Так проще. Так не настолько страшно.
Ты удалишь книгу, девчонка. Ещё как удалишь. Но ты ответишь за ту порнографию, которую написала про меня. Дорого заплатишь, мой взгляд опускается на губы молодого человека, которые растягиваются в страшной улыбке, не обещающей мне ничего хорошего.
Я ничего Ничего не писала про тебя, шепчу слабым голосом.
Молодой человек резко отталкивается руками от стены, достаёт из заднего кармана джинсов телефон, проводит пальцами по экрану и поворачивает его ко мне. Я вижу обложку. Вижу название. «(Не) единственная для развратного». Мой псевдоним. А в аннотации замечаю имя парня, нависающего надо мной мрачной скалой.
Это какая-то ошибка, я подаюсь вперёд и смотрю на экран с неверием. Это точно ошибка. Какой-то глюк. Я такого никогда не писала!
Читателям своим будешь рассказывать эти сказки, мышь, рука парня вдруг оказывается на моём горле.
Сжимается на краткое мгновение, перекрывая доступ к кислороду. Я распахиваю глаза, с ужасом смотрю в жёсткое лицо, на котором ходят желваки и горят яростным огнём глаза.
Я клянусь, шепчу онемевшими губами.
А я не верю, сучка, Дамир склоняется низко, снова дыханием опаляет лицо.
Вглядывается сощуренными глазами в перепуганные и распахнутые мои. Шумно выдыхает, большим пальцем проводит по моей шее, криво ухмыляется и говорит чеканя каждое слово:
Ты будешь отрабатывать каждую написанную букву. Будешь вытворять всё то, что описывала в этой похабной книженции. На коленях. И не только. И начнёшь ты уже сегодня, мышь. А я всё запишу и так же выложу в интеренет. На всеобщее обозрение.
Я удалю. Всё удалю. Это ошибка, говорю шёпотом. Я молю тебя, отпусти.
А мне плевать, мышь, ошибка или нет, его нос практически прижимается к щеке, дыхание обжигает нежную кожу шеи и подбородка. Твоя страница. Твоё имя. И ты ответишь. Сегодня.
Дамир ещё раз ощутимо сжимает мою шею, окидывает тяжёлым взглядом и уходит, оставив меня стоять у стены. Трясущуюся от страха и ужаса.
Я попала. И никто не сможет мне помочь. От Дамира Белова нет спасения.
2
Глава 2Катя
Я с трудом отлипаю от стены, поднимаю разбившиеся очки с пола и на дрожащих от пережитого ужаса ногах иду в аудиторию. Как только я вхожу, устанавливается оглушающая тишина. Я вжимаю голову в плечи и, вперив глаза в пол, иду в конец аудитории. Я чувствую, как со всех сторон меня сверлят любопытные взгляды. Снова раздаются шепотки и смешки.
Я сажусь на стул, достаю из сумки телефон, дрожащими руками захожу на сайт, на котором выкладываю книги. От количества уведомлений у меня кружится голова. Я открываю страницу с редактором выложенных книг и в ужасе округляю глаза. Паника накатывает, и я едва сдерживаю желание закричать.
Нет. Нет!
Такого просто не может быть! Это не моя книга! Я обновляю сайт, но роман никуда не исчезает. Он завершён. И на нём такое огромное количество библиотек, что даже мерещится, что кто-то просто использовал фотошоп.
Боже мой, бабулечка родненькая, это что же такое? испуганный всхлип вырывается
из грудной клетки.
Дамир не солгал. Это на моей странице появилась книга, о которой я ничего не знала. Я быстро нажимаю на кнопку «выйти со всех устройств». Перехожу в редактор, вижу, что книгу добавили сегодня ночью.
И она продаётся. От количества продаж и прописанной в отчёте суммы я в растерянности выдыхаю. Роман о Дамире Беловом стал бестселлером.
Дрожащими пальцами нажимаю на кнопку «прекратить продажи», пишу в техническую поддержку сайта, объясняя, что произошло. Я знаю, что за пять минут я не смогу снять книгу с сайта. Как и удалить её у тех, кто уже купил роман.
Божечки, хнычу, когда вижу, что открыт доступ для скачивания.
Ледяной страх накатывает на меня волнами. Трясущимися от плохого предчувствия пальцами я вбиваю в поисковой строке свой псевдоним и название романа. И в то же мгновение выскакивает как минимум пятнадцать разных сайтов, на которых можно прочитать и скачать роман бесплатно. Со стоном бессилия опускаю голову на сложенные на столе руки, по щекам начинают течь слёзы.
От страха, ледяного ужаса меня сковывает по рукам и ногам. Тело становится деревянным, а мысли скачут в голове, как испуганные зайцы. Хаотично и путано.
Токарева, Вы закончили свои эротические опусы ночью, решили на моих парах спать?
Насмешливый голос преподавателя разносится по аудитории, вызывая злорадные смешки. Я выпрямляюсь. Вскидываю глаза на преподавателя и мучительно краснею.
Простите, я быстро смахиваю слёзы со щёк, закусываю нижнюю губу и пытаюсь восстановить сбившееся дыхание.
Какой ужас! Весь университет знает об этом?
Я с огромным трудом дожидаюсь окончания пары, стараясь слишком не вздрагивать, когда колкие шутки преподавателя вновь и вновь касаются меня. Сжимаю пальцами край свитера, сверлю взглядом стол, глотаю слёзы. Мне очень хочется вскочить и позорно сбежать. Но я не должна пропускать пары.
Слишком тяжело далось мне поступление в университет.
Когда пара заканчивается, я первая подрываюсь с места и кидаюсь к выходу из аудитории, но голос преподавателя заставляет остановиться и отойти в сторону, чтобы пропустить усмехающихся однокурсников: