Вам стало весело, мсье, от моих слов, обиженно произнес он. Я этого не ожидал.
Ну, друг мой, ответил Мальзонвийер, я тоже не ожидал от тебя такой просьбы. Всегда ли такое встретишь? Честно слово, это просто комедия в духе Корнеля.
Вы продолжаете смеяться, но я вам все же скажу. Вы не знаете, что я пережил с той поры, как узнал Сюзанну. Я вполне готов к женитьбе.
Да ты, мой мальчик, с ума сошел!
Нет, я просто честно прошу её руки у её отца.
Ты что, серьезно?
Очень.
Помолчи. И больше не показывайся мне с видом несчастного пастушка. Ну пойми же меня, друг мой, ведь я просто могу лопнуть от смеха.
Я желаю знать ваш ответ.
Пошел ты к черту, вот мой ответ! Вот ведь какая будет парочка дочь де Мальзонвийера и сын сокольничего!
Не трогайте моего отца! вспылил Жак. Или мне придется дать ответ отцу Сюзанны!
И какой же?
Я его задушу.
И Жак показал это своими поднятыми руками. Мальзонвийер тоже было поднял руку, но быстро её опустил. Этот жест был хорошо понят Жаком: соперник, наконец, не смеялся. Он опустил руки, и лишь лицо его казалось слишком бледным.
Прошу прощения, тихо произнес он. Но вы ведь задели мою семьюХорошо, я не буду добиваться руки Сюзанны. Но скажите, мсье, что мне сделать, чтобы заслужить честь просить вас об этом.
И на глазах Жака выступили слезы. Мальзонвийер, в сущности, был неплохим человеком. Тщеславие затмило в нем справедливость, но не проникло в сердце. Он протянул руку Жаку.
Не горюй, дружок, сказал он, не принимай все так близко к сердцу. Ты говоришь, любишь? Я тоже любил в восемнадцать, ну и что? Считай, все забыл. И ты забудешь.
Жак отрицательно покачал головой.
Да, все так говорят, продолжал отец Сюзанны. И ты тоже так будешь говорить. А что касается СюзанныМногие из благородных семейств добиваются её руки. И что ж, предпочесть им тебя, у которого ни кола, ни двора?
Жак опустил голову. Про слезы мы и не говорим.
Слушай. Сердце папаши не выдержало. Ну, станешь ты знатным и богатым будет тебе рука моей дочери.
Знатным и богатым? Любое эхо звучало бы выразительнее Жака.
Ну да.
Хорошо, мсье, я постараюсь добиться состояния
и благородного звания.
Послушай, эти вещи не приходят быстро. Я не советую тебе жить ожиданиями.
Жак было заколебался, но потом поднял глаза и решительно взглянул на Мальзонвийера.
С Божьей помощью, я надеюсь, мне повезет. Он повернулся и пошел своей дорогой.
Бедный мальчик! пробормотал вслед ему господин Мальзонвийер.
А дорога Жака привела его туда, куда он хотел в угол сада. там он встретил Сюзанну, бродившую с раскрытой книгой, и дрожащим голосом пересказал ей свой разговор с её отцом.
Ваш отец, мадмуазель, (что же, тогда даже сыновья сокольничих так разговаривали с девушками) не оставил мне надежды на счастье. Вы позволите мне сделать все, чтобы его заслужить?
Так вы меня любите?
Я?! Да я готов отдать жизнь за свою сестру Клодину, но Бог меня простит, если я сохраню её для вас.
И я стану когда-нибудь вашей женой!
А я этого обязательно добьюсь!
И они впервые раскрыли друг другу объятия.
Идите и сражайтесь за меня, сказала Сюзанна.
Они обменялись последними обещаниями и расстались.
Жак отправился к Гийому Гринедалю.
Мы любим друг друга, сообщил он, и поженимся.
Отец смотрел в небо на ласточек.
Клятвы в любви Он не отрывал глаз от птиц. Они тоже улетают Но все же следует пуститься в путь.
Казалось, его занимали только ласточки.
Я тоже так думаю, отец.
Тот взял сына за руку.
Мадмуазель де Мальзонвийер слишком хороша для тебя, сынок. Тебе надо отправляться завтра же, не встречаясь с ней больше.
Жак замер в нерешительности.
Так нужно, твердо сказал старший.
Я так и сделаю, ответил младший.
Вечерний ужин за столом прошел в молчании. После прощальных слов отца трое детей отправились спать.
На рассвете семья уже провожала Жака. Пьер и Клодина тихонько всхлипывали. Нечего и говорить, лицо Жака оставалось каменным.
Куда ты направляешься, сынок? спросил Гринедаль.
В Париж.
Отец обнял сына и протянул ему кошелек с золотом. Но сын решительно отвел руку.
У меня есть руки. А золото оставь Клодине. Я накопил пятьдесят ливров. Мне пока хватит.
Тогда отец подал сыну какую-то драгоценность на ленте, которую снял с шеи.
Это тот самый медальон, который ты нашел, сынок, пять лет назад. Найдешь господина, которому он принадлежал, вернешь его. Может быть, это напомнит ему о нашем гостеприимстве. Ну, обнимемся напоследок.
Мужские объятия были сдержанными. А когда дошла очередь до Клодины, та бросилась на шею брату.
За нее, с чувством произнесла она.
Жак вздрогнул.
Да, за нее, повторила она. Это она меня просила.
Жак от всего сердца обнял сестру. И с пылающим в великих надеждах душой отправился в Париж.
ГЛАВА 3. ДОРОГА В БУДУЩЕЕ
Продолжив путь, Жак после ночи, проведенной в Фоканберге, прибыл во Фрюже. Здесь на постоялом дворе он столкнулся с группой местных жителей, бежавших от солдат из армии венгров и хорватов, нанятых испанским правительством для войны во Фландрии. Те рыскали в округе с целью поживиться какой-либо добычей. Жак осведомился у беженцев, далеко ли враг.