Не знаю, честно, для убедительности я помотал головой. До знакомства с ним я ни разу его фамилию не встречал или встречал, но напрочь забыл. Для меня в будущем он был бы одним из многих советских чиновников. Так-то я даже год смерти Горбачева путаю то ли двадцать первый, то ли двадцать второй. Скорее всего, двадцать второй, они тогда кучно пошли.
Они?
Ну те, кто Союз разваливал. Бурбулис, Шушкевич, Кравчук. Ну и Горбачев тоже.
Бурбулис от России подписывал? как бы между прочим уточнил Валентин.
Нет, он был советником
Ельцина, тот подписывал, но он раньше помер, ещё в нулевые. Ельцин сейчас первый секретарь в Свердловске, вот и Бурбулис тоже где-то там обитает, но вроде бы обычным профессором в каком-то институте. [2] Но их таких как там у вас в ведомстве говорится? Всех не перевешаете? я слегка кривовато усмехнулся.
Понятненько Валентин достал новую сигарету, но прикуривать не торопился.
Сомневаюсь, что вам понятно, зачем-то сказал я. Следующие несколько лет у нас были будут? Не знаю, как правильно, но бог с ним. В общем, времена будут не просто интересными, а очень интересными. Грубо говоря, сейчас тот же Ельцин преданный коммунист, который изо всех сил работает на благо партии и народа во вверенной ему области. А через пять-десять лет это уже видный деятель капиталистического труда. И ведь не скажешь, что он кого-то предал. Просто времена изменились, и он изменился вместе с ними. Были же после Гражданской всякие военспецы, которые царю присягали, а потом большевикам служили не за страх, а за совесть?
Да, пожалуй, бывает и не такое, согласился Валентин. Ладно, подумаем. Уж поверь, определенные возможности у нас есть. Может, что и сможем. Ну а нет
На нет и суда нет, откликнулся я. Простите, но я пойду. Мне ещё с Аллой мириться. Она на меня обиделась.
Валентин посмотрел на меня с некоторым недоумением, но кивнул и махнул рукой в сторону калитки.
Иди. Потом ещё поговорим.
В этом я нисколько не сомневался.
[1] Чемпионство ленинградского «Зенита» в 1984 году действительно было неожиданным тогда в фаворитах ходили Динамо (Киев) (чемпион 1980, 1981), Спартак (Москва) и «Днепр» (чемпион 1983), хотя и относительно закономерным для специалистов. Ко времени действия этой главы (начало июня 1984 года) «Зенит» был в тройке лидеров чемпионата. До конца июня у команды был спад, зато потом они выдали серьезную победную серию и в ноябре стали чемпионами. Ходили упорные слухи, что всё это случилось благодаря товарищу Романову, который очень хотел собственных чемпионов и не жалел для этого денег, но я уверен, что это вранье.
[2] Геннадий Бурбулис до перестройки был завкафедрой некой конторы неясного назначения под названием Всесоюзный институт повышения квалификации специалистов Министерства цветной металлургии СССР в Свердловске. Впрочем, для видных деятелей перестройки и независимой России это, скорее, правило. Чубайс тогда был доцентом Ленинградского инженерно-экономического института, а Егор Гайдар работал в шарашке под названием «Всесоюзный НИИ системных исследований» вместе с Петром Авеном, Олегом Ананьиным и Станиславом Шаталиным. В общем, те ещё специалисты.
Глава 6. Романтиком больше
«Сокол» сейчас был центром районной или даже городской торговли различные магазины, магазинчики и гастрономы оккупировали первые этажи сталинских домов и привлекали толпы народу, хотя был уже вечер, и скоро все эти заведения начнут закрываться одно за другим. Эта Москва по ночам спокойно спала, не зная другой жизни и, пожалуй, не особо её желая.
Мой взгляд упал на вывеску «Звукозаписи»; она была очень скромной по сравнению с висящей рядом «Рыбой», но в эту контору был отдельный вход с дверью со стеклянным окном. Я подошел поближе, убедился, что внутри никого из клиентов нет и вошел в небольшое помещение, в котором было окошко в другое помещение, побольше. За окошком скучал молодой мужчина в джинсовой «вареной» курточке и с начесанными волосами, по которым какой-то мастер аккуратно прошелся перекисью. Он явно читал что-то, спрятанное под прилавком, вне поля зрения потенциальных покупателей.
Привет, сказал я, чтобы привлечь его внимание.
Привет, недовольно буркнул он и поднял на меня взгляд. Чего желаете?
А что можете предложить?
Можно музыкальное поздравление сделать, на гибкой пластинке. Есть большой выбор музыки на магнитофонных кассетах и бобинах, заученно пробубнил он. Прейскурант вон там.
А что-то по моему выбору записать? я чуть понизил голос.
Он быстро оглянулся по сторонам.
А что интересует?
Западный рок. «Слейд», «Ти-Рекс» такого типа.
Глэм-рок, определил парень. Сейчас, подожди.
Он нырнул куда-то
под прилавок, пошумел там и вынырнул с большой общей тетрадкой. Полистал её, нашёл нужную страницу и положил тетрадь на прилавок.
Это был написанный аккуратным крупным почерком список групп и названия их альбомов; среди них были и те команды, что я назвал. Я не был большим любителем именно «Слейда», у «Ти-Рекса» меня вдохновляли вообще две песни, но спрашивать про них было безопасно одни, кажется, ещё трепыхались, а другие давно закончились по причине смерти солиста. Про остальных западных музыкантов я такой уверенности не испытывал, хотя большинство рок-классики к этому году уже было спето и даже забыто.