Просто в другую комнату соседнюю с кухней.
Встал, прислонившись к стене спиной, закрыл глаза
Вообще-то я умею держать удар. Во всяком случае, мне так казалось. Но когда тебя бьёт ребёнок
Это по меньшей мере неожиданно.
Откуда она всё это узнала? Да, да, из супернета Я что хочу сказать: ОТКУДА Маша узнала, чем мы занимаемся с Суламифь?
Ты забыл, поручик, что окна твоей спальни выходят в тот же двор, что и окно девочки?
И что умный и наблюдательный ребёнок может увидеть очень многое, а главное сделать соответствующие выводы?
Когда ты перестанешь её недооценивать, а, поручик?
Я невольно улыбнулся.
Нет, то, что Алекс сейчас сказал это сущий кошмар, я действительно не озаботился тем, чтобы прятаться от чужих взглядов, находясь в своей собственной спальне.
Но всё же приятно было с ним поговорить. Хотя бы в своей голове
Устами младенца глаголет истина, рядом, как всегда беззвучно, материализовался Гоплит. И несмотря на то, что в одежде старый ящер предпочитал расшитые стразами спортивные костюмы от Гуччи, удержать его в поле зрения оказалось не просто.
Что вы хотите этим сказать?
Я отодвинулся. Всё ещё не мог преодолеть неприязнь, которую испытывал после его предательства.
Как мне объяснили позже, никакого предательства не было. Был ПЛАН. Составленный Алексом и Гоплитом в тесном сотрудничестве.
Но, как говориться: ложечки нашлись, а неприятный осадок остался.
Просто подумай, Сашхен: ты не мог никого видеть.
Шеф имел в виду ту гостиную, в которой я видел своих друзей, на фоне пылающего камина и с фужерами шампанского в руках.
Ты прекрасно знал, что Тарас, а также Гиллели и отец Прохор являются заложниками, а значит, ПРОСТО НЕ МОГУТ там присутствовать.
Я только знаю, что когда мы их искали, никого не оказалось дома, вот и всё, парировал я, уже чувствуя, что шеф прав, что я облажался, просто не мог, не хотел как следует подумать
Но Мириам, поручик! Ты же ЗНАЕШЬ: она не пьёт спиртного. Никогда, ни при каких обстоятельствах.
Вы хотите сказать, что это была ПОДСКАЗКА?.. ТАК я должен был понять, что меня водят за нос?
Я хочу сказать, Сашхен, что вам давно стоит принять свою истинную сущность.
Голос Гоплита так неожиданно врезался в мой мысленный диалог с шефом, что я вздрогнул.
Истинную сущность? я оскалился. Я стал стригоем СЛУЧАЙНО. Просто тогда я прерывисто вздохнул. Тогда казалось, что это наилучший выход. Мы были обязаны остановить Лавея, и Алекс
Нам предстоит долгий путь, вежливо, но непреклонно Гоплит прикоснулся к моему плечу. Долгий путь в тесном пространстве. Это как путешествовать в гробу только не одному, а в компании не слишком приятных вам людей.
И вовсе я не испытываю к вам
Я смутился.
Гоплит, как всегда, прав. Глупо отправляться в путешествие с людьми, которым ты готов перегрызть глотки.
Ну что, готовы? в дверях показался Алекс. Уже в походной своей, защитного цвета куртке и высоких шнурованных ботинках. За спиной его, в непромокаемом чехле, покоилась австрийская винтовка, одна из самых точных в мире. Валид приехал. Проше пани грузиться.
Гоплит посмотрел на меня испытующе.
Мы готовы, ответил я за обоих. Сейчас возьму куртку и выхожу.
Глава 2
Впрочем, Салим тоже остаётся, во главе небольшой, отлично вооруженной армии.
Как они действуют, я знал из первых рук, и даже с моим боевым опытом ни дисциплина, ни выучка не вызывали никаких нареканий.
Единственное, что мне не нравилось это то, как Салим смотрел на Антигону Но кто я такой, чтобы вмешиваться в естественный ход вещей? Они молоды, не лишены привлекательности, и самое главное, у них обоих бьётся сердце.
От соседки отчётливо несло валокордином, его не мог перебить даже стойкий запах табака.
У бедной женщины тряслись губы, сигарета прыгала в пальцах, словно живая. То заламывая руки, то бессильно комкая концы пушистой шали, Аврора Францевна порывалась что-то сказать, но только смотрела на Машу больными невыспавшимися глазами и молчала.
Когда я подошел, соседка вскинулась, метнулась наперерез словно я собирался дать стрекача.
Вы же позаботитесь о ней, правда?
Я хотел напомнить, что речь идёт не о канарейке, которую надо вовремя кормить и подливать водички в поилку Но сдержался. До недавних пор Аврора Францевна не слишком хорошо представляла себе, что это значит: быть матерью такого самостоятельного и инициативного чада, как Маша. И сейчас испытывала одно потрясение за другим.
Несколько дней назад, вернувшись с работы, она нашла дочку сладко спящей в собачьей будке, под бдительным оком самого Рамзеса.
Как потом выяснилось, девочка вернулась домой ранним утром, и никого не застав ни Антигоны, которой должна была передать моё послание, ни своей приёмной матери заползла в собачью будку и отключилась.
Её можно понять: детская психика, хотя и очень гибкая, всё же нуждалась в перезагрузке.
И вот теперь новая напасть.
Маша должна отправиться с нами, на поиски Шамана.
После того, как я, освободившись от сети, убедился, что паршивец сбежал, первым делом надо было решать, что делать со всем тем бедламом, что творился в заброшенной психбольнице. Или, как его называла Маша, «интернате».