Это ты?
Воеводская дочь. Молчи. Идет разбойник к Марфуте со своей дубиной, идет А она ему навстречу тоже идет Вот он все приближается, приближается
Вдруг камешки зашуршали.
И она к нему приближается, приближается
Это Сережа.
А, Ксеня, и вы здесь!..
Ну, а дальше-то, дальше! говорит пузан. Он к ней приближается
Вы купались? спрашивает Сережа.
Ксеня говорит:
Нет.
Сережа говорит:
Я от всех убежал. Больно они медленно собираются. А вы будете?
Ксеня говорит:
Нет.
Пузан говорит:
Он все приближается, приближается
Сережа спрашивает:
Кто?
Да ну тебя в корыто! говорит пузан.
Пошел прочь и заревел.
Ксеня догнала его, зашептала:
Я доскажу тебе, доскажу, ты завтра приходи!..
Ксеня на бережке сидит в красном сарафане. Рядом с нею Сережина одежда и башмаки.
Мелковата река! кричит Сережа, главный герой.
А вы подальше зайдите! кричит Ксеня.
Рядом с нею его одежда с оловянными пуговицами. И башмаки. А сама она в красном сарафане.
Камни острые! кричит Сережа.
А вы плывите! кричит Ксеня.
А рядом с нею, значит, Сережина одежда и башмаки.
Сережа бултыхнулся в воду и поплыл. Поплыл, поплыл саженками, с перевертом на спину, а после снова саженками.
Течение сильное! кричит Сережа.
А вы ближе к берегу! кричит Ксеня.
Вдруг нырнул. Долго не было головы над рекой. Ксеня даже привстала
А вот вынырнул. Отфыркивается. Замахнулся и бросил что-то на камни.
Ксеня подняла, а это беззубка.
Это вам! кричит Сережа.
Вот невидаль! кричит Ксеня.
Из-за поворота вынеслись две байдарки с туристами. А Сережа нырнул.
Байдарки несет течением прямо к этому месту. Туристы веслами машут в разные стороны.
Остановитесь! кричит Ксеня.
А ее не слышат.
Поворачивайте! кричит Ксеня и бежит по воде.
А ее не понимают. Не слышат и не понимают. Размахивают веслами.
Вдруг Сережина голова появилась возле байдарки. Отфыркивается, окаянный!..
Туристы испуганно оглядываются. Уходят вниз по реке.
Тут только Ксеня подняла подол сарафана. Вымок подол, потемнел.
Сережа постоял на стойке. Попрыгал, обсох.
Ксеня говорит:
До свиданья. Мне пора.
Да подождите, просит Сережа, сейчас я свое чертово сукно надену, вместе пойдем.
По правде-то говоря, торопиться ей некуда. Но и Сережу ждать ни к чему. Куда это ей с ним вместе идти?
А Ксеня-то ждет!..
Сережа спрашивает:
Как вы живете тут?
Ксеня косу заплетает и говорит:
Как живем, обыкновенно живем.
Да разве в такой красоте можно жить обыкновенно? Я бы, наверно, тут каждый день балдел.
Мы ведь не туристы, говорит Ксеня. У нас не всё праздники, есть и будни.
Так ему, Ксеня, в таком духе и отвечай.
До свиданья, говорит Ксеня. Мне сюда, на вал. А в гостиницу можно пройти низом.
Сережа обдумывает.
Ну и я по валу пройдусь, если не возражаете. Что хоть за вал?..
А Ксеня-то не возражает!..
Вместе поднимаются по кочковатому склону, руками за траву хватаются.
Внизу, слева, открылся перед ними городской парк.
И вдруг Ксеня видит, как туда, вниз, скатывается человек. Знакомая такая фигурка! Только листья летят из-под ног в разные стороны. Скатился и побежал.
Не сердитесь, говорит Сережа. Мне самому мерзко. Отпустите веревки.
Ну уж небось схватишь, если нужно будет, отпусти.
Плохо вы поступили, говорит Ксеня. А теперь дайте дорогу.
Куда вы, Ксеня, постоим еще!
А она уж из гулкой темноты кричит:
Нет!..
Мать будет кормить отца и греметь кастрюлями. Это значит, вот, постылый, в тебя дочь пошла. Деньгам стоимости не знаете. Времени вам не жалко. Сам пользы от жизни не понимаешь и дочь тому научил. Это значит, мы с бабкой больные, а целый день по хозяйству крутимся. А вам бы только добро татарить да свое удовольствие справлять. И там тебя не держат, и здесь не принимают. Никто таким работником не дорожит. А все почему?
И почему Ксеня знает. Все знает. И жалеет, и стыдится она своего отца. Много с ним приключалось разных историй, о которых полгорода говорит.
Приехали в прошлом году археологи. Искали землекопа. Отец работу в топливной конторе бросил и пошел к ним. Рыл курган в девяти километрах от города. Каждый день ездил на велосипеде. Мать бранилась, соседи головами качали, а он только посмеивался. Да погодите, говорил, вот докопаюсь до девятого века. Погляжу, что там и как. Докопался, поглядел. А на работу обратно не принимают. Ты теперь ученый, говорят, куда уж тебе к нам.
Только устроился в бытовой комбинат слесарем столичные художники сманили его в экспедицию по области. Старинные иконы с серебряными окладами на себе таскал.
А весной, когда шофером работал, познакомился на дороге с туристами. По карте им что-то показывал, показывал. Те не понимают. Сел в машину. Поехали, говорит. Там на месте разберемся. Мне лишние десять километров проблемы не составляют. Вернулся только через два дня и права отдал.
Мать на него чуть не с кулаками. Иди, говорит, в ногах валяйся у начальства! Ушел. Вернулся за полночь, но трезвый.
«Ну, взяли?» спрашивает мать. «Нет, не взяли». «А где ж ты болтался столько времени?» «Да я, мать, ты уж не бранись, покуда в библиотеке сидел».
Я не сержусь.
А о чем же задумались?