А дядя Рингельхут стал уже ростом с Конрада, потом с трость и, наконец, так уменьшился, что выглядел не больше карандаша.
Конрад нагнулся, поставил своего крохотного дядю на ладонь и сказал:
Видишь ли, я представил себе, что ты такой маленький, как на той карточке, что стоит у нас на столе.
Что за шутки! рассердился дядя. Сейчас же крикни: «Марш-марш назад!»
Он замахнулся ручонкой, точно хотел дать племяннику тумака.
Зейдельбаст хохотал до слез.
Ну, и сердитый же ты, крошка, оказал Конрад и засунул бедного аптекаря в верхний карман куртки.
Рингельхут старался выбраться оттуда, размахивал ручонками и пищал, пока совсем не охрип.
В это время к ним рысью подбежала Негро Кабалло, и Конрад представил ее президенту.
Очень приятно, сказали оба.
Лошадь хвалила «страну лентяев» за прекрасный клевер. Эта страна безработной цирковой коняге казалась раем земным. Высказав свое восхищение, она оглянулась и удивленно опросила:
А где же наш аптекарь?
Конрад молча показал на свой карман. У лошади от изумления чуть было не свалилась с головы соломенная шляпа. Тогда мальчуган рассказал, как дядя стал лилипутом, как они испугались льва и как толстуха Брюкнер представляла себе умершего дедушку.
Ого, сказала лошадь, эту штуку и я, пожалуй, попробую. Пусть у меня на ногах будут роликовые коньки!
Не успела она договорить, как на копытах у нее оказались две пары роликовых коньков, хорошо прилаженных и пристегнутых.
Негро Кабалло ужасно обрадовалась и сейчас же ловко описала две дуги задом наперед, затем большую восьмерку и в заключение сделала пируэт на правой задней ноге. Это было замечательное зрелище! Зейдельбаст заявил, что если бы он не был так ленив, то обязательно захлопал бы в ладоши.
Лошадь сделала реверанс и поблагодарила за лестную оценку своих талантов.
Дорогой мой, милый мой Конрадхен, умоляюще пропищал дядя, вытащи меня, пожалуйста, из кармана.
Дорогой мой, милый мой дядюшка, передразнил его племянник, мне что-то не хочется.
Нет?
Нет!
Ну так хорошо же, угрожающе произнес Рингельхут. У тебя на голове сейчас же появится водянка, волосы станут зеленые, нос превратится в пуговицу, а вместо пальцев будут вареные сосиски!
Так и произошло На голове у Конрада появилась огромная отвратительная опухоль, поросшая ярко зелеными волосами; вместо носа оказалась большая пуговица от пальто, а на руках болталось десять вареных сосисок.
Вот так чучело! заржала лошадь, а Зейдельбаст поднес мальчугану зеркало, чтобы тот мог полюбоваться на себя.
Дядя Рингельхут высунулся из кармана и с злорадством стал разглядывать плод своего воображения. Он так хохотал, что чуть было не вывалился на землю.
Теперь уже настала очередь Конрада плакать.
Неужели оба вы не могли придумать чего-нибудь покрасивее? проворчал Зейдельбаст. Ну, а теперь, пожалуйста, кончайте эту игру. Подурачились и довольно.
Дядя пропищал
из кармана «Марш-марш назад», и племянник принял свой обычный вид.
Затем Конрад посадил аптекаря в траву и, утерев слезы, нехотя буркнул:
Марш-марш назад!..
В один миг Рингельхут стал таким же, как прежде. Он одернул на себе пиджак и поправил галстук.
Жаль, что я не успел вас сфотографировать, сказал Зейдельбаст, уж очень вы оба были хороши!
Ну что же, давайте собираться, сказала лошадь и нетерпеливо скребнула роликами по земле.
Они тронулись в путь. Зейдельбаст проводил их до границы.
Скажите, много у вас в стране свободного места? спросил на прощанье Рингельхут.
А что?
Да вот, в нашей стране много безработных, которым есть нечего, сказал аптекарь.
Нет уж от этого вы нас, пожалуйста, избавьте! взмолился Зейдельбаст, ваши парни захотят работать, а этого у нас не полагается.
Жаль, жаль, сказала лошадь, и они попрощались.
Дядя с Конрадом уселись на свою роликовую лошадку.
Зейдельбаст, чтобы не утомить себя, кивал им одним мизинцем и крикнул на прощанье:
Помните же, все время прямиком!
Вскоре они увидели огромный средневековый замок. Как и полагается каждому порядочному замку, он был окружен глубоким и широким рвом с водой. Под'емный мост был поднят. На стенах замка было бесчисленное количество зубцов с бойницами и башни, на которых развевались флаги.
Когда я был еще мальчишкой, у меня была точно такая штука, сказал дядя Рингельхут. Правда, мой замок весь помещался на столе, зато у него в окнах была красная глянцевая бумага. Ну, а как же нам туда пробраться?
Надо позвонить, предложил Конрад.
Лошадь подняла его насмех: разве у средневековых замков бывают звонки!
После долгих поисков они нашли у рва маленькую вывеску. На ней было написано:
Попробовать разве на гребешке? спросил Конрад и живо вытащил из кармана свой гребешок.
Погоди! воскликнул Рингельхут. Он сложил ладони рупором, приложил их к губам и протрубил:
Тру-ту-ту-ту-ту! Тру-ту-ту-ту-ту! Тру-ту-ту-ту-ту!
Хотя он был только аптекарем, но трубил совсем неплохо.
Под'емный мост загромыхал и лег через ров. Лошадь быстро вкатилась со своими седоками в ворота замка.
Во дворе стоял старый седобородый рыцарь в золотой броне, опираясь на огромный заржавленный меч.