Буддийский Восьмеричный Путь, похоже, действительно обеспечивает превосходный набор указаний тем, кто жаждет обрести толику покоя в светском мире; но что в нем пользы для тела, которое не имеет эго и не обладает способностью к различению?
Просветленное существо действует соответственно своей природе и движимо инстинктом, чувствами и эмоциями, а не следует набору изобретенных человеком правил, управляющих моралью, этикой и поведением, которых не существует в природе, какими бы похвальными они ни казались. Эго вот в чем проблема; благое эго ничуть не ближе к просветлению, чем дурное эго.
Рожденный принцем, Сиддхартха познал крайности роскоши и лишений. Он решился отказаться от своей аскетической жизни и следовать духовной садхане посередине между этими двумя крайностями, ныне известной как Срединный путь.
Сразу после того, как Сиддхартха принял решение вернуться в мир, к нему пришла молодая крестьянская девушка и предложила ему чашку риса. Вкусив этой пищи, Сиддхартха сбросил
свою изодранную одежду и омылся в ближайшей реке. Затем он сел под деревом (деревом бодхи ) и поклялся, что не сойдет с этого места, пока не достигнет высшей и окончательной мудрости. Он просидел под деревом весь день и всю ночь и к следующему утру стал Буддой, «пробужденным».
Два года Сиддхартха практиковал йогу, четыре года аскетическое самоограничение; он был предельно истощен и близок к смерти; он съел одну чашку риса и сел под священным фикусом. На следующее утро, проснувшись, он достиг «мгновенной нирваны».
Если эта история верна, то как могла простая садхана Будды привести к рождению широкой системы взглядов на ритуал и поведение, именуемой буддизмом?
Безусловно, буддизму нет равных как светскому духовному пути, он помог и помогает миллионам людей во всем мире жить осмысленной жизнью. Вот только он не ведет к просветлению.
Традиция заявляет, что неспособность достичь просветления является изъяном индивидуального человека, которого винят в том, что он недостаточно хорош, недостаточно дисциплинирован, недостаточно добродетелен или недостаточно развит. Вина никогда не возлагается на действительного виновника на саму неэффективную духовную дисциплину или ложные представления и заповеди, на которых эта дисциплина основана. В свете современных знаний этот подход более не приемлем.
Все духовные дисциплины, признают они это или нет, имеют одну общую цель, и цель эта достичь нирваны. Традиционные формы садханы неэффективны, поскольку они подходят к вратам самопознания из бодрствующего состояния. Они пытаются создать брешь в потоке мысли в тот момент, когда биохимические механизмы в мозговом стволе активно сопротивляются любым изменениям в состоянии сознания. Проблема в том, чтобы найти какой-то путь, позволяющий обойти этот подавляющий нервный контроль; решение подойти к вратам из состояния сна, а не бодрствования и использовать нестесненную духовную энергию сновидений для воздействия на трансформацию.
Религия должна быть действенной. И как только она перестанет быть эффективной, ее сменят.«мгновенного просветления».Карен Армстронг
Увы, ошибается именно Далай-Лама. На беду свою, Тензин Гьяцо был рожден в духовной традиции, которая ошибочно полагает, что просветление это нечто такое, чего можно достичь в будущем, может быть, даже после нескольких жизней дисциплины и добродетельного самопожертвования став лучшим, более высокоразвитым индивидуумом, свободным от негативной кармы.
Не существует никаких доказательств, поддерживающих точку зрения Далай-Ламы. Напротив, в главах первой, второй и четвертой этой книги мы имеем несколько примеров индивидуумов, которые действительно пережили мгновенную нирвану без предшествующей садханы, и ни одного задокументированного примера человека, который обрел бы самопознание благодаря дисциплине и тяжкому труду или став более высокоразвитой личностью. Мгновенное просветление , хотя и случается крайне редко, является нормой.
Имеет ли смысл идея о том, что возвращение к просветленному состоянию должно занимать
взгляды и предрассудки как участника, так и наблюдателя ведут к всевозможной путанице и неверному пониманию.
Причины этой путаницы понятны: если бы мое духовное пробуждение в 1978 году сделалось постоянным, я бы и по сей день верил, что ключом к нему была йога, и рекомендовал бы ее всем и каждому. Утрата этого трансцендентного состояния и последующие неудачные попытки вернуть его принудили меня усомниться в жизнеспособности йоги и искать альтернативного объяснения. Только после моего второго пробуждения, которое не было связано с практикой йоги, я сумел увидеть общие черты обоих этих опытов и обнаружить в них то, что действительно было существенно.
Будда по сей день остается почитаемой духовной иконой, ибо он один из очень немногих людей за последние 2900 лет, которым удалось обрести просветление. Если учения, приписываемые Будде, жизнеспособны, если моральное и этичное поведение ключ к нирване, тогда почему со времен Будды не было ни одного просветленного буддиста?