Мы должны твердо помнить наши роли, сказала горбунья.
Ребенку захотелось, чтобы снова заговорили о нем, и маленькие ручки заколотили по горбу.
Нэн, Нэн, говорило дитя. Грязная Нэн!
Не люблю грязную Нэн!
Тише, золотце, тише, понизив голос, сказала горбунья.
Когда четверка добралась до трактира, начало смеркаться, и это им было даже на руку: при дневном свете они чувствовали себя неуверенно, да и ребенок к тому времени уснул.
Том прошел во двор и отыскал хозяина. В ожидании попутчика трое остальных стояли под вывеской.
Может, не стоило заходить сюда, сказала Нелл. Сделали бы себе постели под изгородью и порядок!
Ничего страшного не будет, пробормотала горбунья. И вообще, чуть свет, мы уйдем.
Наконец Том кликнул их: он стоял вместе с хозяином.
Так это, значит, вы, сказал тот. Две женщины, два мужчины и мальчонка. Вообще-то я не принимаю на постой бродяг и извозчиков. Мой трактир для людей высшего разряда.
Мы заплатим, быстро сказал Том.
Каждый день, приходят-уходят, уходят-приходят, продолжал хозяин. Только что перед вами здесь останавливался полк солдат.
Том вынул кошелек и показал его содержателю трактира.
Платим заранее, сказал он. Мы устали и проголодались. Давайте тут же, не сходя с места, обо всем договоримся.
Хорошо, отлично, согласился хозяин. Что будете есть? Ужин за общим столом обойдется вам в шесть пенсов на человека.
Том бросил взгляд на горбунью, и та сказала:
Нельзя ли нам поесть отдельно. Вообще, мы бы даже взяли отдельную комнату.
Трактирщик почесал в затылке и оглядел усталую четверку.
За все платим, сказал Том.
Тогда все будет устроено. Просьба подождать в общей комнате. Когда еда будет готова, вас позовут к столу.
Они прошли в трактир, а Том с хозяином остались во дворе, чтобы утрясти вопрос об оплате.
В общей комнате уже расположилось несколько человек. Горбунья, поколебавшись, стремительно пошла вперед с ребенком на руках, по бокам от нее шли Нелл и Гастон.
Люди, беседовавшие за столиками у окон, поприветствовали их. Глаза толстой леди, пышно разукрашенной бантами, остановились на ребенке.
Боже, до чего измученный, посочувствовала она. Бедная крошка. И давно она уснула?
Это мальчик.
Значит, не она, а он. Вы издалека?
Из Лондона.
Остальные говорили только о войне, вздыхали о старых добрых временах, когда в стране была тишь да благодать, и во всех бедах винили «француженку». Грузный мужчина с коротко остриженными волосами, купаясь в лучах всеобщего внимания, объяснял честной компании, почему война с роялистами была неизбежна и необходима. К доводам и точности изложения событий
можно было и придраться, но присутствовавшие предпочитали не связываться с оратором.
Королева, будь ее воля, обратила бы всех нас в католиков, вещал он. Вас, сэр, и вас, мадам, и вас, юная леди, и этих, которые сюда только что пришли, даже горбунью с ребенком. Мы бы все здесь были католиками, доведи она свои черные замыслы до конца.
Уж лучше умереть, чем стать католиком, сказал другой мужчина.
Вот для чего, скажите, продолжал первый, в день Святого Иакова эта, с позволения сказать, королева отправляется пешком в Тибурн? Да чтоб отдать честь умершим там католикам! Уж как бы она была рада, если б увидела на виселицах Тибурна нас, протестантов. Уж будь я во время ее бегства в Эксетере, она бы от меня не ускользнула. Я б ее привез живьем в Лондон, она бы у меня поплясала!..
Она же просто злодейка! подала голос одна из женщин. И, говорят, все французы такие.
Ничего, недолго ждать осталось. Скоро мы у себя в Англии разделаемся со всеми королями и королевами. Этой публике у нас здесь делать больше нечего!
Но если даже короля убьют в сражении или потом, сказал толстячок с короткими ножками, у него же все равно останутся дети, которые будут мутить воду.
Я как-то видела принца Чарлза, сказала костлявая женщина.
Уродливый малый!
Ну, может быть, и да, улыбаясь, сказала женщина.
Что вы имеете в виду?
Ну он смуглый, почти как цыган Большой нос и рот тоже Он был всего лишь мальчишка, и все же
Да вы, случайно, не роялистка, мадам? укоризненно спросил грузный мужчина.
О, нет, я бы не сказала. Он был всего лишь мальчишкой. Принц Чарлз И он проезжал верхом через наш город в сопровождении брата, Джеймса. Кажется, это было перед сражением около Эджхилла.
Эджхилл, проворчал мужчина, мы почти что держали в руках этих мальчишек там, в Эджхилле. Если бы только я был там!..
Женщина задумалась.
Нет, на самом деле он не уродлив Особенно, когда улыбается. А он улыбнулся мне и снял шляпу, словно я придворная дама. Со мной рядом стояла женщина, так она заявила, что принц улыбался ей, подумайте только!..
Вас ослепили роялисты! усмехнулся мужчина.
Нет! Только принц, и никто больше. Хотя там были и другие джентльмены: графы, лорды Наверное, их можно назвать и красивьши, но принц Этот мальчик, смуглый и некрасивый мальчик Может быть, все дело в том, что он был всего лишь мальчиком
Как же! сказал мужчина. Его королевское высочество! Теперь ему уже не бывать больше высочеством. Скоро, очень скоро он сам захочет забыть, что был когда-то принцем Уэльским и наследником королевства, которое в нем больше не нуждается. Люди будут стесняться говорить о королях и королевах, в этом уж будьте уверены. Мы выберем себе лорда-протектора, а коли он нам будет не по вкусу, сбросим его и выберем другого. Роялисты! Ха! Хотел бы я им всем поотрывать головы!