- Об актерских занятиях!
- Ах, это! Я почти забыла. Нет, тут все в порядке.
- А что с Ариэль?
- Приезжал доктор Муллен. Он клянется, что с ней все хорошо. Правда, после его отъезда мы пошли поплавать, и она, прыгнув в бассейн, вдруг начала тонуть.
- Она ведь хорошо плавала.
- Предки утверждают, якобы она разыгрывала меня, но, я думаю, с ней дело серьезное. Отец за обедом прочел мне длинную лекцию о том, что нельзя быть слишком подозрительной...
- Они сами дали тебе повод для этого, - заявила Эмма.
- Именно так я и подумала, - согласилась я. - Но я не знаю, что делать. Послушай, ты можешь спросить своего отца, как там ведет себя доктор Муллен. Ничего странного или зловещего в клинике не происходит? А вдруг он занимается контролем над сознанием или еще каким-нибудь жутким проектом, а мы не знаем?
- Конечно, я спрошу. Но если там происходит что-то нехорошее, доктор Муллен наверняка скрывает это от моего отца. Может, нам самим следует выяснить?
- Как? Просто пойти туда?
- Нет. Ладно, попробую через отца. В общем, что-нибудь придумаю.
- Хорошо. Спасибо тебе.
- Эй, а как тебе понравился Дейл? - поинтересовалась Эмма.
- Классный парень, - вздохнула я.
- Да, - согласилась Эмма. - Слушай, мне тут звонил Майкл Лебовиц, спрашивал, могу ли я пойти с ним в кино в субботу вечером...
- И ты молчала?!
- Приберегала на десерт. Сама сначала не поверила. Мама, конечно, не хочет меня отпускать. Вся эта чушь вроде "ты еще недостаточно взрослая, чтобы ходить вечером с мальчиком в кино".
- Жаль, что мы с Дейлом не можем присмотреть за вами, - пошутила я.
- Старший брат Майкла согласен отвезти нас на машине и встретить после сеанса. Думаю, мама в конце концов сдастся. Я работаю над этим.
Тут в комнату вошла Ариэль.
- Уходи, - сказала я, жестом выпроваживая ее из комнаты.
Она поспешно вышла.
Я продолжала болтать с Эммой, когда в комнату вошла мама, таща за руку упирающуюся Ариэль.
- Я перехватила ее недалеко от шоссе. Что ты ей сказала?
- Эмма, подожди, - попросила я, поворачиваясь к матери. - Я сказала, чтобы она уходила, потому что в тот момент я разговаривала с Эммой.
- Она поняла тебя буквально. Тебе надо осторожнее выбирать выражения.
Я тряхнула головой.
- Эмма, ты слышишь?
- Да.
- Теперь понимаешь, что я имела в виду?
- Согласна, что-то не так. Попробую что-нибудь выяснить через отца.
- Ладно, после поговорим.
Мама уже выходила из комнаты, когда Ариэль вдруг вскрикнула и схватилась за голову.
- Что случилось? - спросила мама, оборачиваясь.
Я подбежала к Ариэль.
- Мои глаза! - пробормотала она. - С ними что-то странное. Я плохо вижу.
Наверное, я побелела как полотно. Я чувствовала: кровь отлила у меня от головы и подкосились ноги. Все передо мной поплыло, и я опустилась на пол.
- Миранда! - тревожно спросила мама. - Ты в порядке? Давай, приляг.
Она довела меня до постели, подложила под ноги подушку. Похоже, я чуть не потеряла сознание.
Я повернула голову и увидела - мама ведет Ариэль к ее кровати.
- Что у тебя с глазами? - спросила она тем тоном, к которому прибегает, когда пытается скрыть панику.
Да, вот так это начиналось и у меня. Еще минуту назад я была здорова и прекрасно себя чувствовала, а потом вдруг все расплылось перед глазами и выяснилось, что у меня болезнь Вон Хиппель-Линдау, и мое тело поражено опухолями. Те, которые в спинном мозге и в голове, влияют на зрение.
Но ведь доктор Муллен обследовал Ариэль очень тщательно и утверждал, что она абсолютно здорова. У нее не было ничего похожего на мое заболевание. У меня же это, видимо, была спонтанная мутация. Хотя в глубине души я всегда сомневалась, говорит ли доктор Муллен всю правду.
С другой стороны, Ариэль скорее всего более совершенна, чем я. Наверное, доктор Муллен поработал над ней более тщательно. Внес какие-то улучшения.
А если у нее та же самая болезнь...
Мама смеялась! Она не могла побороть истерический смех!
- Что тебя так развеселило? - спросила я, приподнимаясь на постели.
Мама стояла, сжимая между пальцами кусочек ваты.
- Ей в глаз попала соринка! - выговорила она между приступами смеха.
- Правда?
- Правда!
- Ариэль, теперь ты видишь хорошо? - спросила я.
- Да, теперь я вижу очень хорошо.
В полном изнеможении я откинулась на подушку. Слишком много всего за один день.
- Мы будем развлекаться? - спросила Ариэль.
- Нет, - покачала я головой, - пора спать.
