Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
Ну не глупи.
Я серьезно, лучше умереть. Если мне даже нельзя носить длинные брюки, то учеба не имеет смысла.
Эмоции перехлестывали через край, и мать не на шутку встревожило видение его близкой кончины.
Бэзил, не говори ерунды, садись за стол и доедай завтрак. Можешь хоть сегодня поехать в «Бартон Ли» и выбрать то, что тебе подойдет.
Отмякший, но все еще разрываемый нетерпением, Бэзил мерил шагами комнату.
У кого нет длинных брюк, тот очень уязвим, страстно произнес он. Эта фраза ему так понравилась, что он решил нажать. У кого нет длинных брюк, тот чудовищно, страшно уязвим. Лучше умереть, чем
Бэзил, немедленно закрой рот. Кто-то тебя задразнил.
Никто меня не задразнил! с негодованием возразил он. Никто.
После завтрака горничная позвала его к телефону.
Это Рипли, произнес настороженный голос.
Бэзил прохладно воспринял сей факт.
Ты никак обиделся? спросил Рипли.
Я? Вот еще. Кто сказал, что я обиделся?
Никто. Слышь, ты не забыл, что мы сегодня на фейерверк идем?
Не забыл. Бэзил по-прежнему отвечал ледяным тоном.
Так вот, у одной из этих крошек у той, что была с Элвудом, есть сестренка, такая же симпатичная, даже лучше, можно ее позвать для тебя. Фейерверк начнется в девять; встречаемся около восьми.
А чего там делать?
Да хоть на «Старую мельницу» опять сходим. Мы вчера еще три раза прокатились.
Последовала короткая пауза. Бэзил удостоверился,
что дверь в мамину комнату закрыта.
Ты со своей целовался? настойчиво зашептал он в трубку.
А то! На другом конце провода послышался дурацкий смешок. Слышь, Эл собирается у предков машину взять. Мы тогда тебя подхватим в районе семи.
Ладно, грубовато согласился Бэзил и добавил: Мне сегодня еще надо брюки купить.
Честно? Бэзил опять уловил почти беззвучный смешок. Короче, в семь часов жди.
В десять утра, встретившись со своим дядей в магазине готовой одежды «Бартон Ли», Бэзил немного устыдился, что затрудняет и разоряет родных. По дядиному совету он в конце концов выбрал два костюма: повседневный, из плотного сукна шоколадного цвета, и выходной, темно-синий. И тот и другой требовали небольшой подгонки по фигуре, но дядя договорился, чтобы один костюм непременно доставили в тот же день.
В порядке раскаяния, хоть и недолгого, в таком неслыханном транжирстве Бэзил решил сэкономить на транспорте и отправился домой пешком. На Крэст-авеню он примерился и перепрыгнул через высокий пожарный гидрант неподалеку от особняка ван Шеллингеров; при этом возник вопрос: можно ли прыгать через пожарный кран в длинных штанах и будет ли у него вообще такая возможность? Что-то заставило его напоследок совершить этот обряд еще два или три раза; тут его и застукали ван Шеллингеры, чей лимузин свернул на подъездную аллею и затормозил у входа.
Ой, Бэзил, услышал он.
С гранитных ступеней особняка, второго по величине у них в городе, на него смотрело нежное юное личико, наполовину скрытое облаком почти белых кудряшек.
Здравствуй, Глэдис.
Можно тебя на минутку, Бэзил?
Не мог же он отказать. Глэдис ван Шеллингер была на год младше спокойная, воспитанная девочка, которую, по слухам, готовили к замужеству с каким-нибудь респектабельным молодым человеком из Новой Англии. У нее была гувернантка; Глэдис водилась лишь с немногими избранными девочками, с которыми встречалась либо у себя дома, либо у них; ей была неведома вольница, привычная для городских детей Среднего Запада. Она не появлялась в таких местах, где ближе к вечеру собирались ее ровесники, к примеру, во дворе за домом Уортонов.
Бэзил, хотела спросить: ты сегодня вечером идешь на ярмарку?
Ну, в принципе, да.
А ты не хочешь присоединиться к нам и посмотреть фейерверк из нашей ложи?
На мгновение он задумался. Вроде надо было соглашаться, но какая-то неведомая сила нашептывала обратное: сам посуди, стоит ли отказывать себе в близком удовольствии ради совершенно бесперспективной затеи?
Я не смогу. К великому сожалению.
По лицу Глэдис пробежала тень разочарования.
Не сможешь? Тогда заходи как-нибудь в гости, Бэзил, только не откладывай. Скоро я уеду в Новую Англию.
Он в унынии побрел дальше. Глэдис ван Шеллингер никогда с ним не дружила, и ни с кем другим тоже, но, услышав, что она едет учиться в Новую Англию, причем одновременно с ним, Бэзил к ней потеплел, как будто их двоих ожидало заманчивое приключение, уготованное самой судьбой вопреки тому обстоятельству, что Глэдис происходила из богатой семьи, а он из семьи среднего достатка. Жаль, что не получалось сегодня составить ей компанию.
С трех часов дня Бэзил, который сидел у себя в комнате и читал «Багровый свитер» , начал прислушиваться к звонкам. Он выскакивал на лестничную площадку, перегибался через перила и кричал:
Хильда, это не ко мне?
А в четыре, возмущенный равнодушием горничной, полным отсутствием понимания важности момента и медлительностью, с какой она подходила к дверям, он сбежал вниз и взял дело под свой контроль. Но все напрасно. Тогда он позвонил в «Бартон Ли»; какой-то продавец торопливо заверил:
Вы получите свой костюм. Гарантирую, костюм вы получите.