Профессор сделал паузу.
Гарри молчал.
Я желаю вам добра, Руперт, ласковым голосом продолжал Мессеби. Мы с вами сойдемся! Я попытаюсь спасти вас от суда и ссылки. Кроме того, с вами что угодно может случиться. Вас могут убить на улице во время ареста. Могут отравить в тюрьме. В таких важных делах правительство не останавливается ни перед чем.
«Вот оно что! подумал Гарри. Ты хочешь выманить у меня рецепт!»
Очень вам признателен, господин профессор! Не знаю, как вас и благодарить. Но как вы собираетесь меня спасти? Ведь правительство, как вы сказали, в таких важных делах способно применить любые
средства.
Мессеби внимательно посмотрел на Гарри. На лице у того была написана наивная трусость (он действительно чувствовал себя неважно).
Как же вы наивны! сказал Мессеби. Я сам имею отношение к комиссии. Я мог бы сказать, что ошибся с анализом, что протеин, как оказалось, просто органического происхождения. Как вы понимаете, мне нелегко будет это сделать. Я рискую своей научной репутацией. Чтобы защитить ее, возьмите меня в компаньоны, будем вместе производить «Альбо».
Пауза. Гарри задумчиво осматривает комнату; комната на четвертом этаже выскочить в окно нет никакой возможности. Наконец, он говорит:
Если вы можете мне обещать наверняка, что я не пострадаю, я согласен.
Клянусь вам, чем хотите!
Тогда, господин профессор, подождите две секунды. Я принесу из кладовой реактивы.
Гарри взял реторты и вышел из комнаты. Когда дверь закрылась, профессор вскочил со стула и стал потирать руки. Он едва сдерживался и готов был пуститься в пляс.
Готово! готово! торопливо бормотал он, бегая по комнате, хватая зачем-то книги, швыряя их обратно на место, садясь на стул и вскакивая снова.
Вдруг в двери повернулся ключ, щелкнул еще раз, и Мессеби услышал, как кто-то сбежал вниз по лестнице
Тони надоело сидеть на полу без дела, он вытянулся и хотел заснуть, когда услышал в лесу какой-то шум. Он подбежал к большой дыре в стене, через которую можно было смотреть, но нельзя было выйти, даже плюнуть было нельзя, и выглянул в лес. Казалось, собрались все племена со всего океана. Расходясь, сбиваясь в кучи, они что-то говорили языком и руками, снова расходились, снова сбивались в кучи. Здоровенная сухая тыква, в которой бывает вода или тот желтый пальмовый сок, который пьют во время еды, был перевернута дырой вниз, и на ней стоял какой-то жрец и очень быстро говорил языком и руками. Вдруг он соскочил вниз, кучки постепенно слились в одну большую кучу, над ней развернулись какие-то красные банановые листья, и все племена отправились на войну.
В этот момент дверь распахнулась и вошел отцовский сосед.
«Идем к ним», сказал он рукой, и они вышли на улицу. Они ускорили шаг и догнали передний красный банан. Под ним шли первый и второй отцы Тони.
На флаге было написано: «ДА ЗДРАВСТВУЕТ ВЛАСТЬ СОВЕТОВ!»
Флаг нес Джемс, а рядом, засунув руку в карман с браунингом, шел Мартин. Его рубашка была расстегнута, а из-под нее выглядывал какой-то вытатуированный узор. Сосед с Тони встали во второй ряд и двинулись вместе с остальными.
На перекрестке с тротуара соскочил какой-то черноволосый субъект, перебежал улицу и бросился к флагу. Джемс посмотрел на Мартина тот улыбнулся.
Это Гарри! спокойно сказал Мартин. Иди сюда, товарищ! Из тебя получился неплохой брюнет, добавил он. Как дела с Мессеби?
Я запер его в своей комнате, ответил Гарри. Реторты все уничтожил. Он, вероятно, не скоро начнет звать на помощь. Сначала он попытается поискать реактивы. Что же, пусть немного поищет.
Он предлагал тебе поделиться с ним секретом протеина? спросил Мартин.
Да, ответил Гарри. Ты угадал. Но я больше не хочу иметь дела с хищниками. Я подарю «Альбо» советскому правительству а пока стану с вами под этот флаг.
Мартин крепко пожал ему руку.
Мы еще поговорим с тобой на досуге о том, что обсуждали вчера ночью. А теперь становись позади. Тебе все-та-ки не стоит слишком уж показываться на глаза.
Гарри остановился и пропустил несколько рядов. В ту же минуту дорогу процессии пересек автомобиль. Грубый, как беркширский хряк, пассажир окинул демонстрантов небрежным взглядом, и автомобиль скрылся в переулке. Шрам на лице Мартина налился кровью. Провожая глазами толстую фигуру, он застыл на месте. Из заднего ряда на него кто-то наскочил. Мартин встряхнулся, точно вылезая из воды, и пошел вперед.
В автомобиле сидел Лейстон. Молодой доцент из Высшего института шифрованной телеграммой известил его об изобретении протеина. Лейстон решил самолично купить изобретателя вместе с его препаратом. Кроме того, ему надоело сидеть в Париже. Человек, показывавший штуки за окошком, исчез, и Дюверье еще не нашел другого. Лейстону и в голову не приходило, что изобретатель искусственного белка идет в процессии дикарей. Он направлялся к Мессеби
Демонстранты приближались к сернокислотному заводу. На четверть мили вокруг все железо, все наконечники для стрел были покрыты рыжеватыми чешуйками. Тони при мысли о заводе сразу захотелось чихать. Он забавлялся, наступая на наконечники стрел, ломавшиеся под ногой, словно сухая трава. Из-за рабочих хибар уже показались огромные голые деревья, курившиеся на обрубленных