Яникогда не видел тебя здесь прежде, сказал он.
Откуда ты взялся?
- Из Парагваны, резко ответил Октавио. Здесь я временно. Я встречал тебя несколько раз на площади.
- Из Парагваны, сонно повторил старик. Я видел песчаные дюны Парагваны. Он встряхнул головой и резким голосом осведомился:
- Что ты намерен делать в этом богом забытом месте? Разве ты не знаешь, что у этой дыры нет будущего? Ты просто отметь для себя, куда переселяется молодежь.
- Все меняется, заявил Октавио, усердно уклоняясь от разговора о себе. Этот городок вырастет. Иностранцы скупят здесь кофейные плантации и поля сахарного тростника. Они построят здесь заводы и фабрики. Народ валом повалит в этот город. Люди придут сюда, чтобы разбогатеть.
Виктор Джулио скорчился от смеха.
- Заводы не для таких, как мы. Если ты застрянешь здесь надолго, то кончишь подобно мне. Он положил свою руку на плечо Октавио.
- Я знаю, почему ты забрел так далеко от Парагваны. Ты бежишь от чего-то? спросил он, пристально разглядывая беспокойные глаза молодого человека.
- А что, если и так? неловко уклонился Октавио. Он знал, что не скажет ему ничего. Никто не знал о нем в этом городе. Но что-то в глазах старика тревожило его. Дома у меня было несколько неприятностей, пробормотал он уклончиво.
Виктор Джулио прошел шаркающей походкой к отверстию в хижине, снял джутовый мешок, висевший на ржавом гвозде и вытянул оттуда бутылку дешевого рома. Его руки, переплетенные вздутыми венами, непроизвольно тряслись, когда он отвинчивал крышку бутылки. Не обращая внимания на то, что янтарная жидкость струится вниз по его тощей бороде, он несколько раз глотнул.
- Нам надо многое сделать, сказал Октавио. Лучше собирайся и пойдем.
- Я был молод, как и ты, когда другой мэр назначил меня помощником к одному старику, вспомнил Виктор Джулио. Ах, как я был силен и усерден в труде. Но взгляни на меня сейчас. Даже ром уже не может согреть мое горло. Опустившись на землю, Виктор Джулио искал свою походную трость. Эта палка принадлежала тому старику. Он дал мне ее перед своей смертью. Он протянул Октавио темную, прекрасно отполированную трость. Она сделана из твердого дерева, растущего в джунглях Амазонки. Ее даже сломать нельзя.
Октавио мельком взглянул на трость, а затем спросил с нетерпением:
- Что толку в этой болтовне? Или нам больше нечем заняться?
Старик усмехнулся.
- Мясо замочено уже вчера. Сейчас оно должно быть готово. Оно на улице позади лачуги, в стальном баке.
- Покажи мне, что надо делать с мясом, попросил Октавио.
Виктор Джулио засмеялся. У него не было передних зубов, а оставшиеся желтые коренные зубы выглядели словно два столбика в дыре его рта.
- Здесь и в самом деле нечего показывать, сказал он сквозь взвизгивающий хохот. Я просто захожу к фармацевту, когда надо приготовить мясо. Он поливает его чем-то похожим на маринад. Фактически, объяснял он, ничего сложного в этом нет. Его рот расплылся в широкой ухмылке. Я всегда беру мясо из скотобойни, которое нравится мэру. Он сделал долгий глоток из бутылки. Ром помогает мне войти в норму. Он почесал подбородок. Собаки настигнут меня в один из этих дней, прошептал он со вздохом и вручил полупустую бутылку Октавио. 1ы лучше хлебни немного.
- Нет, спасибо, вежливо отказался Октавио. Яне могу пить на пустой желудок.
Виктор Джулио раскрыл рот, готовясь сказать что-то. Но вместо этого он поднял дорожную трость и джутовый мешок, пригласив Октавио следовать за ним. Увлеченный чем-то, он на миг остановился и взглянул на небо. Оно было ни темным, ни светлым, но каким-то необычно и угнетающе серым, что бывает иногда перед рассветом. Вдали он услышал лай собаки.
- Мясо здесь, сказал он, указывая подбородком на стальной бак, стоящий на деревянном обрубке. Он передал Октавио свернутую веревку. Если ты подвяжешь на спину этот бак, тебе легче будет нести его.
Октавио со знанием дела обвязал веревку вокруг стального бака, поднял его на спину и, скрестив веревки на своей груди, прочно завязал их ниже пупка.
- Это все, что нужно? спросил он, уклоняясь от взгляда старика.
- У меня в мешке есть еще несколько запасных веревок и канистра с керосином, объяснил Виктор Джулио, снова отхлебнув глоток рома и небрежно засунув бутылку в карман.
След в след они зашагали сухим оврагом, который рассекал заросли тростника. Кругом стояла тишина, нарушаемая лишь трелями сверчков и ласковым ветерком, снующим между кинжальных отростков тростника. Виктор Джулио беспокойно вздохнул. У него болела грудь. Он чувствовал себя усталым. Ему хотелось
лечь на твердую землю и лежать здесь, лежать Его взгляд часто возвращался к лачуге, которая становилась все меньше и меньше. Предчувствие охватило его. Конец был близок. Он уже давно знал, что слишком стар и слаб для той работы, которую должен был выполнять. Это был только вопрос времени, поэтому они прислали нового человека.
- Виктор Джулио, идем, нетерпеливо закричал Октавио. Уже поздно.
Город тихо спал. Лишь несколько старых женщин толпилось у церкви. Покрыв свои головы черными платками, они прошли мимо двух мужчин, не отвечая на их приветствия. На узких бетонных тротуарах, пытаясь найти защиту у безмолвных домов, перед закрытыми дверьми, свернувшись, лежали костлявые и ужасные на вид собаки.