Правда, в следующую секунду равнодушие как рукой сняло. Я ахнула и завертелась вокруг собственной оси, как восторженный щенок.
Мы оказались в огромном зале, с невероятной высоты потолками. Наверное, сюда вошел бы какой-нибудь средненький небоскреб, потому что как я ни пыталась, так и не смогла рассмотреть потолок. Он уходил высоко-высоко во тьму, и вместе с ним туда стремились стеллажи.
Миллионы. Миллиарды. Проходы между ними расходились лучами от зала в центре. На каждой полке сотни тонких книг. В каждой история души. Любовь, ненависть, страдания и счастье. Вся наша жизнь, которой мы так дорожим, умещается в тонкую книжечку и теряется среди миллиардов таких же.
Это место напрасно назвали архивом. Это кладбище историй.
На кладбище покоятся мертвые. А эти жизни еще не закончились.
Я старалась не думать, что где-то там есть и моя книга.
Ладно, и как мне найти нужную? Не вижу указателей или лестниц.
Вместо ответа Дэваль потянулся к ближайшему шкафу, вытащил откуда-то из потайного ящичка стопку листов, ручку и протянул мне.
Напиши все, что знаешь об отце. Имя, дату рождения, место рождения, место жизни, любые факты из биографии. Чем подробнее напишешь, тем быстрее найдешь.
Отойдя в сторону, чтобы не подглядывал, я с трудом от волнения и недосыпа голова почти не соображала написала все, что знала об отце. И поняла, что на самом деле не так уж много. Это заняло куда больше времени, чем я ожидала.
Можно ли назвать фактом его любовь к маме, я ведь ее почти не помню?
А ко мне? Может, папа лишь выполнял долг, давая мне столько любви, сколько полагалось давать дочурке-сиротке?
Эй, ты чего застряла? раздался голос Дэваля. Провозишься до утра попадемся.
Ты не хочешь чем-нибудь заняться и не отвлекать меня? огрызнулась я. Можешь, например, почитать дело своей подружки. Вдруг там написано, как правильно за ней ухаживать?
Что прочитать? Какой подружки? Даркблум, ты головой там в Аиде не билась?
Я о Шарлотте. Она, кстати, придет к нам в гости. Самаэль предложил мне устроить вечеринку с друзьями.
А я здесь при чем? Не обольщайся, то, что я с тобой говорю, не значит, что мы друзья. Просто когда у тебя рот занят беседой, ты им не доводишь меня до белого каления. И прошу оценить, как я сейчас мужественно сдержался и не пошутил про занятый рот.
Попрошу Харона привезти тебе шоколадную медаль. Вообще была мысль, что ты решил быть поприятнее, потому что я дружу с Шарлоттой.
Да при чем здесь какая-то Шарлотта?! наконец рыкнул Дэваль, и я даже забыла, зачем вообще сюда явилась.
Вы ведь встречаетесь.
Нет, мы не встречаемся. Кто тебе это сказал?
Шарлотта.
Поздравляю.
Твоя подружка врунья. Под стать тебе. Понятия не имею даже, как она выглядит. Ты все? Написала? Дай сюда.
Пока я стояла открыв рот и пыталась осмыслить, что все рассказы Шарлотты об ее отношениях с Дэвалем ложь, он забрал у меня листок, сложил из него самолетик и запустил куда-то в темноту.
Сейчас он найдет нужное дело, и оно свалится прямо сверху. Обычно на это требуется пара минут.
Зачем Шарлотта соврала?!
И осторожнее шарахайся по темным углам. Неизвестно, что там живет.
Если они не встречаются, то почему Самаэль предложил позвать друзей? Я думала, хочет под благовидным предлогом взглянуть на девушку брата.
Ау-у-у! Дэваль помахал у меня перед носом. Ты уснула?
Нет хотя близка Что?
Я спрашиваю, не хочешь глянуть в свое дело? Может, будешь не такой стервой?
Не буду, не переживай. А что насчет тебя? Есть здесь книжечка с прегрешениями Дэваля Грейва? Дай угадаю, под нее выделили отдельную комнату, потому что в эту не влезла?
Иных здесь нет. За нашими жизнями никто не следит. Ну по крайней мере официально.
Неподалеку, в одном из коридоров, что-то грохнулось.
Иди, кивнул Дэваль, твое.
Я бы ни за что не призналась, что предпочла бы, чтобы он пошел со мной. Поэтому облизнула пересохшие губы и неуверенно двинулась в полумраке мимо полок с книгами.
А если я заблужусь?
Таков план, фыркнула сволочь. Оставлю тебя здесь и представлю все так, словно ты сама сбежала. Будешь блуждать здесь вечно. Умереть-то второй раз ты не можешь.
На средний палец, продемонстрированный ему, Дэваль только отмахнулся и, зевнув, прислонился к ближайшему стеллажу, всем видом показывая, что ему уже надоело тут со мной торчать. И снова из вредности я не стала просить пойти со мной, а решительно двинулась во тьму.
К счастью, я успела увидеть валяющуюся на полу тонкую книжку раньше, чем забыла, как вернуться обратно. Наклоняясь, чтобы поднять папино дело, я чувствовала, как кружится голова от волнения. Постояв несколько секунд, выравнивая дыхание, я поняла, что боюсь ошибиться. Найти там то, что мне не понравится и не позволит оправдать папу. Оказаться перед выбором: воспоминания о любящем отце или жестокая реальность.
Это походило на медленную пытку, и я открыла книгу.
Эй! Это не папино дело!
А? отозвался Дэваль. В каком смысле?
Это дело Харриета.
Того придурка, которому Сэм велел за тобой таскаться?
Он не придурок. И да, его.
Я огляделась, но больше вокруг ничего не валялось.