Юрий Погуляй Марат и звезды
Никогда.
И Марат ее не нарушал. Он твердо верил все должно быть учтено. Любая мелочь, упрощающая жизнь, способна уничтожить. Просто потому что ослабляет внимание. Заставляет забыть о деталях. Заставляет расслабиться, чего делать нельзя. Темную сторону нельзя проявлять, будучи неподготовленным.
Правила просты. Не держать игрушки в одном месте, не охотиться в том же районе, и выезжать на гон только в разные календарные дни. Потому что любое из невыполненных условий это подарки для их статистики. В эпоху, когда следователь может раскрыть дело, просто почитав чужие отчеты, необходимо думать о таких вещах заранее. И Марат думал. На небесах стыла ранняя луна, под колесами шелестел ночной асфальт, а в магнитоле играл лучший из людей: Луи Армстронг.
Когда-нибудь, непременно.
В стекло с жутким ударом врезалось какое-то ночное насекомое. Размазалось по невидимой для него преграде. По принесшей смерть пустоте. Какая недобрая судьба. Марат включил дворники, и смыл останки с лобового стекла, а затем лишь поддал газу.
Позади, в городе, осталась жена, двое детей, работа и фальшивая жизнь. Та часть его вселенной, которая никогда не узнает о потаенном Марате. О темной половине.
Никогда.
Ниссан пролетел мимо магазина.
Телефон еще раз тренькнул, связь пропала, и Марат снял ногу с педали газа. Он видел на холме впереди огоньки крошечного придорожного
поселка. Ниссан заполз наверх, и пока он забирался на гряду Марат беспрестанно поглядывал на сигнал телефона. Связи стабильно не было и это внушало надежды. Он притормозил у таблички «Нижнее Ляпово», медленно покатился вдоль обочины, разыскивая какой-нибудь отворот с главной трассы.
И тут увидел дичь.
Та сидела на обочине, боком к застывшему внедорожнику. Сидела на корточках, обхватив себя за плечи и сжавшись. Фары слепили ее, но она не отворачивала странно искаженного лица от автомобиля Марата. Рот ее разинулся в немом вопле, безумные глаза грозили вывалиться из орбит. Марат затормозил, неторопливо открыл дверь, выпустив в теплый вечерний мир звуки Луи.
Марат был уверен, что селянин не видит ночного гостя, но от этого страшного взора стало не по себе.
Правило третье: не уверен притворяйся. Притворяйся, пока не будешь уверен.
Марат встал между машиной и бедолагой. Размял пальцы. В груди приятно заныло, то темный Марат хотел, наконец, начать игру. Начать охоту. Но Марат разумный твердо сказал: «Ждать!»
Глаза парня слепо шарили по черной фигуре. Рот кривился в вопле, но Марат ничего не слышал. По спине пробежался холодок.
У вас что-то случилось? спросил Марат. Тот даже побагровел от немого крика. Он сидел на корточках, свернув голову на бок, и что-то вопил. Что-то беззвучное.
Марат чувствовал, что нотки ему знакомы, однако мелодия скорее отвлекала. Он подошел вплотную к парню, встал рядом.
Ты живой вообще? тот корчился от вопля, будто талантливый клоун-мим. Ау?
Он пнул его и ахнул от злости и боли. По ощущениям нога попала в камень.
С-с-сука!
На глазах мужчины были слезы. Приятное зрелище. Крепкий человек с воровскими наколками на пальцах, с хищным, обветренным лицом рыдал. Его лицо кривилось в беззвучном вопле. Рот разевался, искусанные губы шевелились но Марат по-прежнему ничего не слышал.
Неторопливая мелодия плыла над молчащим поселком, а два человека, разделенные невидимой преградой смотрели друг на друга. Марат осторожно протянул руку вперед, к лицу парня, и пальцы наткнулись на гладкий, холодный барьер. Ему вспомнилось то насекомое на лобовом стекле и звук дворников, смывающих с прозрачной преграды жидкие останки. Уголки губ дрогнули в предвкушении.
Запертый под колпаком человек с сумасшедшей надеждой смотрел на него, но Марат лишь с интересом ощупывал находку. Парень зажмурился, из глаз текли слезы. Губы шевелились. Беспрестанно шевелились. Он умолял о чем-то. Наивно, еще ничего не понимая.
Пальцы Марата пробежались по сфере и прошли между нею и землей. По спине побежали мурашки. Шар, внутри которого скорчился человек, висел в воздухе на высоте нескольких сантиметров от обочины и источал тишину. На фоне далекой патефонной мелодии это зрелище завело
Марата еще сильнее. Губы пересохли от возбуждения.
«Кто тебя выдумал, звездная страна» память услужливо наложила голос на повисшую над поселком музыку. Марат щелкнул пальцами. Несравненная Алиса Фрейндлих, точно-точно! Маленький принц, не иначе.