Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Наступило тихое весеннее утро. Стрельба на несколько минут прекратилась. Солнце быстро поднималось над горизонтом, веяло свежестью, а на лесных лужайках, на молодой ярко зелёной траве, блестела роса. Выйдя из лесной зоны, 5-я гвардейская стрелковая дивизия пошла в атаку на город Пилау и попала под обстрел своих «катюш». Потерь удалось избежать, так как быстро связались с артиллерией по рации и «катюши» стрелять перестали.
Перед городом мы увидели большую и глубокую воронку, в неё вошёл бы двухэтажный дом. Солдаты гадали, отчего возникла эта воронка. Пришли к выводу, что таких мощных бомб и снарядов не существует, очевидно, здесь был склад боеприпасов, который взорвался.
Наша дивизия вначале шла во втором эшелоне, затем и мы вступили в уличные бои. Сражения в городе для нас уже стали привычными, и к вечеру город был в руках советских войск, лишь старая крепость не сдавалась, да на море изредка случались стычки между кораблями и катерами.
На отвоёванных улицах зажглись костры, солдаты грелись и отдыхали. На окраине Пиллау обнаружили настоящую баню. В ней мылись до нас немцы, то есть это здание предназначалось для такой цели. Прежде мы мылись в не приспособленных для этого помещениях. Баню затопили, нагрели воды, и солдат по очереди стали запускать на помывку. Я дождался своей очереди и пошёл мыться. Здесь произошёл невероятный случай: в бане мы встретились с моим двоюродным братом Володей Смирновым, который жил в нашей семье в Данилове. Мы оба были раздеты. Я уже помылся и собирался уходить, очень торопился, чтобы не отстать от своего полка. Полк посылали в обход города в сторону пролива Зеетиф. Володя наоборот, только что вошёл.
Коля, это ты? неуверенно обратился он ко мне.
Я тоже в недоумении смотрел на брата. Володя возмужал, подрос и был не очень похож на того Володю, которого я видел в последний раз в 1942 году.
Вовка, здравствуй, обнял я его. Он был потный, пропахший гарью, на лице пятна грязи и синяки.
Извини, я тороплюсь. А ты, в какой части служишь?
Володя мне назвал номер своей дивизии и полевой почты, но я потом забыл. Из-за контузии память стала плохая. Запомнил только, что он воевал в армии генерала Баграмяна. Он проводил меня в раздевалку, и мы наспех поговорили. Обменялись какими-то фразами, не имеющими значения, а главного не успели сказать, растерялись.
После войны мы виделись только два раза. Володя и письма потом не писал, не навещал нас в Данилове. Я понимал, что он был обижен на маму, за то, что она в войну отказалась его приютить в нашей семье. Но на то была очень серьёзная причина, и у Володи был отец, который работал и мог о нём позаботиться. О его дальнейшей судьбе мы узнавали от родственников.
Под впечатлением от встречи с братом, я побежал догонять полк. Догнал своих солдат возле парка. В парке стояла на колышке табличка с предупреждением, что парк заминирован. Два бойца увидели убитого немца, на нём часы на цепочке и бросились снимать; один из них взорвался, а второй продолжал осторожно пробираться к трупу. Снайпера, затаив дыхание, смотрели, как он пробирался, взял часы и благополучно вернулся. Санька первый ударил его, отобрал часы, и другие тоже били солдата за жадность. Побили не сильно, но ему было обидно.
Затем полк вышел к заливу Фришес Хафф. Не далеко, в заливе, затонули подбитые баржи, на мелком месте
тебе лет? спросил он меня по-немецки.
Двадцать, ответил я.
Я подумал, ты старше. Выглядишь, как тридцатилетний. А где до войны жил?
В Ярославской области, в районном городе Данилове.
Майор снял фуражку, поправил рукой прилизанные тёмные волосы и продолжал говорить спокойно, словно мы старые знакомые.
В мирное время я долго работал торговым представителем, часто ездил в Киев и общался с русскими. Интересно, ты правильно говоришь по-немецки, без акцента. Но твой словарный запас ограничен. У тебя родители немцы?
Нет, я в школе изучал немецкий язык, и моя бабушка знала четыре иностранных языка, в том числе и немецкий. После этого он начал говорить по-русски, объяснив это тем, что мои ребята будут знать, о чём мы говорим.
И вдруг он резким тоном спросил:
Зачем пришли?
На переговоры.
Врёшь. Вы с оружием и пьяные. Вы случайно сюда приплыли
Я взглянул на своих солдат, они сидели с красными лицами, видно, что выпивши. Весь блиндаж наполнился винным перегаром. Пришлось сказать майору правду:
Господин майор, нас угостил самогонкой Генрих, который сидит в лодке. Мы, действительно выпивши, и мы не знали, что вас на острове много, мы думали, что здесь человек десять дезертиров прячутся. Командир полка послал меня и этих солдат посмотреть, кто тут бегает по острову, а если удастся поймать кого-либо, то привезти назад на лодке.
Майор очень серьёзно посмотрел на меня, опустил глаза и сказал:
Большинство наших солдат готовы сложить оружие, но есть среди нас фанатики, они убьют и вас и меня.
Затем он крикнул в сторону дверей:
Курт, зайди сюда!
В блиндаж заглянул солдат с испуганным лицом, он видимо подумал, что тут назревает заваруха, и держал автомат наготове.