Что ты сделал: [роман] Клер Макгоуэн
Пролог
Он душил ее! В это трудно поверить, но его пальцы еще несколько минут назад сдавливали шею, заставляя хватать ртом воздух, но тот почти не попадал в легкие. А потом на нее обрушилась смертельная тяжесть тяжесть мужчины, прижавшего ее к земле.
Ноги замерзли, ведь она лежит на траве босая, и царапины на них саднят. Голова раскалывается, горло пересохло. И, кажется, что-то еще не так Женщина хочет закричать, но голоса нет, как в кошмарных снах, когда надрываешься от крика, но при этом не издаешь ни звука. Неужели он отобрал у нее голос?
Она пытается приподняться, убедиться, что жива и относительно невредима. Но он причинил ей боль, и эта боль скручивает ее, не давая двинуться с места. А между тем дом так близко, всего в каких-то нескольких десятках метров! Но для нее они сейчас равны километрам. Никто не слышал и не видел того, что случилось. Никто не поможет ей.
Его здесь нет, но он не успел уйти далеко. Внезапно боль отступает перед приступом страха, который сжимает грудь, и она снова начинает задыхаться. Он здесь! Он где-то рядом!
Надо встать, выбраться отсюда, найти кого-то, кто поможет, спасет. Вокруг темно. Она смаргивает слезы и замечает в окне спящего дома желтый огонек
Глава первая
Но в тот момент, когда Карен появилась на пороге моей кухни дрожащая, в измятом черном платье, с кошмарными, похожими на отпечатки типографской краски синяками на шее, я оказалась не готова. Стояла, окаменевшая от ужаса, и все, чего желала, отмотать время назад и вернуться в то мгновение, когда все еще было хорошо.
Карен надрывно всхлипнула, и я поняла: сейчас она скажет что-то страшное. Предательский голос в моей голове вскричал: «Не надо! Молчи!», но она заговорила:
Он меня изнасиловал. И повторила: Он изнасиловал меня.
В чайнике кипела вода. Джоди стояла рядом с кофеваркой в руке. И не я, а она нашла в себе смелость спросить:
Кто, Карен? Что случилось?
Карен произнесла имя и рухнула на колени. Волосы у нее были всклокочены и торчали в разные стороны, а по бедру медленно стекала кровь и капала на пол. Позже, после
прокрутила в голове свой список: Каллум и Джоди в комнате для гостей, Карен у Бенджи, Билл в кабинете Майка над гаражом, а Джейк в палатке. Джейк сам настоял на этом по какой-то не понятной мне причине. Всем ли будет удобно, или мы будем громоздиться друг на друге?
Майк подошел ко мне сзади и взял за плечи.
Ты слишком озабоченная, сказал он. Расслабься! Это ведь просто ужин с друзьями, а не телешоу «Давай поужинаем вместе». Даже если у нас и не все безукоризненно, Карен не будет переживать.
Зато я буду. А у Джоди есть привычка отпускать замечания, на первый взгляд безобидные, которые потом еще долго приходят на ум и портят настроение.
Им нужен ланч, как думаешь? спросила я.
Уже больше двух часов, вряд ли они его ожидают, ответил Майк. Чашка чаю, кусочек пирога в саду Я пока подержу оборону.
Но
Эли, послушай, Майк развернул меня к себе и поймал мой взгляд, какой смысл было все это затевать, если не получать удовольствие? Давай, любимая, взбодрись, как говорит Кэсси!
Не могла она так сказать, это немодное слово.
Конечно, «немодный» это же самый передовой сленг!
Когда он отошел, я почувствовала, что узел, будто стягивавший меня изнутри, чуть-чуть ослаб. Наши руки двигались в унисон, протирая, убирая и поправляя. Он прав: они наши друзья и не ждут от нас идеального порядка. Все будет хорошо.
Я услышала шуршание колес по гравию. Это приехала Карен.
Глава вторая
Моим ужасным боссом? мгновенно подхватила Карен. На прошлой неделе он заявил, что мы все должны снова подать заявления о приеме на свои собственные должности.
Ничего себе! Это просто возмутительно! Я уверена, что это незаконно, правда, Майк? Майк?
Он тряхнул головой, как собака, попавшая под дождь.
О чем вы? Не могу уследить за вашей беседой. Мне надо ее записать, а потом прослушать на нормальной скорости.
Окружающие всегда удивлялись, как ловко мы с Карен перескакиваем с одной темы на другую, будто обезьяны с дерева на дерево. Иногда мы запросто возвращаемся к чему-то, что обсуждали час назад, и продолжаем говорить как ни в чем не бывало.
Я улыбнулась подруге через стол. Она так молодо выглядела в узких джинсах и топике, почти таком же, как у Кэсси. А я выбрала платье в цветочек. Не самое лучшее. Оно придавало мне слишком материнский вид. А ведь Карен родила раньше меня в двадцать пять.
Она выразительно посмотрела на Майка:
Нам столько всего надо обсудить!
Карен жила в Бирмингеме, а мы в Кенте, потому виделась я с ней не так часто, как хотелось бы. А желание поговорить копилось и скручивалось внутри, словно шланг под давлением, и при встрече моментально вырывалось наружу. Но мне надо было уходить я посмотрела на часы через пять минут. Черт, вот досада!
Здесь у вас так красиво! Вам очень повезло, протянула Карен, оглядывая сад.
Агент по недвижимости рекламировал дом как жилье «для зрелых и развитых», отчего Майк еле сдерживал смех, а я изо всех сил настаивала именно на этом варианте.
Задний фасад красного кирпичного здания поздней Викторианской эпохи был обращен к лесу. А с другой стороны, через лужайку, стояло всего три дома. Было полное ощущение, что мы живем в деревне, хотя магазины Бишопсдина находились всего в десяти минутах ходьбы, если продраться через лес.