совершенно новеньких. Стало быть, не всё тут тихо-мирно.
В центре помещения находился тот самый помост, о котором рассказывал водитель: металлическая платформа на четырёх толстых круглых тумбах. Наверх вела широкая лестница и пандус. Платформа примыкала к серой каменной стене, которая выходила из пола и исчезала в потоке. Весьма похоже на скалу, вокруг которой возвели Аквариум. Ну теперь хоть становилось понятно, почему нам пришлось карабкаться так высоко.
На каменной стене, прямо возле помоста висел кусок чёрной, похожей на кожаную, материи. Судя по тому, как ткань вздымалась и опадала, под ней находилось что-то вроде дыры.
- В средние века, - сказал Теодор и пошёл к лестнице. Парни из сопровождения шли следом, но всё время оглядывались на дверь, которую, удя по грохоту, продолжали пытаться вскрыть, - эту скалу называли ведьминой горкой, а дыру - логовом ведьм. Говорили, что из дыры выходили чудовища и утаскивали людей, на поживу ведьмам. По крайней мере, никто обратно уже не возвращался.
- Отличная лекция по истории, - сказал Фёдор и торопливым шагом поднялся на помост, - но послушаем мы её немного позже. Уже на той стороне.
- Те, кто жив останется, - проворковала Вобла мне в ухо. - Ты только на Семёныча глянь! Чисто тебе лимона обожрался. Прям, как ты.
Спорить с ней я не стал: во рту реально кислило так, что даже щипало язык. Тем временем Фёдор подошёл к скале и убрал в сторону кусок чёрной материи. Недоуменно посмотрел на ткань, отпустил и поднёс ладони к лицу. Пожал плечами.
- Такое ощущение, будто она из масла, - парень снова схватил ткань и убрал. Открылась абсолютно круглая чёрная дыра. Внутри - тьма, без просвета. - Ну что же, надеюсь, она ведёт, куда нам надо.
Подошедший Теодор что-то тихо сказал и мотнул головой на сопровождавших нас парней. Ну, тут всё ясно: пустить вперёд кого-то, не столь ценного. Плавали - знаем. Однако Фёдор только криво усмехнулся, отрицательно качнул головой и внезапно прыгнул во мрак дыры. Хлопнуло и всё.
В этот самый момент сирена смолкла, а огни, вокруг двери перестали мигать. Потом что-то заскрежетало, и толстая металлическая плита с диким визгом сдвинулась с места. Похоже, имелся способ открывать механизм вручную. Ну что же, томный вечер ещё не наступил, а день таковым не был с самого начала.
- Валим, - громко сказала Вобла и эта её фраза точно разбудила всех, кто стоял и пялил зенки на черноту ведьминой пещеры.
Парни, перед прыжком, матерились, просто ругались, а некоторые даже молились и крестились. Но все одинаково, сначала швыряли в темноту баулы, после чего всматривались во мрак. Наверное, ждали сообщения о том, что посылка доставлена. И лишь после этого дурацкого ритуала прыгали сами.
Нас оказалось чересчур много, чтобы по-быстрому удрать на ту сторону, а дверь открывалась чересчур быстро. Обернувшись, я увидел, что в образовавшуюся щели уже кто-то пытается протиснуться. Не получилось, человек вылез обратно и скрежет возобновился.
Вобла молча отобрала пистолет (Нет, всё же - автомат) у одного из ещё не успевших перебраться на другую сторону и дала короткую очередь (ага!) по входу. Пули лязгнули о металл, с той стороны завопили, и кто-то шмальнул в ответ. Веселье, мать его! Я, на всякий случай, присел.
- Встань, придурок! - Вобла вздёрнула меня в стоячее положение и снова выстрелила. - Когда сидишь - больше шансов словить маслину в баштан. Мы же на высоте, если что.
Теодор, как раз, пихнул в дыру парня, прибывшего с Фёдором, махнул нам рукой и прыгнул в темноту сам. Остались только мы, с Воблой. В дверь проскользнул тощий парень в чёрном и покатился по полу, ускользая от автоматного огня.
- Пошёл! - Вобла пихнула меня к дырке и пару раз выстрелила в шустрого пришельца. Кажется, кто-то выстрелил в ответ, потому что над головой неприятно взвизгнуло.
Под этот ободряющий звук я прыгнул в вязкую холодную темноту. Ну вот полное ощущение, будто летишь в глубокий колодец. А хотя, хрен его знает: вот именно в колодец я ещё никогда не падал.
Заложило уши, точно поднялось давление, а кожу, не прикрытую одеждой, начало колоть, как будто я попал на сеанс иглоукалывания. В темноте появились синие и красные точки, а похолодало так, что онемел кончик носа и уши. Твою мать, да когда же это закончится?
Внезапно я обнаружил, что лежу, упираясь рожей в холодные колючие кристаллы. Ну, типа льда или снега. Я поднял голову и в ровном голубом свете обнаружил перед собой небольшой сугроб. В сугроб ступили чёрные блестящие ботинки. Ботинки, как тут же выяснилось, принадлежали Теодору Емельяновичу.
Который, надо сказать, выглядел несколько охреневшим.
В башке засела дурацкая мысль, о том, что вот в этот самый раз именно мне положено говорить фразу про: "Добро пожаловать". Даром что ли я сюда третий раз попадаю?
- Ну что же, - отчётливо и тихо сказал Фёдор, стоявший в паре шагов от меня, - Добро пожаловать в Бездну.
Нет, ну это просто нечестно!
2.
Впрочем, все идиотские мысли быстро выдуло из моей башки. Причём, натурально выдуло - холодным, даже ледяным, ветром. Изо рта валил густой белый пар, а уши и кончик носа начали превращаться в кусочки льда. Я огляделся, силясь понять в какую жопу нас занёс ход ведьминой пещеры.