И все же я не была уверена, что с ней действительно все в порядке.
Глава 7
Возможно, Ариэль заснула, хотя мне показалось, что я слышала, как она всхлипывала.
А я все не могла заснуть. Слишком много мыслей теснилось в голове. Столько всего произошло и изменилось за последнее время. Еще пару недель назад я даже представить себе не могла, что буду врать моим родителям. Я до сих пор несколько удивлена этим обстоятельством и не чувствую себя виноватой. Видимо, во мне все еще очень сильна обида на них. Ну и ладно. Я действительно на них зла.
Я-то всегда считала родителей такими хорошими, благородными, честными! А они готовы были пожертвовать Ариэль, убить ее - давайте называть вещи своими именами - и спасти мне жизнь. Она отдает мне свою печень, я остаюсь в живых, она умирает. Я настояла, чтобы мне пересадили лишь половину ее печени, и это удалось. Но, я думаю, родители не испытывают к ней никаких теплых чувств, кроме, может быть, благодарности за мое спасение. Наверное, они стараются полюбить Ариэль? Взять хотя бы эти изменения ее личности в последние дни? Если бы такое произошло со мной, они бы переполошились, немедленно потащили бы меня к психиатру... А поскольку все происходит с ней, они готовы легко поверить на слово доктору Муллену.
Кстати, где гарантия, что они не в заговоре с доктором Мулленом, как в прошлый раз? Вдруг они сговорились и лгут мне. Но зачем? Что они теперь могут скрывать от меня?
И тут меня словно током ударило. Я подскочила на кровати. Может, у меня слишком разыгралось воображение, но я не могла выбросить это из головы.
Схватив телефонную трубку, я тихонечко вышла из комнаты. Родители уже спали, свет везде был выключен.
Я поспешила через весь дом - через кухню, столовую, гостиную - в другой конец дома, где у нас была малая гостиная. Присев на диван, я позвонила Эмме. У нее отдельный номер, поэтому я не боялась потревожить ее родителей, хотя и сама она не любит, когда я ее бужу. Однако я сплю гораздо меньше и иногда звоню ей довольно поздно.
- Эмма?
- Миранда, это ты? - спросила она сонным голосом.
- Извини, что разбудила, но я не могу ждать.
- Что такое?
- Наверное, у меня паранойя. Вспомни случай с бассейном! Люди не могут забыть то, чему учились. Я имею в виду, что можно изменить поведение, привычки, характер, хотя это и трудно, но невозможно разучиться плавать. Я уверена, она не разыгрывала меня, как утверждали родители. Она с ними соглашалась, но явно сама в это не верила.
- Ну? И что из этого?
- Прибавь к этому все остальное. Она стала по-другому разговаривать, она теперь вроде бы не знает, кто она такая. Я не верю, что это все из-за той дурацкой рубашки. Понимаешь?
- Ты же не думаешь... - Она замолчала.
- Эмма, что, если это не она?
- О, черт!
- Я - клон. Она - клон. А если эта Ариэль - не настоящая Ариэль? Если ее подменили?
- Но зачем? По-моему, более правдоподобно - если уж подозревать худшее, - что они что-то сделали с ней? С ее сознанием? Или ее мозг перестал нормально работать, возможно, появились какие-то новые проблемы с самим процессом клонирования?
Это меня тоже тревожило. Самое страшное, если произошли нарушения в работе мозга. Вдруг начнутся личностные изменения - это ужасно! Ведь у доктора Муллена было много неудачных попыток, прежде чем он добился успеха с нами. А с Ариэль его постигла неудача. И теперь это проявилось. Вдруг и это случится со мной? Неужели я следующая? Внезапно забуду, кто я такая? В конце концов один раз я уже тяжело заболела, а ведь доктор Муллен явно этого не планировал.
- Я должна все выяснить, чего бы это мне ни стоило. Правда, нужно для нее и для меня. Одно я знаю точно - что-то не так. После того как у нас побывал доктор Муллен, мне стало совершенно ясно: он приказал ей вести себя непринужденно и весело, как прежняя Ариэль, но эта, новая, понятия не имеет, ни о чем. Она просто повторяет: "Давай развлекаться. Давай веселиться".
- Я спрашивала отца про лабораторию.
- Ну и?..
- Ничего. Он говорит: работа там тщательно контролируется, доктор Муллен ведет себя нормально. Но ведь у твоего отца много клиник по всей стране.
- У него есть еще одна здесь, в городе. Это самая обычная больница, там не проводится никаких исследований. Я хожу туда к своему педиатру.
- Может, у него есть другие секретные клиники? - предположила Эмма. - Ведь до поры до времени ты и не подозревала о той, где работает доктор Муллен.
- А как мне это выяснить? Отец мне не скажет. И потом, я не уверена, не замешаны ли мои родители еще в чем-нибудь сомнительном. Ужасно не доверять отцу с матерью! - добавила я.
- Да, это плохо, - согласилась Эмма. - Надо найти какой-то выход.
Я засмеялась.
- Миранда, в чем дело? - забеспокоилась Эмма. В дверях стояла Ариэль.
- Она здесь, - сказала я в трубку.