Я сосредоточился на задаче, расчехлил переносной прибор. Медленно направился туда, держа перед собой карманный газоразрядный индикатор.
Прибор почему-то молчал. Странно, в его чувствительности и надежности в целом, я ни разу не усомнился. Прецедентов не было.
Двинулся дальше, продолжая наблюдение.
Поравнялся со зданием, прошел вдоль стены, заглянул в темный проем. Двери тут не было. Снова перевел взгляд на прибор. Да что за ерунда? Постучал пальцем по корпусу, встряхнул. Ничего не изменилось. Датчики ничего не фиксировали.
Я неуверенно шагнул внутрь. Увидел у дальней стены сложенные друг на друга ящики, покрытые густой пылью. Гнездов, следовавший за мной по пятам, вертелся по сторонам, словно что-то искал.
Мне было не до этого.
Вошел внутрь. Чем дальше я шел, тем больше понимал, что здесь что-то не так. Когда я заподозрил неладное, отключил прибор. Обернувшись, я увидел нацеленный мне в лицо ствол пистолета
Прости подполковник, холодно процедил капитан, глядя на меня с какой-то ненавистью. Не надо тебе было во все это лезть А отчет я заберу.
Ответить я не успел.
Гнездов нажал на спусковой крючок, раздался выстрел. А для меня окружающий мир вдруг отключился
Глава 2. Такая реальность
Спустя секунду я открыл глаза, правда, картинка была настолько мутной, что я почти ничего не увидел. Глаза слезились. И все же я различил, что вокруг меня столпились люди.
Савельев! Эй? слух тоже включился неожиданно. Голос был мужской, незнакомый
мне. Так, а ну, дай пузырек сюда!
В голове гудело, я никак не мог понять, что произошло и почему все еще жив. Эта скотина Гнездов стрелял мне в голову. Какого черта?
Да расступитесь вы уже! тот же мужской голос прозвучал настойчивее. Человек краски надышался, сознание потерял.
Послышался какой-то шум, невнятный ропот.
Тут же почувствовал, что под нос сунули что-то холодное.
Нюхай!
Я и вдохнул. В нос ударил резкий, но такой знакомый запах нашатыря. Пробрало до самых костей, меня аж передернуло. Мозги сразу же прочистились. Вытаращив глаза, я совершил глубокий вдох и сразу закашлялся.
Вот, другое дело! Ну все, все Савельев, заставил ты меня понервничать. Встать сможешь?
Я кое-как приподнялся, сел. Осмотрелся по сторонам.
Оказывается, я лежал на грубом дощатом полу, а вокруг меня столпилось человек десять. Справа заметил стоящие банки с коричневой краской, вымазанные кисти. Часть пола уже была окрашена. Вот откуда запах
Все люди оказались подростками лет семнадцати. Лица незнакомые, какие-то взволнованные. Таращились на меня, будто на макаку в зоопарке.
Ну, лучше? справа от меня на коленях сидел какой-то лысый мужичок в возрасте, с седыми усами. Савельев, я же вам говорил, дурно станет выходите подышать на свежий воздух! Не играйте в героев. А вы?
Василий Степанович, может его на улицу вывести? предложил кто-то из толпы. Пусть подышит.
Отличная идея. Так, а ну, ведите его наружу, а то бледный он
Меня подхватили под руки, подняли на ноги.
Да я и сам могу пробормотал я, не узнав собственного голоса. Тонкий, слабый. Такого у мужика сорока восьми лет быть не может
Ничего непонятно. Куда делась Сирийская пустыня, тот заброшенный сарай Где Гнездов? Ветров и остальные парни?
А что если Я еще не умер? Скорее всего, парни устранили Гнездова, подобрали мое тело и доставили в госпиталь. Врачи поместили в медикаментозную кому, вот я и смотрю «мультики». М-да. Вот уж не думал, что все будет настолько реально. Черт, как же сильно тут краской воняет, аж до тошноты.
Двое ребят, поддерживая меня за руки, медленно вели к виднеющейся впереди двери. Когда проходили мимо какой-то галереи, заметил белый бюст Ленина на постаменте. Случайно посмотрел влево и, открыв рот, остановился как вкопанный. На стене был растянут традиционный красно-белый стяг:
«Честь и слава советскому учителю!»
А на противоположной стене, между внутренними дверями аналогичный плакат, только с другим содержанием:
«К свету и знаниям, юные пролетарии!»
Я рассеянно заковылял ногами, ни черта не понимая. Кто тут это старье развесил? А главное зачем?
Входная дверь распахнулась, и я невольно зажмурился от ударившего в глаза солнечного света. Дунул свежий ветерок запах краски почти сразу выветрился. В воздухе витал сладковатый цветочный запах.
Передо мной, куда ни глянь, открылась неожиданная картина. Настоящее буйство красок все вокруг зеленело, на многочисленных клумбах пестрели разноцветные цветы. Стояли аккуратные здания, дома, заборчики и тротуары.
На деревьях щебетали птицы. Где-то недалеко играла музыка, но слов я не разобрал, хотя мелодия была знакомой.
Сразу за порогом начинались белые ступеньки с кусочками гранита или мрамора, а внизу дорога, покрытая серым асфальтом. Возле клумбы стояла древняя тентованная машина, свежий вид которой заставил меня снова открыть рот. Я даже головой встряхнул, прогоняя наваждение.
Это же «ГАЗ-52-03», тихо прошептал я, опознав настоящий раритет.
Подобных машин я не видел лет двадцать. А эта еще и выглядит, будто только недавно с конвейера.
Лешка Лешка! внезапно раздалось откуда-то справа. Ко мне подбежала девчонка лет десяти, тут же засыпав меня вопросами. Что с тобой случилось? Верка сказала, ты сознание потерял, да? А Василий Степанович тебе помощь оказывал, правда?