Рассказ тринадцатый
МЕТЕОРИТНЫЙ ДОЖДЬ
- Не кажется ли тебе, Нина, что наш Герман окреп? - сказал папа, укладывая бритву в футляр. - Смотри, как он чудесно выглядит.
- Сплюнь через плечо! - крикнула из кухни мама.
Она, конечно, не суеверна, но в некоторые приметы
верит. Особенно в те, про которые в журналах пишут.
- Не зря мы сюда приехали! Не зря! - кивнул головой папа, любуясь моими мускулами. - А какой загар! На юге так не загорают! Красота!
Мама вышла из кухни, довольно улыбаясь. Это она придумала насчет деревни. И насчет трав разных она придумала. Но больше всего моему развитию и папиному здоровью помогал чистый воздух. Даже маминым нервам он помог.
- Вот еще килограммчика по три прибавите, тогда совсем будет хорошо! - сказала мама, жестом приглашая нас к столу.
- Сегодня рано утром с Любовью Степановной встретилась. У колодца. Расстроена до ужаса. А ведь все из-за вас, из-за детей, - укоризненного покачала головой мама.
- Что-нибудь с Вольдемаром случилось? - поинтересовался папа.
- С ним.
- Так что же он сделал? Ногу сломал? Руку? Потерялся или еще что? - расспрашивал папа, но мама не торопилась с ответом.
- Любовь Степановна в полнейшей растерянности. Вольдемар заболел. И болезнь какая-то непонятная: глаза красные, тело в волдырях и говорит не поймешь что. Даже фельдшер не знает, от чего лечить. Я посоветовала настойку из полыни. Или зверобоя.
- Мудро, - не без улыбки сказал папа. - Настойка, особенно из полыни - средство универсальное! Из зверобоя - тоже!
Шутки шутками, а дело-то невеселое. Мы договорились встретиться на речке и - на тебе!
Может, обойдется? Выпьет таблетку-другую, хлебнет настойки и полный порядок! Выздоровел же я! И Вовка выздоровеет. Только бы его раньше времени в больницу не отвезли.
Алешку пришлось долго ждать. Я уже собрался уходить, но услышал его пронзительный свист с горы. В руках он держал какие-то веревки. Через плечо перекинуты вожжи. Значит, предстоят испытания! Не зря бочку на речке оставили.
Новость о Вовкиной болезни огорчила Алешку. Он не на шутку расстроился и пожалел Вовку.
- А как же с Диком теперь? - спросил он.
- Не знаю.
Алешка сбросил с себя веревки.
- Всегда так: только дело наладится и - на тебе, неувязка. Что с ним?
- Не знаю, - пожал я плечами. - Воды он не успел наглотаться. Говорят, у него тело в волдырях.
- В волдырях, говоришь?
- Ну да. И красный.
- Яснее ясного! Знаю я такую болезнь. Сам страдал. Кожу придется сменить.
- Почему? - испуганно спросил я.
- Потому что пузырьки полопаются, и вся кожа как решето станет.
- Что же это за болезнь? - спросил я Алешку.
Тот нырнул в кусты и вскоре оттуда с грохотом выкатилась вчерашняя злополучная бочка. Алешка уселся на нее верхом и стукнул пятками в бока.
- Спрашиваешь, болезнь отчего? От крапивы!
- От какой крапивы? - удивился я, срывая широкие листья лопуха. - Вот этими самыми листьями оттирались, а ты говоришь от крапивы.
- Яснее ясного говорю: от крапивы. Вместе с лопухами крапива попалась. У меня тоже в одном месте до сих пор жжет. Так, жжет, что сидеть трудно. Это ты мне подсуропил.
Я стал клясться, что не рвал крапиву, но Алешка снисходительно улыбался:
- Я-то к крапиве привычный, а вот для Вовки она в новинку. Ну, ничего. Пройдет. Он еще сегодня сюда прибежит.
- Не прибежит.
- Прибежит.
- Я тебе говорю: не прибежит, потому что болеет.
- А я говорю: прибежит. Ему с режиссером познакомиться охота. Яснее ясного, прибежит.
Я согласился с Алешкой. В самом деле, Вовке так хотелось сниматься в кино, что он мог прибежать к нам с высокой температурой и дырявой кожей.
- Согласен, прибежит, - сказал я. - Только не сидеть же нам без дела.
Алешка спрыгнул с бочки, залез в нее, постучал по стенкам и, довольный, вылез.
- Не корабль, а орбитальная станция "Салют"!
Я ломал голову над тем, какие испытания придумал на сегодня Алешка. Но не стал спрашивать: какая разница! Начали готовиться в космос - надо доводить дело до конца. Хуже всего, когда люди на полпути останавливаются.
***
Алешка закатил бочку в воду и поставил "на попа". От любопытства лопнешь, пока от него разъяснений дождешься. Не торопясь он топтался вокруг бочки, раскачивал ее и подкладывал под дно камни.
- Залезай! - скомандовал Алешка, выходя из воды.
- Зачем? - спросил я.
- Ты что? Струсил?
- Причем струсил? Не-е-е. Просто я хочу уяснить задачу.
