А отец Макса, наоборот, стеснялся своего имени и представлялся так: «Штернхайм». Дело в том, что при рождении его назвали Пипин и ещё в школе он натерпелся насмешек из-за такого имени. А причиной столь необычного имени было почтение, которое его родитель испытывал к Пипину Короткому, самому достойному, по мнению отца, из всех королей Средневековья.
Чтобы и сыну Пипина не пришлось страдать от необычного имени, он дал ему простое имя Макс.
Странная старушка
Он сказал Штернхайму:
Помоги мне. Я просто не знаю, что делать. Урожай у меня с каждым годом всё хуже, трава на лугу не растёт, а о картофеле и говорить не хочется. Весь салат сожрали улитки, а лук я посадил не помню где и теперь не могу найти. А ведь я начертил себе точный план в масштабе 1: 50.
Доброе утро, господин Эдгар, для начала пробормотал Штернхайм. Он очень высоко ценил вежливость. Что, я должен помочь тебе найти лук?
Ну что ты несёшь? ответил господин Эдгар. Ты должен придумать такое чудо-удобрение, чтобы все мои растения росли и быстро развивались. Зря, что ли, мой близкий друг аптекарь?
Насколько я помню, в прошлом месяце я уже придумал тебе новое удобрение, заметил Штернхайм.
Да-да, придумать-то придумал, согласился господин Эдгар, но оно оказалось недостаточно действенным. Я удобрил им луговину. Трава хорошо поднялась, и я уже было порадовался. Но потом она, к сожалению, завилась в локоны.
В локоны? недоумённо переспросил Штернхайм. Что ты хочешь этим сказать?
Ну да она как-то странно закрутилась кольцами и стала похожа на зелёную шерсть, которую покупают на Пасху взамен живой травы.
Мне очень жаль. Вероятно, я подмешал туда слишком много надролона, сказал Штернхайм. Тебе пришлось её выбросить?
Да нет, я скормил её кролику. И она ему даже пришлась по вкусу. Но может, ты всё-таки ещё раз попробуешь? попросил господин Эдгар. Кудрявую морковь мне вряд ли удастся продать. А уж кудрявый лук, скорее всего, придется выбросить.
Хорошо, я попробую, согласился Штернхайм. Дай мне на это пять суток.
Пять суток? Да ведь это сто двадцать часов или семь тысяч двести минут, быстро подсчитал господин Эдгар. А нельзя ли немного скорее?
Ну
хорошо, я постараюсь. Когда удобрение будет готово, я сообщу, сказал Штернхайм. А какой цвет ты предпочитаешь? Предлагаю зелёный, он соответствует окраске растений.
Цвет удобрения меня не интересует. Главное, чтобы растения побыстрее росли. Ну вот, а теперь мне пора домой. В семнадцать двадцать я должен второй раз задать корм свинье, а в семнадцать сорок приходит срок кормить кур. До свидания, Штернхайм.
Не торопись, господин Эдгар. Мои часы спешат на пять минут! крикнул Штернхайм вслед другу, который рванул к двери, взглянув на большие круглые часы над шкафом с лекарствами.
Эти «пять минут» не совсем соответствовали действительности. На самом деле часы спешили почти на десять минут. В полдень Штернхайм немного передвинул длинную стрелку вперёд, чтобы пораньше закрыть аптеку и немного порисовать.
Но господин Эдгар уже захлопнул дверь снаружи.
Через высокие узкие стёкла витрины Штернхайм увидел, что господина Эдгара остановила женщина в полицейской форме. Она только что заполнила штрафную квитанцию за парковку в неположенном месте и собиралась засунуть её, как обычно, под дворник. Но у трактора вообще не было лобового стекла, а следовательно, и стеклоочистителя. Поэтому она просто вложила квитанцию в верхний карман рубашки господина Эдгара и ушла, не обращая внимания на его протесты.
Штернхайм ещё смотрел с улыбкой на эту забавную сценку, когда за его спиной вдруг звякнул дверной колокольчик и в аптеку вошла незнакомая старушка.
Штернхайм удивлённо взглянул на посетительницу. Ходила она немного сгорбившись, из-под чёрной шапочки торчали белоснежные короткие волосы и, несмотря на тёплую весеннюю погоду, одета она была в меховую шубку.
Что вам угодно? вежливо спросил он.
Что мне угодно? переспросила старушка. Сразу и не соображу. Может, подумаем с вами вместе?..
Я хотел сказать, какое лекарство вам нужно? Может быть, у вас есть рецепт? То есть за чем вы пришли в аптеку? поинтересовался Штернхайм.
Он старался произносить слова как можно медленнее и чётче. Ему показалось, что старушка немного не в себе.
Ничего мне не нужно. Наоборот. Я принесла кое-что вам.
Вы мне? Как вас понимать? удивился Штернхайм.
Старушка открыла потёртый рюкзачок, возрастом не уступавший ей самой, и обеими руками вытащила из него очень большую пузатую бутыль.
Вот что я вам принесла. С этими словами бутыль была водружена на прилавок. Я старая женщина. Ах, это слабо сказано Я древняя старуха! добавила она с улыбкой, и Штернхайм заметил, что у неё нет переднего зуба. Жить мне осталось недолго. Родственников у меня нет. И было бы очень жаль, если бы после моей смерти этот эликсир просто выбросили на помойку. Вы ведь тоже так считаете или нет?
Эликсир? осторожно переспросил Штернхайм.
Ну да, подтвердила посетительница, для убедительности указав пальцем на бутыль. Вы узнаёте этикетку? Этот эликсир был составлен ещё вашим дедом, Чародеем из Львиного переулка Так его прозвали. Он его изобрёл и в какой- то мере испробовал на мне. И, как видите, не обманул моих ожиданий. Уловив недоумение в глазах Штернхайма, она добавила: Наверняка он вам рассказывал об этом. Такие секреты обычно передаются от деда к отцу и от отца к сыну. Разве не так?