Предложение было принято.
Также для усиления пехоты взял слово Бонапарт надобно ввести в ее состав полковую артиллерию. Раз французы наступают глубокими колоннами надо валить их ядрами, что пробивают по двадцать рядов!
Передайте пехоте трофейные шестифунтовые пушки: по батарее в каждую дивизию. предложил Суворов. У нас уже достаточно четверть и полупудовых единорогов, для того чтобы насытить нашу полевую артиллерию современными орудиями. Кроме того, надо пополнить нашу конную артиллерию. В Пруссии и Вюртемберге много прекрасных конных заводов, где можно приобрести и верховых, и артиллерийских лошадей.
Согласен! кивнул я. Прежде всего, надо усилить нашу конную артиллерию, а, во-вторых пополнить ряды кирасиров и улан. Также надобно немедленно пополнить запасы колючей проволоки, так хорошо показавшей себя в прошлую войну, электрозапалов и фугасов.
Но как мы будем противодействовать вражеской артиллерии? тотчас спросил артиллерист Бонапарт. Я уже думал над этим вопросом, и имел по этому поводу некоторые идеи.
Надо, во-первых, применять против нее нашу шрапнель. Удачный разрыв шрапнельной гранаты способен поразить расчёт вражеской батареи, сделав ее небоеспособной.Также хорошо должны работать против вражеской артиллерии разрывные удлиненные гранаты. Надобно также практиковать разработанные ранее для крепостной и осадной артиллерии методу стрельбы с закрытых позиций, с корректировкой по телеграфу. У нас есть несколько батарей, умеющих это делать надобно пустить их в дело!
Ваше величество, но это осадные батареи, их орудия очень тяжелы и неповоротливы, и вовсе неприменимы в полевых сражениях!
Так дайте им более лёгкие орудия! Кроме того, что у нас с полевыми ракетными установками?
Пока лишь одна экспериментальная батарея, Ваше Величество сообщил Толь, чьей памяти можно было лишь позавидовать.
Незамедлительно снимайте установки с наших кораблей и ставьте на лафеты! немедленно распорядился я. И расчёты тоже укомплектуйте из корабельных экипажей!
Право же, Ваше Величество, взял слово фельдмаршал Калькрейт стоит ли идти на такие жертвы? Я бы не стал предавать этим якобинцам слишком уж большой роли и значения! Французские военачальники, как известно, сделали себе имя на войнах с австрийцами. Но всем прекрасно известно, что войска императора Франца никогда не отличались ни умениями, ни мужеством. Они бежали даже от турок! Полагаю, мы с французами начнём разговаривать совсем другим языком!
Не стоит предаваться иллюзиям! тотчас же возразил Александр Васильевич. Австрийцы совсем не мальчики для битья. Слабые, трусливые, совсем неспособные не создают империй! Не стоит свысока относиться к австрийцам только лишь оттого, что они потерпели несколько поражений. Они не трусы и не бестолочи нет. Просто они столкнулись с очень сильными, и к тому же «неудобными» им врагами! Нет, господа, не стоит думать,
что Франция это страна-выскочка, чьи успехи на поле боя случайны. Это очень сильные войска, сказавшие новое слово и в стратегии, и в тактике, и нам, чтобы одолеть их, надобно тоже придумать что-то новое! У нас есть, конечно, кое-какие технические новинки, но в целом пока их мало.
Под конец обсудили изменения нашей пехотной тактики. Все пришли к выводу, что надо усиливать такую разновидность пехоты, как гренадеры: в каждый батальон решили ввести войска, вооруженные гранатами. Гренадеры должны будут кидать гранаты через ряды собственной пехоты: для этого они должны идти в разреженных порядках в промежутке между третьей и четвёртой шеренгами войск. Первые четыре шеренги будут вести ружейный огонь, а через их головы будут кидать гранаты. Так наша пехота могла бы получить огневое превосходство над многочисленными французскими бригадами.
Однако выяснилось, что гранаты с чугунными корпусами для такой тактики не подходят! Дело в том, что при разрыва они дают слишком дальнобойные осколки, которые поражают в том числе и наши войска.
К счастью, оказалось, что генерал Бонапарт еще по опыту своей службы на Артиллерийском луге под Охтой знает решение этой проблемы:
Делайте гранатные корпуса из стекла! Стеклянные осколки полетят не так далеко.А в качестве наполнителя подойдет бертолетова соль или селитра, пропитанная нефтью.
Но куда же девать готовые гранаты с чугунными корпусами?
Тут меня осенило:
Приделайте к ним деревянный хвост и выстреливайте их из ружейных стволов.
Так и сделали. Ручные чугунные гранаты переделали в ружейные. Запал остался прежний терочный, но он теперь чтобы он сработал, кольцо зацеплялось перед выстрелом за мушку.Такие гранаты летели дальше на 70100 метров, и таким образом, взрывались так, что не поражали уже осколками наших пехотинцев. Теперь передние ряды вели ружейную перестрелку, а задние выбрасывали ружейные гранаты. Так мы добились мощнейшего огневого воздействия на врага. Конечно, такая система не сработала бы против австрийцев или пруссаков, сражавшихся тонкими линиями, но зато прекрасно подействовала бы на французов с их глубокими батальонными колоннами.
Должна подействовать.
Совещание закончилось. Генералы, переговариваясь, разошлись по своим штабам и квартирам, и лишь Александр Васильевич остался со мною.