То же самое относится и к Агартте, которая всегда выкидывала из недр своих всю интеллектуальную или моральную грязь, нетерпимость, политику, произвол мысли или воли, суеверие, идолопоклонство и черную магию.
Вот почему различные домашние работы в Агартте возлагаются уже в течение столетий на еженедельные артели учеников, под наблюдением Рыцарей Храма исполняющих обязанности полиции.
Но не так было до Сакиа-Муни, когда целые подчиненные племена обслуживали кельи двиджасов, жилища Пундитов, лаборатории и обсерватории Университета.
Вот начало той перемены, вследствие которой произошло огромное количество как миролюбивых, так и изуверных сект.
Когда возник вовне Буддийский раскол, то среди наемных слуг университетской Метрополии вспыхнул род политической революции.
Чувствуя себя большинством, они пожелали свергнуть Иерархию господств и властей, чтобы водворить на ее развалинах своего рода маленькую Анархию.
Метельщики, выметающие сор из философских зал, стали проповедовать против Мистерий и особенно против условий Посвящения.
Прислуга, находившаяся при лабораториях и обсерваториях, возмечтала стать учеными и сразу заниматься Магией.
Они неизбежно впали в черную Магию и с помощью искалеченных формул получили снизу несколько ответов на те решения, которые они пытались диктовать сверху, и вот тогда-то произошел массовый взрыв, давший начало разным племенам, оседлым и кочующим.
Среди первых есть племя, которое залило кровью Индию больше, чем Молох с его жертвенниками, чем инквизиция с ее застенками, чем 93-й год с его гильотиной.
Соединяя в себе все невежества и суеверия, смешивая в одной ненависти браманистов и буддистов, эта секта высекла огромную каменную статую в одном из ущелий Гималаев.
Нижняя подвижная челюсть открывала пасть, имевшую в окружности несколько метров, с внутренним водяным стоком, заканчивающимся бездной, наполненной водой.
Гидравлический механизм заставлял двигаться челюсть этой пучины, причем сами строители были ее свирепыми служителями.
Эти шиваисты, возобновляя самые мрачные политические беззакония друидических времен, мало-помалу приучили народонаселение к жертвоприношениям, заставляя свое адское божество поглощать целые стада живых быков.
Уже издали слышался как бы грохот подземного грома, и рев бури сливался в недрах чудовища с ужасающим шумом вод, стуком цепей и непрерывным треском адской челюсти.
И безжалостные идиоты, обслуживавшие чрево этого скота, наполовину горы, наполовину машины, объявляли, что их бог удовлетворен до завтрашнего дня.
Вскоре, увы, настала очередь людей, в особенности ученых, на которых им удавалось наложить свою руку.
И так длилось целые века.
В настоящее время челюсть чудовища давно уже бездействует, и сама гидравлическая машина, приводившая ее в движение, находится без употребления; но секта еще существует и пользуется кинжалом, хотя сильно ослаблена и по всем направлениям прорезана влиянием Агартты.
Среди племен менее виновных, но изгнанных из великого Университета в одно время с только что упомянутым, есть одно бродячее племя, которое начиная с XV века показывает всей Европе свои странные опыты.
Таково истинное происхождение Цыган (Bohami по-санскритски: Отойди от меня ).
Эти бедные люди унесли с собой несколько смутных воспоминаний, несколько формул, затерянных среди массы более или менее грубых суеверий. Когда-нибудь они возвратятся в свое первородное отечество, когда дыхание Синархии возродит в Индии древний Дух ее первоначальной о истинной и справедливой организации.
Я не могу говорить об этих изгнанниках Агартты, не сказав ни слова о тех ее скромных служителях, которые обрекают себя в течение всей своей
жизни на то, чтобы путешествовать по Индии и очаровывать ее удивительными чудесами и прекраснейшей поэзией, полной тайн.
Весь мир знает о тех необычайных вещах, которые, как бы шутя, выполняют факиры.
Нет путешественника, который бы не говорил о них часто с восхищением и всегда с глубоким изумлением.
Факиры чаще всего прежние ученики Агартты, остановившиеся на высоких ступенях и отдавшиеся религиозной жизни, подобно нашим нищенствующим монахам Средних веков.
Их наука, скорее их искусство, лишь крохи со священного стола эзотерического учения.
Тайны, переданные им высокими Гуру Университета, вполне реальны, и их скромная миссия заключается в том, чтобы показать европейцам Индии несколько феноменальных блесток, доказывающих Индусам, что где-нибудь всегда продолжает существовать светозарный центр древней Науки.
Я не буду говорить здесь о множестве опытов, которыми факиры потрясают воображение зрителей; большинство этих феноменов вызывается небесной Силой, которую мы называем Эфиром.
Прежде чем начать свое путешествие, факир заряжается в храмах, как настоящая электрическая батарея.
Это делается так же систематично, как и наши физические и химические опыты, хотя подобные явления одновременно относятся и к физическим наукам, и к наукам общественно-человеческим, и, до некоторой степени, к тем, которые охватывают весь Космос.
Среди химических агентов, дающих факирам возможность становиться на некоторое время конденсаторами Эфира и земного магнетизма, есть один, очень хорошо известный нашим лабораториям, но об оккультных и физико-динамических свойствах которого никто даже и не подозревает.