Грубая рука схватила ее и развернула лицом к себе.
Это оказался Джейсон Армстронг.
Ее поймали!
ГЛАВА II ПОЗДНИЙ ПРИЕЗД
У Джейсона Армстронга была узкая, продолговатая голова с тонкими, почти бесцветными волосами, гладко зачесанными назад. Крючковатый нос торчал на лице подобно птичьему клюву. Белинда и прежде говорила о его сходстве с какой-то хищной птицей, так что теперь Трейси показалась себе мышонком, очутившимся в когтях голодного орла.
Он потряс ее за плечи.
Кто вам велел подняться сюда? заорал он. В эти комнаты нельзя никому входить. Как вы посмели беспокоить моего отца?
Трейси вырвалась из его рук.
Извините, пробормотала она. Я не хотела ничего плохого. Я просто подумала, что ваш отец, возможно, захочет кофе. Я не знала, что он лежит в постели. Тут она нагнулась, чтобы собрать с пола содержимое подноса.
Оставьте! в бешенстве завизжал Джейсон и, вытолкав ее, с громким стуком захлопнул дверь спальни. Мой отец прикован к постели. Он страшно болен. Его глаза сверкнули. Разве вам не сказали, что сюда запрещено подниматься персоналу? Неужели вам никто об этом не сказал?
Ну, да, вроде как промямлила Трейси, уже начиная приходить в себя от шока. Кто-то мне в самом деле говорил, что сотрудники не поднимаются в пентхаус, но я решила, что их сюда просто не посылают. Она с надеждой улыбнулась. Я не поняла, что это им запрещено. Мне только хотелось быть полезной. Тут она прибегла к своей самой невинной и широкой улыбке. Значит, я ошиблась, да?
Джейсон Армстронг смотрел на нее так, словно не верил ей. Потом он немного успокоился; с его худых щек исчезла розоватая краска раздражения.
Что ж, никакого вреда вы не успели причинить, ворчливо произнес он. Но больше сюда никогда не приходите, понятно? Трейси кивнула. Моего отца нельзя беспокоить. Ни при каких
Холли была оптимисткой и всегда во всем видела только хорошее. Ее кровать стояла возле двери, Трейси расположилась в середине, а кровать Белинды была втиснута под самое окно, смотревшее на фасад здания.
Ну, ничего хорошего здесь нет, фыркнула Трейси. Она лежала на полу и выполняла свой обычный комплекс вечерних упражнений. Сейчас я едва не вышибла себе мозги, треснувшись лбом о ножку твоей кровати. Ее голова показалась над одеялом Холли. Эй, Белинда! Как ты думаешь, нам разрешат заниматься в гимнастическом зале, пока мы тут работаем?
Не знаю, мне на это наплевать, ответила Белинда, не отрывая голову от подушки. Тут нет даже телевизора! простонала она в свою очередь. Могли дать нам хотя бы телевизор!
Здесь его все равно некуда поставить, засмеялась Холли. И вообще, кажется, ты только что заявила, что смертельно устала и хочешь только одного спать?
Через десять минут они уже лежали под одеялами и беседовали в темноте, обмениваясь впечатлениями о запретном пентхаусе Уилфреда Армстронга и о подозрительном поведении Гордона Рикмана.
Что-то в нем есть такое сказала Холли. Мне трудно объяснить это словами, но я могу поклясться чем угодно с этим человеком связана какая-то тайна. Она кивнула головой сама себе, так как подруги ее не видели. Я намерена за ним следить, это точно.
Белинда проснулась среди ночи с пересохшим ртом. Пошарив рукой, она нащупала свои очки и посмотрела на маленький дорожный будильник, который ей дал на эти дни отец. Увидев время, она тихонько застонала от досады. Всего лишь половина второго.
Она попыталась снова заснуть, но, чем больше прилагала усилий, тем сильней ее терзала жажда. В конце концов, она не выдержала, слезла с кровати и стала пробираться на ощупь к двери. По дороге она ударилась большим пальцем ноги о кровать Холли и, схватившись за ногу, запрыгала от боли, стараясь не шуметь.
Белинда? Это ты? послышалось сонное бормотание подруги. Что ты делаешь?
Я хочу пить, прошептала Белинда. Спи.
Заснешь тут, проворчала Холли, глубже зарываясь в теплое одеяло.
Белинда кое-как добралась до двери и без дальнейших осложнений протиснулась в узкую щель.
Коридор был тускло освещен. Ближайшая ванная находилась на другом конце коридора. Белинда прошла на цыпочках мимо лестницы, спускавшейся в холл, тихонько проскользнула в ванную комнату и выпила несколько пригоршней воды прямо из-под крана.
Она вытерла руки и уже собиралась вернуться в постель, когда услышала хруст гравия под шинами, прозвучавший необычайно громко в ночной тишине. Заинтригованная тем, кто это приехал в конференц-центр в такое позднее время, она подошла к окну и взглянула вниз.
Маленькое окошко выходило на темный двор перед особняком. Белинда разглядела длинную дорогу, которая вела к удаленным воротам обширного имения Данрейвен. Справа виднелась автостоянка для гостей. Она была плотно заставлена двумя рядами машин; под ночным беззвездным небом все они казались серыми.
Автомобиль подъехал с правой стороны к широким каменным ступенькам, которые вели к парадному входу. Белинда разглядела, что у него четыре дверцы. Еще ей показалось, что он темно-синий, хотя было так темно, что она не могла утверждать это наверняка.
Из машины вышла черная фигура мужчина, догадалась она по очертаниям. На приехавшем была куртка или пиджак, и больше ей ничего не удалось разглядеть. Он нес в руках какой-то предмет. Чемодан? Нет, что-то слишком массивное и округлое для чемодана скорее это похоже на спортивную сумку. Мужчина поднялся по ступенькам и исчез за парадной дверью.