«Ага, подумал мальчишка, заботятся, держи карман шире!».
Здоровый раб, говорил по этому поводу Митрофан Петрович, всяко лучше больного и немощного невольника. А в интернатах фрицы растят себе здоровых и послушных рабов.
И Вовка был с ним полностью согласен.
В кабинете директора, куда полицай привел Вовку, сидел тучный мужик в форме старшего воспитателя-наставника, недовольно просматривающий какие-то бумаги.
Ко мне? бросил он полицаю, не удосужившись даже оторваться от бумаг.
Вообще-то я к главному, но раз его нет, то и ты, наверное, сойдешь, «через губу» ввернул ответную «любезность» воспитателю Жека, решив поставить его «на место». Ты б башку от бумажек оторвал, дядя, когда к тебе люди по служебной надобности приходят! Сидит он тут, понимаешь, штаны протирает! Понесло Жеку в тепле выпитое для сугреву спиртное дало полицаю в голову.
Я бы попросил щеки толстяка затряслись от гнева.
Слышь, интеллигентишка недоделанный, погрозил наставнику стволом автомата Жека, обрубками своим интернатскими командуй! А сейчас давай, оформляй пацана, а мне бумагу гони, что сдал я его тебе.
Толстяк-воспитатель пошел красными пятнами, но нужную бумагу полицаю выписал.
Ты это, печать не забудь! напомнил наставнику Жека.
Толстяк достал из ящика стола массивный футляр, вынул из него печать и, размахнувшись как следует, приложился к документу. Лежащая на столе канцелярия подпрыгнула, жалобно звякнула крышка на стеклянном графине с водой.
Ну вот, совсем другой коленкор! пробежавшись глазами по документу, произнес полицай. Давай, шкет, обживайся! бросил полицай Вовке и вышел из кабинета директора.
Сволочь! прошипел ему вслед наставник, но так чтобы полицай не услышал с отморозками из «хиви» никто не хотел связываться. Иди сюда!
Это вы мне, дяденька? переспросил Вовка.
Ты еще здесь кого-то видишь? недобро усмехнулся воспитатель. С каждым годом молодежь все тупее и тупее, он покачал головой. Иди сюда! вновь повторил он. И шапку сними!
Хорошо, дяденька! стягивая шапку на подходе к столу, произнес мальчишка.
Запомни, воспитанник, я тебе не дяденька, а старший наставник-воспитатель! принялся поучать Вовку толстяк. Так ко мне и обращайся. Понял?
Понял, дяд господин старший наставник-воспитатель, поправился Вовка.
Уже лучше, слегка подобрел толстяк. Господин старший наставник воспитатель его маленькие глазки масляно блеснули. Так и зови господин старший наставник Садись, указал на стул толстяк. Будем тебя оформлять. Он положил перед собой чистый бланк. Фио
Что?
Фамилия, имя, отчество, пояснил воспитатель.
Путиловы мы, ответил мальчишка. Звать Вовкой. Отца как звали не помню. Вообще родителей не помню. С бабкой я жил. Старенькая она была, померла надысь
Путилов Владимир, вывел в соответствующей графе толстяк.
Отца, значит, не помнишь? уточнил воспитатель.
Не-а! мотнул головой Вовка.
Запишем тебя тогда Владимировичем, чтобы, значит, не заморачиваться. Откуда родом?
Из Козюкино мы.
Козюкино, бубня себе под нос, записал толстяк. Лет сколько?
Точно не скажу, дяд господин старший воспитатель, бабка говорила, что десять или одиннадцать.
Ладно, запишу пятьдесят первым годом, одиннадцать тебе. А сейчас пойдешь с дежурным, он тебе место покажет, кровать там Потом зайдешь к кастеляну, он тебе белье выдаст и одежку, а твою рвань пусть сожжет
Дяденька, так хорошая же одежка! запричитал Вовка. Зачем её жечь?
Дяденька? нахмурился толстяк, отвешивая Вовке подзатыльник. Я тебе что сказал?
Господин старший наставник-воспитатель! скороговоркой выпалил Вовка, потирая затылок, а про себя добавил: «Сука! Я тебе еще припомню!».
То-то! Дежурный!!! крикнул
воспитатель во всю глотку.
В коридоре раздался дробный топот, и через несколько секунд в кабинет ворвался растрепанный паренек лет пятнадцати.
Звали, старший наставник-воспитатель? не переводя дух, выпалил дежурный.
Господин старший наставник-воспитатель, поправил толстяк парня. Теперь будете ко мне так обращаться. Ясно?
Ясно, господин старший наставник-воспитатель! вытянулся в струнку дежурный.
Бери этого шкета, Боровой ткнул коротким мясистым пальцем в Вовку, определишь его на постой. Кровать покажешь, кастелянскую да, и баню организуй воняет от него
Я мылся сегодня заикнулся Вовка, но воспитатель даже слушать его не стал:
Значит, помоешься еще раз! А рвань в топку! Вонючая Все уяснили?
Да, господин старший наставник-воспитатель! в один голос ответили мальчишки.
Тогда брысь с глаз моих!
Глава 2
20.04.62 года.Тысячелетний Рейх.
Рейхскомиссариат
«Уральский хребет».
Блок «Сычи».
Тебя как звать, пацан?
Вовкой кличут, ответил Путилов, шагая следом за дежурным. А тебя?
Серегой, ответил парень. Тебе сколько лет, Вовка?
Одиннадцать, ответил мальчишка, хотя я точно не знаю. Это ваш Боров, Вовка указал на закрытую дверь кабинета, так написал.
Ага, господин старший наставник-воспитатель, копируя голос Борового, произнес, надувшись, Серега, его среди наших действительно Боровом обзывают. Гад, каких поискать! Руки любит распускать