- Дела, так дела, - буркнул Гонсалес, - садись. Или я тоже теперь должен стоять?
Он практически незаметно оттеснил меня к кушетке, и мне все-таки пришлось сесть на неё. Я устроилась на самом краешке, оглядываясь вокруг себя, на всякий случай. Мой взгляд выхватил фотографию в рамке на столе. С неё на меня напряженно смотрели двое: сам сеньор Ловейра и юноша, совершенно на него не похожий. Наверное, в мать, - подумала я.
- И что же ты хочешь мне сказать, Габриэла Ловейра? - прищурившись, Гонсалес стоял прямо передо мной в каком-то полушаге.
- Н-насколько мне известно, отец брал у вас деньги в долг, - произнесла я неуверенно, - срок ведь через три месяца истекает?
- Да, и? Ты что, готова отдать деньги? - вопрос его прозвучал так, словно он совсем этого не хочет.
- Я бы хотела узнать, под какое обеспечение он получил кредит?
Гонсалес жадно всматривался в мое лицо, словно пытался угадать,что именно мне известно. Наконец, он с облегчением рассмеялся.
- Какое там обеспечение, дитя моё. По старой дружбе, только по старой дружбе.
Я уже поняла, что он говорит неправду, и вообще зря я к нему пришла. Нужно было уносить ноги, подсказывала мне интуиция.
- Понятно, - коротко кивнула я, - еще один вопрос, вы позволите?
Гонсалес осклабился, утирая уголки губ.
- Конечно-конечно, Габриэла. Спрашивай, что хочешь.
Голос его при этом стал неприятно-масляным, а глаза загорелись нехорошим огнем.
- Если можно, хотела попросить об отсрочке. Отец погиб, сейчас я могу рассчитывать только на себя, и мне нужно чуть больше времени, чтобы вернуть вам долг.
Гонсалес сиял. Мне это было непонятно, хотя, скорее, я не хотела и боялась разгадывать ход его мыслей.
- Думаю, мы сможем договориться, даже уверен в этом, - голос отвратительного человека был слащав и опасен. Его поза неуловимо изменилась и я поняла, что сейчас он на меня набросится.
Что произошло в следующие несколько секунд, потом я сама смогла вспомнить с трудом. Наверное, от ужаса.
А сейчас с недоумением смотрела, как Гонсалес оседает на пол, хватаясь поочередно то за голову, то за руку, по которой стекали капельки крови. Вокруг валялись черепки графина, ранее стоявшего на столе.
Я почувствовала на губах солоноватый привкус крови и поняла, что прокусила Гонсалесу руку, да еще и графин о его плешивую голову разбила.
Он в страхе посмотрел на окровавленную свою клешню и, взвыв, приложил её к губам.
- Сучка! - крикнул он в панике. Но оттого, что рот его мусолил пострадавшую кисть, у него получилось Щучка.
А я вдруг неожиданно почувствовала себя сильной.
- В следующий раз голову откушу, - пообещала я ему, наклонясь, чтобы он меня понял.
И вышла с высоко поднятой головой. Вслед мне неслись проклятия и угрозы, но этого я уже не слушала.
Глава 11
Навстречу мне вылетела сеньора Мадуро, держа наперевес сковородку на длинной деревянной ручке. Увидев меня, она бросила её и кинулась ко мне.
- Девочка моя! - подхватив меня под руки, женщина втащила меня на кухню. - Я так и знала!
Только сейчас я почувствовала, как испугалась. Непонятно было, откуда у меня взялась смелость дать отпор.
Мадуро оглядела меня со всех сторон и вроде бы успокоилась немного. Подняла кверху голову, погрозила кулаком и пробормотала какое-то затейливое ругательство: я не разобрала.
- Ничего не случилось, сеньора Мадуро. Только я кувшин разбила о голову вашего хозяина и руку ему прокусила.
Женщина уставилась на меня недоуменно, а потом рассмеялась, тут же прикрыв себе ладонью рот.
- А я услышала шум и подумала: Не обошлось. Кинулась туда, но ты уже
- Да всё в порядке, сеньора Мадуро, только он не спустится сюда? Он был в бешенстве, как бы вам не попало, - я приподнялась.
Старая служанка презрительно скривилась и махнула рукой.
- Никуда он не спустится, только если позовёт меня собрать его. Сиди спокойно, только громко не говори.
Я опустилась обратно и обхватила голову руками.
- По-моему я сделала большую глупость. Если раньше он просто спокойно ждал и не беспокоился, то сейчас обозлён и может доставить мне еще больше неприятностей.
Сеньора Мадуро нахмурилась.
- Давай-ка я приду к тебе попозже. Посуду принесу и ты мне всё расскажешь подробно. Сейчас он очухается и всё равно позовет меня к себе.
Я благодарно коснулась её худенького плеча.
- Спасибо вам, сеньора Мадуро. Я отблагодарю вас. Приготовлю что-нибудь впрок, чтобы вам меньше забот было. Мне не трудно, я умею.
Женщина заулыбалась - ей явно понравилось моё предложение.
- Вот и хорошо, Габи, - коснувшись сухой рукой моих волос, она проговорила чуть дрогнувшим голосом. - Как же ты на мать свою похожа. Красавица.
У меня дрогнула какая-то струнка в душе, отчего глаза наполнились слезами. Женщина проводила меня до двери. Когда я сделала шаг за порог, сверху послышался рёв:
- Мадуроооо!
На перепутье дорог я задумалась: куда мне отсюда направиться - домой, к Карле?.. А потом свернула к морю. К хижине Пако Карвальо.
Старик сидел на перевернутом ведре у своего порога и чинил рыболовную сеть, которая, казалось, состояла из одних заплат. Был он хмур и трезв. Я уселась рядом на песок молча, скрестила ноги и, стянув косынку, подставила лицо солнцу.