Это была телеграмма из Москвы. В ней говорилось, что аппарату военного советника предписано проанализировать целесообразность нахождения советской авиагруппы на территории Сирии.
Странный запрос, товарищ генерал, ответил я.
Вот и я про тоже. Но мы люди военные, верно? Сказали делаем.
Так точно.
Твоё мнение?
Понятно, что мне льстит такое внимание со стороны Борисова. Такие вопросы, касающиеся целого воинского контингента, обычно даже не всем генералам задают.
Товарищ генерал, всей обстановки на фронте я не знаю. Но что я знаю точно, перемирие не подписание мирного договора.
Его подпишут. А потом начнут готовиться к новой войне. И так всегда.
Генерал отпустил меня на подготовку к перелёту. Выйдя на улицу, я немного постоял, посмотрев на окружающую обстановку.
Яркое солнце Сирии припекало, а знойный ветер прижигал щёки. Сирийские техники возились со своими машинами, а наши сидели под навесом и что-то активно обсуждали.
Со стороны нашей палатки ко мне быстрым шагом шёл старший испытательной бригады.
Сан Саныч, мы тут команду получили. Пора собираться? уточнил он.
Да.
Днём все вещи были погружены в огромный Ми-6, а техсостав подготовил для нас Ми-28 для перелёта. Оставалось пройти традиционный предполётный медосмотр.
Взяв два апельсина с шоколадкой на презент, я пошёл к Белецкой. Как и всегда, я замыкал нашу группу. Пока ждал окончание медосмотра Кеши, думал над тем, куда можно пригласить Белецкую на свидание.
А чего тянуть кота за «причинное» место, когда мне эта девушка нравится! Красивая, умная, заботливая. Да, иногда вызывает желание ей ногу прострелить, но я ж быстро отходчивый.
Но есть что-то в Антонине, что определённо меня к ней влечёт.
Когда Кеша закончил, вошёл я. И был неприятно удивлён.
Сан Саныч, а чего отдельно зашли? Могли бы всей группой, спросил у меня доктор.
За столом сидел мужчина лет пятидесяти с настоящими «будёновскими» усами и приветливо мне улыбался. Ничего плохого про этого добряка сказать не могу, но я ожидал другого человека здесь увидеть.
Здравствуйте! Самочувствие хорошее, предполётный режим не нарушал, ответил я традиционным докладом.
Присаживайтесь, Сан Саныч. А это вы мне апельсины принесли? Я, кстати, их люблю, едва сдерживая улыбку, спросил врач.
Получается, что вам, ответил, и мы вместе посмеялись.
Ладно, давай осмотрим тебя и отправим в путь. Возможно, скоро домой полетите?
Пока таких команд не поступало.
Доктор улыбнулся, пошевелив усами, и надел мне рукав тонометра. Быстро измерив давление, он записал мои показания в журнал.
120 на 80. Это хорошо. Жалобы есть? спросил доктор.
Нет. Хотел бы у вас утонить, а где сержант Белецкая?
Вы не первый, кто за сегодня задаёте этот вопрос. Антонина девушка видная. Эх, где ж мои годы молодые Она срочно вызвана в Дамаск. В «белый дом». Лично заместитель главного советника по политической работе звонил и сказал её немедленно освободить от всех задач.
Так-так! Интересно, и часто вот так её вызывают в столицу?
Понял вас. Всего вам хорошего, ответил я и встал со стула.
Александр, дело не моё, но вижу, что ты мужик хороший. Поэтому предупредить хочу. Поговаривают, что у неё большая любовь приключилась. Возможно, стоит к кому-то другому присмотреться. Она у меня на хорошем счету, и мне не хотелось бы проблем со стороны
Спасибо за совет. Не беспокойтесь, с Антониной Белецкой меня связывают исключительно рабочие отношения.
Ну вот и славно. Рад, что мы с вами друг друга поняли, поскольку я её к вам в Тифор собираюсь отправить.
Да не торопитесь. Пускай все поставленные в Дамаске задачи выполнит, ответил я и отправился на вертолёт.
В груди неприятно завозился червячок. Ну а на что я собственно рассчитывал? Мы с ней долго не виделись. Не муж и жена. Свободные люди. Каждый из нас имеет права на отношения.
И всё равно мысль, что к ней прикасается другой мужик, раздражает.
Мда, заставил доктор «Будённый» задуматься.
Придя к вертолёту, я быстро надел подвесную систему и автомат. Инженеры смотрели с недоумением, как бы спрашивая, зачем он мне нужен при полёте над территорией Сирии.
Саныч, вроде же начинаем мириться уже? спросил один из техников.
Пока только начинаем. Ничего. Не сильно тянет, ответил я и полез в кабину.
Кеша уже занял своё рабочее место, а вот я почувствовал изменение у себя. Дело касалось запаха в кабине. Ощущение, что я где-то рядом с раздачей пищи в плохой курсантской столовой нахожусь.
Кеша, а у тебя тоже в кабине запах, как в столовке? спросил я.
Ага. Такое ощущение, что под креслом что-то разлили.
Я осмотрел кабину и не нашёл источника запаха. Затем взглянул на остекление кабины, которое было хорошо очищено от остатков мух и мошек. И именно после этого меня посетила мысль, откуда такой аромат.
Други, а вы чем стёкла протёрли? спросил я у техников, выглядывая из кабины.
Уксусом, Сан Саныч. Просто нечем было. А тут новая технология! поднял один из техников указательный палец вверх.
Технологии новые, а схемы у вас старые. Спирт где? уточнил я.
Техники промолчали. Естественно, что прозрачная жидкость была применена по прямому назначению.
Через полтора часа мы приземлились в Тифоре. Работа на этой базе шла своим чередом. Истребители МиГ-23 выруливали на полосу, а МиГ-29 с подвешенными ракетами стояли в готовности к запуску.