Слегка отвлекшись от унылого процесса затянувшегося ожидания сперва на непринужденно мелькающие перед глазами девичьи прелести, а потом и на великолепный кофе, который оказался не растворимой гадостью, чем обычно пичкали посетителей в столичных присутственных местах, а настоящим, умело и с душой сваренным из свежесмолотых поджаренных зерен, викинг, казалось, не заметил, как пролетели без малого три четверти часа, и лишь после того, как огромные напольные часы в футляре из потемневшего красного дерева звонко пробили десять, на пороге приемной появился невысокий, начинающий полнеть, если не сказать, что уже сформировавшийся, толстячок в потрепанном, кургузом официальном мундирчике, когда-то давно знавшим значительно лучшие времена, но все-таки чистеньком и тщательно отутюженном, с неожиданным для провинциала отраженным на петлицах дубовыми листьями высоким званием комиссара второго ранга полицейского генерала. И не взирая на добродушную, почти домашнюю внешность вошедшего, его ласковый взгляд на рыжую девчушку «Здравствуй, Эмилия!» «Ага..» викингу вдруг нестерпимо захотелось встать с кресла, выпрямиться и сомкнуть каблуки модных ботинок в полувоенном приветствии.
Повинуясь первоначальному, сильному, будто навязанному извне импульсу, подняться-то он, конечно, поднялся, но вот желание щелкнуть каблуками в себе подавил беспощадно, не хватало еще провинциальному полицейскому ощутить себя старшим в их невольном тандеме, но, кажется, комиссар Феликс Тарон визитер знал, к кому он пришел не заметил невольных колебаний в настроении викинга.
Здравствуйте и вам, уважаемый, почти пропел полицейский, слегка привстав на цыпочки, что бы пристроить на антикварные «рога» высокой старинной, как и все вещи в приемной, вешалки принесенный на сгибе левой руки форменный плащик. Какая же жара на улице, и это ранним утром, а на дворе-то еще апрель, а что же тогда будет летом Вы проходите, проходите
Комиссар отомкнул дверь кабинета своим ключом и пропустил гостя первым. Апартаменты начальника местной полиции оказались размерами в четверть приемной, да и мебелью обставлены самой простой, канцелярской, закупленной управлением, видимо, лет сорок назад, именно тогда было модным матерчатое покрытие стульев, острые углы столов, высокие и неудобные подлокотники кресел.
Дождавшись, пока гость устроится возле пустынного, даже без обязательного в таких местах перекидного календаря, письменного прибора или простого стакана для карандашей, стола, полицейский с явным удовольствием и сам плюхнулся в явно насиженное служебное кресло.
Итак, кто я такой, думаю, вы знаете не хуже меня самого, чуть лукаво, но добродушно, сказал комиссар. Теперь хотелось бы узнать кто вы?
Чуть заметно напрягшись, чтобы в очередной раз перебороть свое желание выпрямиться перед полицейским, викинг достал из внутреннего кармана просторной кожаной куртки удостоверение личности с вложенным в него служебным предписанием, аккуратно положил его на стол перед комиссаром и только после этого счел нужным представиться устно:
Капитан Хольм, Рихард Хольм, Особый отдел Департамента Безопасности.
Из тех самых Хольмов? поинтересовался комиссар, кольнув быстрым взглядом викинга и тут же пряча глаза в развернутое служебное предписание особиста.
Из боковой ветви, спокойно ответил Рихард. Тот самых Хольм мой двоюродный
дедушка.
Тем не менее, очень рад такому знакомству, заявил полицейский, возвращая гостю его документы. И несказанно ему удивлен. Что могло заинтересовать Особый отдел в такой глухой провинции, как наша? Здесь тихий, маленький городок, все друг друга знают, никаких резонансных происшествий не случается, раз-другой в год ограбление или кража, но это стараются залетные гастролеры, их чаще всего арестовывают тут же, на выезде из города или на вокзале, или на единственном шоссе, а так пьяный дебош, драка между соседями, ну, еще парочка самоубийств среди студентов.
Так вы и студентов всех знаете, как своих соседей? как бы, сразу приступая к делу, уточнил слова о «маленьком тихом городке» капитан Хольм.
У нас не столичное учебное заведение, в котором полно вольных слушателей, вечных студентов, недоучившихся и взявших академические отпуска бездельников, радушно пояснил комиссар. Наш университет небольшой и очень э-э-э специфический. Здесь, еще со времен Средневековья, обитали исключительно алхимики, теперь вот изучают классическую химию и немного биологию, как продолжение химии органической. В таких науках трудно преуспеть лодырям и бездельникам даже с тугим карманом, хотя, конечно, молодежь есть молодежь, бывает, что и буянят, особенно по окончании сессий, наркотиками балуются, но только привозными, мы здесь это дело пресекли на корню. Впрочем, не мое это дело знать и понимать, в вашем предписании строго указано: «Оказывать все возможное содействие», вот этим и буду заниматься, господин капитан. Вы, кстати, уже устроились?
Не стал торопиться, я прямо с утреннего поезда, успел ответил особист, но был тут же перебит словоохотливым комиссаром.
и очень удивились безлюдью и даже отсутствию такси на вокзале, легонько засмеялся полицейский. Вы знаете, в городе встречают только своих, кто предупредил заранее, а туристов обычно привозят организованно, автобусами, с поезда выходят редко, раз в полгода, вот потому таксисты и не дежурят у вокзала это даром потраченное время, хотя служба такси в городе отлажена отменно, прибывают максимум через десять минут, без разговоров отвезут в любое место, а по сравнению со столичными ценами вам покажется, что у нас возят совсем задаром. Три «семерки» с любого телефона очень рекомендую. Так вот о гостиницах, могу вам порекомендовать приличное заведение нет-нет, никаких процентов с этого я не получаю, по рангу не положено, но дело в том, что университетские общежития с давних времен пользуются э-э-э специфической славой. Что-то среднее между левацкой коммуной с общим имуществом, вечными спорами о вечных истинах и, извините, борделем с доступными девчонками, общими спальнями, дешевым вином и отвратительным табаком. Вот потому многие из серьезных студентов, особенно курса со второго-третьего, подыскивают себе жилье в городе, подальше от таких прелестей alma mater. Но при этом все-таки остаются достаточно шумными, веселыми молодыми людьми, не всегда строго соблюдающими правила поведения в приличном обществе. Вам ведь, господин капитан, совсем не хочется проснуться в три часа ночи лишь от того, что кто-то отмечает день рождения своей подружки, ну, или удачный синтез бензола на лабораторной работе?