Алешка хлопнул себя по ноге:
- Ты знаешь, что такое метеориты?
- Не знаю, - спокойно ответил я.
- И ты никогда не слышал о них?
- Слышал, но мне хотелось, чтобы ты объяснил задание.
- Хорошо, объясню.
Выведенный из себя моим невозмутимым видом, Алешка начал горячо объяснять:
- Ты видел вспышки на небе? Вечером?
- Ну, видел.
- Это метеориты.
- А откуда они берутся?
Алешка на секунду остановился, а потом опять забегал вокруг меня:
- "Откуда берутся?" "Откуда берутся?" Дотошный какой! Из космоса берутся. Какая-нибудь комета лопнет и - на тебе - миллиарды миллиардов метеоритов по космосу туда-сюда помчатся. Теперь представь, что будет, если такой камешек с кораблем встретится.
- Космический звон!
- Вот именно - звон! От такого звона проще простого с курса сбиться. А если еще и дырка в стенке появится, то как быть? Воздух-то из корабля - фюить наружу, и дыши, как рыба на песке!
Да, нелегкая это задача сохранить воздух в корабле. Но ведь придумали же что-нибудь ученые для этого? Главное, не растеряться в опасный момент, и я понимаю Алешку. Он хочет приучить и себя, и меня ко всяким неожиданностям.
Я вошел в воду и, не торопясь, влез в бочку.
- Только по голове не бей! - крикнул я, сворачиваясь калачиком.
За бортом журчала вода. Тихо шумели ветлы над рекой, заливались в небесах жаворонки.
В борт ударил метеорит.
Небольшой.
Ударил второй.
Побольше.
Я зашевелился, ожидая третьего удара.
- Ну, что там у тебя? - крикнул я, не высовывая головы.
Алешка собирал камни, складывая их в кучу. Ясно, готовится серьезная атака. Сейчас звездолет войдет в метеоритный поток. Каким он выйдет из него? И что станет с космонавтом? Вернется ли он целым на Землю?
Можно, конечно, покинуть корабль. Сослаться на аварийную обстановку, но какой космонавт боится трудностей?
Бам! - раздалось снаружи.
Бам! - ударило в бока.
Бам! - зазвенело в ушах.
Целый метеоритный поток атаковал мой корабль.
Гудела голова, саднило плечи, не хватало кислорода и терпения.
Я попытался пошевелиться, чтобы усесться поудобнее, но в корабль попал такой метеоритище, что только чудом не пробил стенку и не влетел внутрь.
Я налег плечами на стенки. Корабль накренился.
Авария. Метеориты сбили его с космической трассы. В ушах у меня звенело. Голова раскалывалась. Да, не так-то легко привыкнуть к космическим перегрузкам. Но что поделаешь: космос любит смелых и терпеливых.
- Ну, как дела? - прыгал вокруг меня Алешка. - Как там метеоритный дождь?
Он сгорал от любопытства. Ну, ничего, потерпи, дружок! Я теперь стреляный воробей. Знаю, почем фунт лиха, а вот тебе-то еще придется побывать под обстрелом.
***
Течением бочку отнесло вниз, и она застряла под кряжистой ивой, опустившей свои ветви в воду.
Не сказав ни слова, Алешка взял веревки, залез в воду и перепоясал бочку. Я понял его замысел и забрался на сучок. Он забросил ко мне конец веревки, и я привязал ее к ветвям.
Когда я спрыгнул на землю, сучок распрямился, и бочка закачалась на воде.
- Давай покрепче привяжем, - предложил Алешка, приподняв бочку.
Я повис на ветке, прижимая ее к воде. Алешка ухитрился сделать еще одну-две петли. Теперь бочка висела в воздухе.
Мы присели на берегу: перед испытаниями надо немного отдохнуть. У меня они были трудными, а у Алешки будут еще труднее. Он вздохнул, посмотрел на небо, окинул взглядом лес за рекой, прислушался к стрекоту кузнечиков и, пожав мне руку, забрался на дерево. Следующим его шагом был шаг в корабль. Сучок заскрипел под тяжестью корабля с космонавтом. Бочка на миг коснулась воды.
Я подобрал один метеорит, другой, третий. Они были самые разные. Круглые и плоские. Продолговатые и квадратные. Черные, синие и серые. С прожилками и пятнышками. Крупные и мелкие.
- "Беркут", "Беркут", я - "Чайка", перехожу на прием.
- "Беркут" слышит вас. К испытаниям готов!
- Внимание! - крикнул я. - Корабль вошел в метеоритный поток. Приготовиться к атаке!
- К атаке готов! - услышал я глухой ответный голос.
Бам!
Прочитаешь книги про космонавтов, узнаешь, сколько всего они должны знать и уметь - и в космос не захочешь!
Бам!
Но подготовка подготовке - рознь. Для Алешки легче такие испытания вынести, чем английский учить.
Бам!
Ничего, мы и английский заставим его выучить.
Бам!
Огонь велся прицельно. Метеориты точно попадали в корабль и отскакивали от него, как горох от стенки.
Шумела ива, опуская кудри в воду. Раскачивался и подозрительно скрипел сук. Корабль метался из стороны в сторону.