Опять этот неизвестный газ. Прекратить? Соединяясь с Генкиным железом, кислород образует бурую окись ржавчину. Что ещё? Он применяется при сварке металлов и под водой в водолазных аппаратах.
Если это всё записать, получится четверть страницы. Мало! Добавить воды. Будет полстраницы. Кстати, вода состоит из кислорода и водорода. Ну и что? Кажется, я начинаю понимать, отчего это брошюры о кислороде такие тощие. Да, можно же заглянуть в брошюру. Одним глазом. Всё-таки сто страниц
Я заглядываю. Уже легче. В одной брошюре сказано, что кислород самый распространённый элемент на Земле; в другой ещё энергичнее, что он самый распространённый в природе. В тетради появляется первая фраза: «Кислород самый распространённый элемент на Земле и вообще в природе. В атмосфере его 23 процента (по весу), в воде около 89 процентов, в песке 53, в глине 56, даже человеческий организм больше чем на половину состоит из кислорода»
Очень приятно, когда твой элемент главный в природе. Нина, например, о своём празеодиме так не напишет.
Дальше ещё проще. Кислород открыт в 1774 году шведским аптекарем Карлом Шееле и английским химиком Пристли. Бесцветен. Очень активный газ: соединяется почти со всеми элементами (окисление). Не горит, но в его отсутствии горение невозможно (поддерживает горение). Сам он, конечно, гореть не может, потому что горение это и есть обычно соединение веществ с кислородом. Не горит и вода она сама продукт горения.
Практическое значение кислорода огромно. Он широко применяется при сварке и резке металлов, в металлургии, в химической промышленности, в горном деле, при подводных работах, для подъёма на большую высоту, и так далее.
Что теперь? Немного цифр. Вес 1 литра 1, 43 грамма (трудно представить; в большой литровой бутылке какие-то полтора грамма, а впрочем, ничего, сойдёт). Температура кипения жидкого кислорода минус 183 градуса. В 100 объёмах воды растворяется около 4 объёмов кислорода.
Ещё немного о воде (играет важнейшую роль), об озоне (состоит из трех атомов, тогда как обычный кислород из двух), о перекиси водорода (имеет формулу Н2 О2 ). Можно кончать. Думаю, 2 (после Генки) мне обеспечен
Я ошибся. Мой номер был раньше Генкиного. Как раз перед ним. Его признали «Химиком 29», а меня двадцать восьмым.
Звание «Химик 1» получила девочка, которая писала о ртути. С обычной девчоночьей дотошностью она достала старый градусник и «добыла» из него шарик чистой ртути. Этот самый шарик она исследовала вдоль и поперёк. Катала по столу, разбивала на мелкие шарики, клала на руку, даже лизнула, чтобы попробовать на вкус. Она нагревала ртуть в кастрюльке, ставила в холодильник и вообще возилась с ней, наверное, целый месяц
Генке не повезло. Он действительно описал свои впечатления о железе. И правильно описал. Но оказалось, что все железные вещи, которые он когда-либо видел, были сделаны не из железа, а из стали или чугуна. Сталь же и чугун, заявила Надежда Фёдоровна, очень мало похожи на железо Чистое железо блестящий белый металл, оно мягкое, с кислородом и водой не реагирует (и, следовательно, не ржавеет!), и прочее, и прочее
К Генке учительница химии испытывала слабость и сказала только, что к заданию он отнёсся несерьёзно, а вообще в работе у него есть интересные и смелые мысли. Мне же она сказала Впрочем, вот выдержки из моей тетради с пометками Надежды Фёдоровны.
«Кислород самый распространённый элемент на Земле и вообще в природе(?). Самый активный газ(?). Не горит(?). Горение это и есть соединение веществ с кислородом(?). Не горит и вода(?)».
И дальше в том же роде. Насчёт цифр (уж они-то точные) Надежда Фёдоровна ехидно заметила в примечании, что, поскольку я не привожу описания опытов, у неё нет уверенности, что эти данные получены мной самостоятельно. А когда я обиделся и сказал, что взял цифры из книг и что, кстати, все остальные сведения тоже, последовал краткий ответ: «Не списывай. Я предупреждала».
Но самое неприятное было впереди. Вздохнув, Надежда Фёдоровна сказала, что сейчас я не в состоянии понять даже свои ошибки и вообще, видимо, особых способностей к химии у меня нет. Ни теоретических, ни практических (незадолго до этого я разбил в лаборатории какую-то склянку, кажется ценную).
Самолюбие у меня, во всяком случае, было. Я смолчал, хотя говорить ученику такие вещи, по-моему, непедагогично. Однако и сносить обиды я не привык. На следующий день я взял в библиотеке учебник химии для институтов (автор профессор Глинка) и записался в химический кружок Дома пионеров.
Не скажу, что этот учебник дался мне легко (хоть он и был рассчитан на студентов нехимических факультетов). Но уже через месяц Надежда Фёдоровна довольно хмуро заметила, что я делаю некоторые успехи. В конце второй четверти она вынуждена была поставить мне пять с плюсом я отвечал на все вопросы и безошибочно писал самые сложные реакции. К концу года у меня была «твёрдая пятёрка» и прозвище «Профессор». Но это уже как-то потеряло значение я увлёкся химией.
Почему химией? Не знаю. Может быть, виноваты сказки: меня с детства увлекали всякие маги, кудесники и колдуны. А для человека, желающего творить чудеса, химия клад. Недаром в средние века без алхимии не обходился ни один мало-мальски уважающий себя волшебник.