Сердце Изнанки. Книга 2
Глава 1 Единство
Он на миг отключился, чем породил испуганный вздох супруги, но почти сразу открыл глаза.
Полно, мальчик, прохрипел он слабеющим голосом. Ты и так выложился.
Я пропустил его слова мимо ушей. Да, я не лекарь, и в моём арсенале лишь кольцо Злобина с печатью лечения, способное затянуть раны или остановить небольшое кровотечение. Но я видящий, и это давало мне преимущество.
Моя способность позволяла различать энергетические потоки, видеть сосуды и ткани, недоступные обычному глазу. Я мог направлять энергию туда, где она нужна, и закупорить кровотечение, пускай и не так изящно, как настоящий лекарь, но куда эффективнее, чем если бы это делал обычный одарённый.
Моя задача протянуть жизнь Пылаева до приезда лекаря, и я не собирался его подвести.
Сосредоточившись, я вливал энергию через кольцо, чувствуя, как она течёт по моим пальцам в рану барона. Я видел, где сосуды разорваны, и, действуя точечно, перекрывал их один за другим.
Слуги, мельтешащие вокруг, и суетящиеся Татьяна с Алисой только мешали, их голоса сливались в раздражающий гул. Но я отгородился от шума, и шаг за шагом закупоривал артерии. Он не умрёт не сегодня, не в мою смену. Эта мысль едва не вызвала злую улыбку, но я отбросил её и продолжил работу, чувствуя, как кольцо нагревается от большого трафика энергии.
В комнату вбежал Дмитрий, его дыхание было тяжёлым после бега.
Вениамин Семёнович уже мчится, доложил он. Будет минут через двадцать пять.
Так быстро? пробормотала Татьяна, её голос задрожал от тревоги. Он же разобьётся! Нам нужен живой лекарь!
Спокойно, матушка, отозвался Дмитрий. Он заночевал у Романа Михайловича Злобина, это неподалёку.
При упоминании графа Татьяна поморщилась, но тут же кивнула.
Что ж, всё к лучшему, буркнула она, бросив на меня насторожённый взгляд.
Точно, поддакнул я, отнимая руки от раны Пылаева. Основные сосуды закупорил, кровотечение остановил.
Я обратился одновременно к барону и его супруге:
Бояться нечего. До лекаря он дотянет.
Александр Филиппович слабо кивнул, но его тут же скрутил кашель, а тело затрясло от озноба.
На миг его взгляд помутнел, голова откинулась назад, и я понял, что он балансирует на грани обморока, едва цепляясь за сознание. Я стиснул зубы, усиливая поток энергии через кольцо терять его сейчас было нельзя. Через пару секунд он моргнул, возвращаясь, но дыхание стало ещё слабее, почти прерывистым.
Татьяна всплеснула руками, её глаза округлились.
Ему холодно! воскликнула она. Может, накрыть его? Или подушку под голову? Перенести на кровать? Он же на полу!
Не трогать! резко оборвал я поток её мысли, мой голос прозвучал твёрже, чем я ожидал. Пусть лежит, как есть. Движение раскроет рану, и кровь хлынет снова. Ясно?
Татьяна замерла, затем кивнула, её руки нервно теребили край платья.
Хорошо, не трогаем, пробормотала она.
Тут оживилась Алиса, шагнув ближе.
А чего у него нож в животе торчит? спросила она, указывая на кинжал. Может, вытащить?
Я хмыкнул, бросив на неё взгляд.
Ещё одна, сказал я, не скрывая иронии. Нож закупоривает рану. Вытащишь и рана разойдётся. Он истечёт кровью за минуту. Ещё мудрые советы будут?
Алиса подняла руки в жесте капитуляции.
Всё, всё, не лезем, буркнула она, отступая.
Тяжело выдохнув, я поднялся на ноги, ощущая, как усталость сковывает мышцы. Хотел было утереть пот со лба, но взглянув на руки передумал они были липкими от крови Пылаева.
Присмотрите за отцом, бросил я семейству. Дайте ему воды, если сможет пить. И не тормошите. Ему нужен покой.
К моему облегчению, никто не стал спорить. Татьяна кивнула, всё ещё нервно теребя платье, а Алиса молча отступила к матери. Я отошёл в дальний угол комнаты, где лежало тело ассасина, которого Татьяна своей стихией насадила на крюки вешалки. Слуги, стараясь не смотреть на труп, сняли его со стены и уложили рядом, чтобы не нагнетать и без того тяжёлую атмосферу.
Я присел на корточки, внимательно оглядывая тело. Чёрное одеяние плотно облегало фигуру, на голове балаклава из той же тёмной ткани. Стянув её, я увидел обычное лицо, ничем не примечательное, словно у случайного прохожего. Ни шрамов, ни знаков отличия ничего, что могло бы выдать личность.
Переключившись
на магическое зрение, я осмотрел его истинным взглядом. Несколько артефактов слабо мерцали: пара синих, один зелёный. На пальце горело кольцо оранжевого уровня, от которого исходила тяжёлая энергия. Присмотревшись, я заметил плетение проклятия, опутывающее артефакт. Потратив пару секунд, я разобрался: если снять кольцо, оно взорвётся, распылив яд, который поразит всех вокруг. Да уж, это не те безобидные побрякушки, что подсовывает Алиса через служанку. Эти ребята играли по-крупному, и их цель была ясна убивать всех. Я решил оставить вещи ассасина на месте.
Мой взгляд упал на ладонь убийцы. Там красовалась татуировка силуэт ласки, вычерченный тонкими линиями. Магическое зрение подсказало, что она не простая: похоже именно это сложное плетение и обеспечивало невидимость. Любопытно. Это объясняло, как они крались незамеченными, пока я не вычислил их ауры. Я мысленно отметил, что стоит подробнее изучить такие татуировки знание врага никогда не бывает лишним.