якобы давала инструкции наёмным убийцам, как лучше расправиться с её семьёй, кроме родителей в этой истории пострадал старший брат Изы, его жена и их маленькая дочь, кстати, дочь брата не нашли, но посчитали, что она тоже сгинула.
И Изу вырвали из пансиона, и не дав опомниться, осознать горе, оплакать родных, без суда «кинули» в Рок, потому что суд был отложен до наступления совершеннолетия!!! Жуть! Но по словам Мары, Иза была совершеннолетней, я же помню. Но это вопрос я не стала задавать господину Морде.
В общем, какое-то время замок и имение стояли бесхозные, старый управляющий графа, по словам Морды, вор и проходимец, как мог, поддерживал порядок и оставшихся людей. Блин, надо запомнить имя этого достойного человека Том Парселл. Но сразу после вступления герцога Клински на престол Георг Первый (я сразу же назвала его Жорик), господина Морду назначили управляющим, и его стараниями разорённое графство начало восстанавливаться, читай окончательно пришло в упадок. Морда избавился от всех верных старому графу людей, практически пустив по миру больше 100 семей, и устроился, гад, вместе со своим семейством в графском дворце.
На вопрос, а где же теперь все эти люди, Морда, мерзко подхихикивая ответил, что разбежались кто куда, но бо́льшая часть переехала в земли барона Туйского, ближайшего соседа и бывшего сослуживца графа, которому баронский титул достался за верную службу прежнему королю. Голодранцы к голодранцам ха-ха-ха. «Купец» спросил, а как же господин Морда, может ли он стать владельцем, но оказалось, что Морда простак, а поместья могут принадлежать только аристократии.
Как я удержала Рыжего от того, чтобы тот не разбил мерзкую рожу Морды, не знаю. Потому что он то как раз из этих пострадавших от произвола нового короля и его ставленников, потерял родителей, боролся за выживание как мог. Смотрю, а у Рыжего шея побагровела, я-то за спиной стою, ну и уронила вазу, которая сбоку стояла, дорогая, наверное. Вон как Морда завёлся, а я глазами хлопаю и думаю, мне Рыжему по башке палкой, чтобы не подставился или Морду, чтобы память потерял. В общем, обошлось. Обошлось нам в тридцать золотых. Да-а, а чека-то не дали!
Потом у нас с Рыжим (ну вы поняли, что купец и его помощник, это были мы с Рыжим) состоялся военный совет, на котором мы выявили, что надо посетить барона Туйского, искать дочь убитого брата Изы, найти способ выкупить поместье, пока оно не разрушилось окончательно, и таким образом помочь тем, кого незаслуженно прогнали с графских земель.
Я не хотела оставаться ни одной лишней минуты в одном доме с господином Мордье, поэтому с первыми лучами солнца мы уже были готовы ехать дальше. Но господин Мордье, видимо, караулил нас всю ночь, потому что не успели мы выйти, а он уже стоял у нас на пути и с ним несколько крепких парней с дубинками. Оказалось, что господину Мордье не хватило пятидесяти тысяч лир и он решил, что надо увеличить эту сумму. Да-а, к такому произволу мы с Рыжим не подготовились, но у Рыжего был пистолет, который он и продемонстрировал Морде, а я, недолго думая выхватила кошель с золотыми монетами и «лёгким движением» руки изобразила сеятеля монетки сверкая посыпались в пыль двора, вызвав у парней с дубинками непроизвольный хватательный рефлекс.
Рыжий пальнул в воздух, и мы прорвались к нашим лошадям, я достала ещё один кошель и подтверждая афоризм, что «Деньги как навоз: если их не разбрасывать, от них будет мало толку» с криком: А вот кому ещё десять тысяч? Зашвырнула кошель в сторону противоположную нашему выезду. После чего мы беспрепятственно выехали от гостеприимного хозяина, господина Мордье.
Путь наш лежал в земли бароны Туйского. Куда мы решили направиться, с той же легендой: купец и его помощник.
Король Георг Первый был красив, высокий широкоплечий яркий брюнет с синими глазами. Правда, мешки под красивыми глазами короля говорили, что последнее время король явно «злоупотреблял».
Вот и сейчас у короля болела голова и крутило живот. Поспособствовали этому активные возлияния накануне и невесёлые мысли: коронация откладывалась пятый год. А всё Мара, прокля́тая баба думал король. Ну что ей стоило оставить все записи ему.