Опять-таки одним из его главных принципов было не насаждение иностранных правил для данной страны, а работа с естественным или уже установившимся порядком, присущим данной стране, народу, культуре. Он старался трудиться «в гармонии с суданскими условиями. Задача, стоящая перед всеми нами, особенно перед мадирами и инспекторами, заключается в том, чтобы завоевать доверие народа, раскрыть его ресурсы и поднять их на высокий уровень Наша цель обеспечить его процветание Как только будет ясно понято, что наши офицеры живые сердечные люди, мы увидим не только прогресс всей страны, но и благополучие каждого индивида, с которым они встречаются, призывая к развитию промышленности и всестороннему улучшению положения дел. Нравственное и материальное возрождение Судана зависит от индивидуальных действий британских офицеров, работающих по отдельности, но во имя общей цели, и старающихся завоевать доверие местного населения. Прислушиваясь к мнениям уважаемых людей и проверяя на деле лжецов и подхалимов, можно надеяться со временем улучшить положение в этой стране. Суды должны пользоваться у населения полным доверием, и в них должно вершиться истинное правосудие».
Он также выступал за быстрое подавление всякого неподчинения. Он хотел, чтобы наказания были строгими, но не жестокими. Это тонкая грань, соблюдение которой Китченер годами совершенствовал на практике. Он предостерегал от вмешательства в дела ислама. Мечети были отстроены. В то же время экстремизм и фанатизм, попиравшие права людей, пресекались. Рабство, жестокость, нарушение свобод
наказывались в соответствии с буквой закона.
Китченер вызвал к себе всех губернаторов провинций и всех инспекторов британских, египетских и суданских офицеров, чтобы донести до них эти главные принципы. После его отъезда из Судана эти принципы и директивы продолжали вдохновлять всех управителей страны вплоть до провозглашения ее независимости 55 лет спустя.
Устраивал Китченер и встречи с ведущими суданскими торговцами. Он позволил рассматривать жалобы в суде без ограничений. Некоторые купцы жаловались на то, что правительство реквизировало их верблюдов и лодки для транспортировки материалов в то время, когда был нужен транспорт для подвоза зерна. Китченер немедленно менял политику правительства, если видел помехи для местных начинаний. Он остро реагировал на ущерб, причиняемый иностранными эксплуататорами благосостоянию и развивающейся автономии страны.
В результате всех этих нововведений у него возник конфликт со своими непосредственными начальниками в Каире лордом Кромером, британским генеральным консулом, и Элдоном Горстом, финансовым советником Кромера.
Великобритания в это время колебалась между политикой осторожного расширения империи (Дизраэли и Солсбери) и политикой постепенного ухода из ранее захваченных владений (Гладстон). Гладстон ощущал, что политика расширения ослабляла империю ненужными войнами. Политический курс зависел от того, какая партия в это времянаходилась у власти тори или виги. С каждым годом финансовое бремя империи становилось все тяжелее.
Ключевыми для британских интересов были два региона: Суэцкий канал и Индия. В то время Турция была союзником Англии. Турция была повинна в ужасающих актах варварства и жестокости, включая резню, учиненную в Болгарии в 1876 году. Это сильно беспокоило идеалиста Гладстона, однако Дизраэли смотрел на эти факты сквозь пальцы. Консервативные тори опасались России; если Турция потерпит поражение, Суэцкий канал окажется в шаге от Константинополя. Кроме того, единственная возможная угроза для Индии имелась со стороны России через Афганистан. Британия и Турция нуждались друг в друге; обе эти страны боялись России. Британское присутствие в Египте было на руку и Турции, и Британии, и Египту, хотя этот союз был хрупок. Египетский национализм постоянно находился в состоянии брожения. А у Турции было слишком много собственных проблем, чтобы отстаивать свое влияние в Египте.
Британия, по большей части, скорее оказывала на свои владения цивилизующее влияние, нежели эксплуатировала их, и Китченер являет собой великолепный пример британского влияния того времени. Однако колониальная эпоха завершалась, на повестке дня вставали вопросы независимости и автономии. Колониальные власти могли либо обобрать неразвитые страны, выкачав из них ресурсы, а потом уйти, либо они могли подготовить эти страны к независимости. Китченер всегда имел в виду как приоритетное направление подъем неразвитой нации и повышение благосостояния туземцев-крестьян. Он ясно видел, что для Британии лучше всего на первое место ставить интересы аборигенов.
Как человек военный и способный администратор Китченер переживал трудные времена, постоянно сталкиваясь с хитрой двуличностью некоторых бюрократов, политиков и государственных мужей. Он критиковал Элдона Горста, финансового советника в Каире, за то, что тот «никогда не действует и не говорит прямо Это самый двуличный человек из всех, кого я встречал. Он предлагает любую помощь, а потом оставляет вас в дураках. Мы старались иметь с ним как можно меньше дел» (Письмо к генералу Реджинальду Уингейту, февраль 1899 г.).