По улице неслась полицейская машина с сиреной, мигая красно-белыми вспышками. Терри уже наготове! распахнул дверь настежь: в вестибюль вбегал любитель бега трусцой в хлопчатобумажном костюме с капюшоном.
Спускаются, сказал молодой человек, вернувшись. Вы переезжаете в наш дом?
Да, ответила она. В двадцатую Б.
Я из тринадцатой А, сказал он. Пит Хендерсон.
Очень приятно, ответила она, улыбаясь ему из-за коробок. Кэй Норрис.
В стороне бегун продолжал бег на месте, время от времени поглядывая на нее. Она перехватила его взгляд.
Он стал смотреть на рабочего. Тот по-прежнему что-то там выравнивал, постукивая. Бегуну лет сорок, подумала она. Запавшие щеки, выпирающие скулы, песочного цвета усы...
Вы откуда к нам сюда?
Бэнк-стрит, ответила она. Это в Гринвич-Виллидж.
Створки лифта разъехались в стороны. Из кабины выскочил ризеншнауцер на поводке и заскользил лапами по мрамору женщина в голубом брючном костюме из хлопчатобумажной ткани в рубчик удерживала пса. Была она в темных очках с зеркальными стеклами и белой косынке. Мужчина, возникший следом за ней, был в таких же точно очках, в куртке военного образца, слаксах и бейсбольной шапочке. Догнал женщину. Они сплели пальцы рук и потащились за шнауцером на выход.
Она вошла в кабину лифта, обитую коричневой кожей, повернулась. Пит Хендерсон нажал кнопки 13 и 20, взглянув на нее. Она улыбнулась. Кивнул бегуну. Тот, нажав кнопку 9, тоже кивнул и повернулся к ним спиной. Вдоль позвоночника на серой ткани тренировочного костюма проступали темные пятна. Над дверью, в рамочке, мелькали цифры этажей. Перевела взгляд на видеокамеру в углу кабины. Нахмурилась... Конечно, эта аппаратура, возможно, вещь необходимая кто застрял?
почему? но, с другой стороны, вызывает беспокойство тебя видят, за тобой следят...
Кабина остановилась. Створки разошлись. Холл на девятом ничем не отличается от того, что на двадцатом, и на другом тоже: видела мельком. Везде стол от "Парсона", зеркало в позолоченной оправе на стене в черно-белую шашечку, коричневый ковер. Мужчина в капюшоне пошел направо, в квартиру А... Створки захлопнулись.
Окрестности знаю прилично, сказал Пит Хендерсон, если потребуется информация, прошу...
Супермаркет напротив ничего? спросила она.
Вполне, ответил он, есть еще один, рядом. Слоуновский на Лексингтон. Там дешевле.
Кабина остановилась. Возник холл на тринадцатом. Ковер коричневый, шашечка черно-белая.
Рада нашему знакомству, сказала она.
Он повернулся, вытянув руку, ухватился за край створки и улыбнулся свой обворожительной улыбкой.
С приездом! сказал он. Надеюсь, житье-бытье в этом доме вам понравится.
Он продолжал улыбаться и не давал захлопнуться створкам.
Она сказала:
Мои коробки тяжелеют с каждой минутой.
Увлекся! Извините.
Убрал руку. Створки поехали навстречу друг другу.
До свиданья, сказал он.
До свиданья, ответила она. Створки захлопнулись.
Она улыбнулась.
Приятный... подумала она, этот Пит Хендерсон.
Двадцать семь. Перебор... Явный.
Позвонила своей подруге Рокси, спросила, не забрать ли киску вечером, но та работала и не захотела менять свои планы. Сказала, что сама завтра принесет Фелиску и поможет распаковать вещи. Могут вместе поужинать так как Флетчер в отъезде. Фелиска же в полном порядке.
Позвонила на работу, поговорила с Сарой. Звонил тот, заходил этот... Словом, дел не так уж и много. И вообще они могут подождать понедельника, решила она. Сводка погоды обещает дивный уик-энд "бабьего лета". А для пятницы день очень даже спокойный. Сказала Саре, чтобы та шла домой.
Не сходить ли за продуктами прежде, чем начнет разбирать коробки? Для начала распаковала автоответчик, подключила к телефонному аппарату на письменно столе. Проверила: работали. Нашла джемпер цвета спелой кукурузы, натянула поверх батника, поправила прическу. Вот помада, вот румяна... Чуть-чуть не помешает! Кошелек и ключи от квартиры положила в карман джинсов.
На семнадцатом в лифт вошел высокий лысоватый мужчина в двойке. Кивнули друг другу. Он хотел нажать "вестибюль", то есть "В", но, увидев, что кнопка светится, отдернул руку и попятился. На восьмом вошла женщина в темно-зеленом коренастая, с тяжелой челюстью, волосы иссиня-черные, прямые, челка скобой. Оглядела Кэй с ног до головы. На ресницах у самой недельный запас туши, на веках серебристо-голубые тени. Повернулась лицом к дверям. Туфли на высоком каблуке и сумка из змеиной кожи, наряд тоже дорогой. Духов, тяжелых и терпких, вылила на себя никак не меньше полфлакона.
В вестибюле увидела Дмитрия. Стоит поодаль, справа, кулачищи на бедрах, нагнув лохматую голову. Направилась к нему, буквально пробиваясь через густую завесу духов женщины в зеленом та шла в швейцарскую за почтой.
Дмитрий поднял голову. Она поблагодарила его за помощь и за то, что переезд прошел как по маслу. Накануне, правда, отблагодарила, дав вдвое больше, чем швейцару.
Рад за вас, сказал он, улыбаясь и надувая щеки-яблоки. Надеюсь, все как вы хотели, мись Норрис?
Все прекрасно, заверила она. Посмотрела на новые мраморные плитки на полу. Хорошо получилось.