Но преступник выиграл много времени и мчался уже по Большой улице. Когда же Иохим вот-вот должен был его настичь, вор нырнул в Кручёый переулок. Это был такой извилистый переулок, что он сам с собой несколько раз перекрещивался. Говорили, что в его изгибах можно было наткнуться на амого себя.
Погоня продолжалась. У Иохима от бега по этому переулку закружилась голова. Ему казалось, что дома крутятся вокруг него, как на карусели. Гидону стало плохо, он опустился на край тротуара.
Разбойник тоже, видимо, ошалел от бесконечных поворотов и в конце концов опять выскочил на улицу Большую. Следом за ним свернул и детектив. Иохим увидел, что преступник бежал сначала прямо, а потом махнул в переулок Тихий. Там всегда была такая тишина, что даже еле слышный шёпот звучал, как громкий крик. Теперь между стенами домов гремело эхо: вор и детектив припустили по переулку во все лопатки.
Иохим напряг все силы, и расстояние между ним и преследуемым стало понемногу сокращаться. Они пробегали как раз мимо кинотеатра, когда злодей вдруг бросился к вращающейся двери и скрылся в тёмном зале.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Большинство смотрело фильм с интересом, но кое-кто и дремал. С правой стороны последнего ряда доносилось лёгкое похрапывание, вне всякого сомнения это был Тим-Енот.
Иохима заботило только одно: как бы не упустить из вида преступника. То есть он заботился об этом до тех пор, пока не разобрался, что происходит на экране.
Детектив плюхнулся в свободное кресло и уже не спускал с экрана глаз.
Но наконец-то фильм окончился. Зажгли свет, зрители стали продвигаться к выходу.
За те несколько минут, что продолжался фильм, Иохим совершенно забыл о погоне. Теперь он быстро огляделся и понял, что грабителя среди выходящих из кино нет. Наверно, он только пробежал через зал и улизнул через запасной выход.
Перед кинотеатром преступника не было тоже. Ну, конечно, ведь не стал бы он ждать, пока его схватят. Бормоча проклятия в собственный адрес, Иохим пошёл по Малой улице к лавке Бонифация-Барсука. «Если бы у этого грабителя была хоть капля здравого смысла, он непременно остался бы в зале, чтобы посмотреть такой увлекательный фильм!» размышлял Иохим.
Семейство Барсуков шныряло по дому в ночных рубашках. Все проснулись, когда грабитель выскочил в окно. На верху лестницы стояли держась за руки Линус и Лина. Немножечко испуганные, но полные любопытства.
Я совершенно разорен! причитал Бонифаций. Иохиму стало не по себе. Но вспомнив, что говорилось в Заочном Курсе Частных Детективов, он почувствовал себя увереннее. А говорилось там вот что: «В конце концов всякий преступник совершает какую-нибудь ошибку, которая его непременно разоблачит. Преступления без ошибки не существует».
Теперь уже и вся выручка из кассы... стонал Бонифаций. Хуже всего, что исчезли ключи от несгораемого шкафа. Они были в кассе. Вам следует знать, господин Лис, что в этом несгораемом шкафу хранятся сокровища. Брошки с прелестными голубыми камушками, булавки к галстуку из почти настоящего золота.
Идите спать, решительно проговорил детектив. У меня есть предчувствие, что тайна скоро разрешится.
Он проследил, чтобы все легли в постель. И, прикрыв одеялом барсучат, вернулся к себе домой.
По давней привычке он заглянул в висящий на сосне перед домом ящик для писем и газет. Обычно он бывал пустым, но сегодня!.. Иохим извлёк из него маленький розовенький конвертик. Всякий был бы приятно удивлен, получив неожиданно розовое письмецо. Уголки губ Иохима растянулись до самых ушей!
Он вошёл в дом и вскрыл письмо. Когда же он кончил читать, схватился за голову и завопил:
Ай-яй-яй, конца не будет этим несчастьям! Затем он сел в кресло для гостей и вскоре заснул.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
«Милый Иохим! Постарайся быть дома, потому что утром я приеду. Сердечные поздравления от тётки Амалии».
Детектив вздохнул, отложил письмо.
Тётка Амалия порой бывала одной из милейших на свете тёток. Но в следующее же мгновение она могла оказаться чрезвычайно сердитой или даже разгневанной. Дважды в год она навещала Иохима и оставалась у него на неделю.
В каждый свой приезд она приносила ему в подарок горшочек с кактусом. Она убедила себя, что Иохим безумно любит комнатные растения в горшочках.
Со временем у него в доме набралось столько кактусов, что они уже не умещались на подоконнике. Несколько горшков Иохим вынужден был поставить в кладовке, несколько под кровать, а один кактус держал на печке.
Кроме того, тетка Амалия была одной из самых глухих тёток на свете. Правда, не так давно она завела себе слуховой рожок и с тех пор стала слышать лучше. Но это случалось лишь тогда, когда она желала воспользоваться своим рожком.
И вдруг в глаза Иохиму бросилась маленькая записка, приколотая к столу кнопкой. На ней было написано:
«КТО ШПИОНИТ И ВМЕШИВАЕТСЯ НЕ В СВОИ ДЕЛА, ТОТ ПЛОХО КОНЧИТ СВИСТЯЩИЙ ИКС».
Детектив почувствовал, что ноги у него подгибаются. Свистящий Икс, самый опасный преступник на всём свете!
Иохиму вспомнилось, что он читал в газетах об этом разбойнике. Никто и никогда его не видел. Не было ни замка, ни засова, которые бы не открылись, когда являлся Свистящий Икс. И он не оставлял никаких следов.