В пещере у Маркова
Ausweis ! протянул руку один из жандармов. Анна Ивановна подала ему свой паспорт. Солдат внимательно посмотрел на фотографию, потом ткнул пальцем в Эдика. Und dieser Kerl ?
Er ist mein Sohn. Анна Ивановна подыскивала в памяти немецкие слова. Wir gehen zu meiner Schwester. Sie wohnt im Dorf. Sie ist krank .
Жандарм молча заглянул к ней в сумку, но, кроме полотенца и каких-то таблеток, ничего не увидел.
Патруль ушел.
Ф-фу, как я напугалась. Боялась, тебя обыскивать станут.
Не докумекали. А то бы крышка.
За голенищами сапог у него были спрятаны бинты, хирургические щипцы и скальпель.
Полчаса спустя они уже пробирались по старой мозолистой тропке сквозь заросли желтой акации и орешника.
Ты что, с ума сошел? дернула его за рукав Анна Ивановна.
Это сигнал. Вы меня у входа подождите
Не бойся, сказал Марков, это свой. Вы ведь знакомы?
Немного. Только сейчас Эдик узнал Спартака, лучшего спортсмена с мотороремонтного завода.
В прошлом году Спартак приходил к ним в школу на вечер дружбы. Ты как сюда попал?
Так же, как и ты.
Тебе пароль Нина Елистратовна сказала?
Эдик был немного обижен. Тайка, которую они с Витькой не доверили даже самым близким друзьям, стала известна постороннему человеку. А может, не постороннему: не станет же Нина Елистратовна посылать к лейтенанту кого попало. Помолчав, Эдик сказал:
Я привел врача.
Марков не удивился: видимо, его уже предупредил Спартак.
Вот и славно. Только здесь темновато. Помогите-ка мне лучше выбраться наружу.
При дневном свете кожа на лице лейтенанта казалась голубой. Щеки ввалились и заросли густой русой щетиной.
А я почему-то представлял вас старой дамой и в очках, сказал Марков, здороваясь с Анной Ивановной. Ей-богу.
Маркова уложили на плащ-палатку.
листовку и нахмурился.
Так, сказал он. Подарочек. Вот что, немедленно свяжитесь с городской полицией. Пусть все наличные силы перебросят в город. И в первую очередь туда, где много народу. Всех подозрительных и болтунов брать. Полицейским переодеться в гражданское. Ступайте. Я буду в гестапо!
Слушаюсь! Рахим неуклюже повернулся и вышел.
Колесников стал одеваться.
«Действительно, подарочек, раздраженно думал он. Этот орангутанг еще, чего доброго, наябедничает Винцу, что нашел листовку на моих дверях».
Колесников терпеть не мог своего помощника и про себя звал его орангутангом, что весьма соответствовало истине. У Рахима руки были неимоверной длины и походка обезьянья. Но не только внешность вызывала в Колесникове неприязнь к этому человеку. Начальник «русского» гестапо боялся своего подручного. Рахим отлично владел немецким, и часто Колесников оказывался в дурацком полоясении, когда Рахим и Винц в его присутствии начинали говорить по-немецки. Про что говорят черт их знает, может, о нем?!
На улице Колесников столкнулся с женой Рахима. На ней было желтое платье, усыпанное мелкими коричневыми свастиками.
Гутен таг, господин начальник, пропела она, пристраиваясь к шагу Колесникова. Что же это творится в городе? Эти типы совсем обнаглели.
Вы про что?
Да про листовки.
«Вот скотина, уже протрепался, подумал Колесников о Рахиме. А она теперь всему свету раззвонит». Махмудова работала машинисткой в городской полиции. Там через каких-то десять минут в адрес Колесникова посыплются ехидные шуточки.
Извините, мне направо, сказал он и свернул в ближайший переулок, чтобы отделаться от нее.
Сделав ненужный крюк, он вышел к зданию гестапо.
Несмотря на ранний час, в кабинете Винца уже сидели Фишер и Бибуш.
А, это вы! сухо сказал Винц, не подавая Колесникову руки. С чем пожаловали?
Колесников молча положил перед гауптштурм-фюрером листовку. Винц прочитал ее и покачал головой.
Рас-чудесно, медленно произнес он, поднимая на Колесникова взгляд льдисто-голубых глаз. У меня для вас тоже есть сюрприз. Полюбуйтесь. Колесников взял в руки тетрадную страничку. Что это, по-вашему?
Листовка.
А я думал, праздничное поздравление, съязвил Винц. Вы знаете, кто их распространяет? И где эти люди? Почему они на свободе?
Скорей всего листовки сбрасывают с самолетов, неуверенно сказал Колесников.
А расклеивают их тоже самолеты? Винц порылся в столе и достал еще какой-то листок. Смотрите. Этот плакат с фигой тоже работа красных летчиков? Листовку писали дети. Понимаете, это детский почерк. Немедленно найти этих змеенышей. В конце концов, кто у нас в городе начальник оперативного отдела? Вы или не вы?
Я полагал, что для расследования подобных дел существует политическая полиция ка Университетской, девятнадцать, возразил Колесников. Моя задача выявление подозрительных людей.
Узко мыслите, заметил Винц. Вы должны работать рука об руку с политической полицией. Задача у нас общая: установить незыблемый новый порядок. Отныне и присно и во веки веков! Вам дана власть, так пользуйтесь этой властью!