Сережа, открой, пожалуйста, это Анна. Я никому не скажу. Просто дай мне тебя увидеть и обнять, тихо произнесла девушка и поскреблась в дверь ногтями, как делала это обычно.
Ответа не было. Анна приложила ухо к двери и прислушалась, но ее хороший слух ничего не уловил: ни шелеста портьер, ни скрипа кровати, ни дыхание брата.
Анна в смятении побежала в столовую, в надежде найти маменьку и постараться все разузнать чтобы переубедить её и не наказывать Серёжу, ведь это такое счастье, что он снова с ними. В столовой было на удивление темно. Почему-то сегодня слуги не распахнули темные портьеры и солнечный свет не мог проникнуть в помещение сквозь них. На столе стояли свечи и их тусклый свет едва освещал столовые приборы, приготовленные к завтраку.
Изольда Васильевна сидела в центре стола, ее тарелка была наполнена разнообразной едой, которая с недавних пор в избытке присутствовала в их повседневном рационе. Но графиня не притронулась ни к чему, ее взгляд был устремлён на дверь, словно она ожидала кого-то важного. Вид замкнутой, словно обращенной внутрь себя, маменьки совершенно не соответствовал той счастливой вести, которую подслушала Анна. Девушку это очень встревожило.
Поздоровавшись с маменькой, Анна села и подвинула
к себе тарелку. Есть не хотелось совсем. Анна незаметно смотрела на маменьку, пытаясь собраться с духом, чтобы начать разговор. Но Изольда Васильевна не обращала на девушку внимания, она вдруг закуталась в темную шаль, будто испытывала жуткий холод, который, казалось шел из глубины ее тела.
Маменька решившись, сказала Анна, но тут же замолчала и сжалась от испуга Изольда Васильевна медленно повернула голову в ее сторону. Темные тени под глазами увеличили и без того большие глаза маменьки. Но сейчас они казались безжизненными и смотрели не на Анну, а в пустоту. Вдруг ее лицо исказилось в жуткую гримасу, словно она увидела что-то мерзкое, ненужное, лишнее, а потом опять стало спокойным и безжизненным. Графиня плотнее завернулась в шаль и произнесла:
Наша жизнь изменилась, навсегда. Сергей теперь будет жить у вашего дяди Михаила Васильевича. По совету врачей: ему там больше подходит климат. А ты, та, которая осталась, сегодня же отправляешься в пансион. Собирайся.
Анна была настолько шокирована ее словами, что не успела ничего сообразить, но когда девушка пришла в себя, Изольда Васильевна уже ушла, оставив после себя сладковатый аромат роз.
Ранний подъём в пансионате начинался с водных процедур холодной, как подтаявший лед, водой. Девочки быстро одевались в одинаковые скромные платья, туго затягивали корсет, из-за которого почти не возможно было дышать, и поверх повязывали строгий фартук. Волосы собирали в аккуратную строгую прическу, которая стягивала кожу головы и делала воспитанниц одинаково безликими. Скромный завтрак, не оставлял сытости и постоянно хотелось есть, что так же не способствовало улучшению здоровья. А после проводились занятия по домоводству и благородным манерам, которые не учили ничему новому, интересному и Анне, с ее пытливым умом, было откровенно скучно. Покидать территорию пансионата строго запрещалось, как и любые посещения.
Это был своеобразный закрытый мир, где девушки проживали и обучались под строгим надзором классных дам, получая образование и воспитание, направленное на подготовку их к роли будущих хозяек. Но главным в этой школе была дружба между воспитанницами. Попав сюда с шести лет, почти все они считали пансионат своим домом, а одноклассниц семьёй. Они помогали друг другу привыкнуть к этому миру и выжить в нем.
Анне было очень трудно адаптироваться к строгости этого учреждения. Привыкшая к свободной жизни, Анна с трудом переносила дисциплину, по сравнению с которой распорядок, установленный ее маменькой, казался милой забавой. Но самое главное, она не смогла найти себе подруг среди девочек, ведь Анна попала сюда уже в довольно зрелом возрасте и с тяжёлой душевной травмой. Ее брат пропал, а маменька по каким-то причинам не желала ее видеть и, вероятнее всего, скрывала правду о Сергее от нее. Девушка замкнулась в себе, проводя дни в одиночестве и однообразии, словно птица, которая бьётся в клетке в поисках выхода. Ей так нужно было понимание, забота и правда, но мать, в одночасье исчезла из её жизни, прячась за холодной маской равнодушия и безмолвия.
За все эти долгие года, Анна не разу не получала писем, ее словно все забыли и вычеркнули из жизни. Если с отсутствием вестей от маменьки ещё можно было смириться, то молчание брата вызывала горькое недоумение. Все чаще к ней подкрадывалась мысль, что маменька сказала неправду Сергей не жил у дяди, иначе ее умный брат нашел бы способ сообщить о себе. Он пропал тогда и маменька, по каким-то непонятным причинам, отказалась от его поисков и именно поэтому отправила ее в этот закрытый пансион, чтобы не вызвать подозрений у соседей. Дети выросли и разъехались нормальная ситуация, чтобы все забыли о нашумевшем происшествии. От этой мысли все внутри переворачивалась от страха за брата. Где он? Что с ним?
Днём Анна корила себя, что не смогла защитить Сережу в тот злополучный день. Вспоминая поведение маменьки в их последнюю встречу, Анне казалось, что трагедия с Серёжей случилось именно из-за нее. Иначе как объяснить нежелание маменьки поддерживать с ней отношения