Глава 7. Террорист
Так Митрич и оказался в «Электре» компании Алиталия, летевшей из Милана в Неаполь. Документы по которым он должен был лететь, принадлежали отставнику карабинеру, уволенному в отставку с половинной пенсией и пропивавшем ее в одиночку в рыбацком домике недалеко от Амальфи. Митрич сам придумал операцию прикрытия за пару дней до вылета к домику экс-карабинера подъехал джип оттуда вылез явный американский турист и сказал, что по приказу мистера Гримзделла, привез сеньору Капулетти два ящика граппы, в компенсацию за поцарапанную лодку. Джузеппе Каванти не был ни только Капулетти, а даже и не Монтекки, но у него уже два дня, как кончилось и спиртное и деньги, а до пенсии еще четыре дня и он за бутылку граппы, признался бы даже в том, что он Офелия и Джульетта в одном лице и посему, помог сгрузить ящики и уже через пару часов был в дрова.
А у Митрича полет проходил отнюдь ненормально В серединк салона выскочил мужчина с горящими лихорадочным блеском глазами, поднял над собой черную коробку на которой мигали красные огоньки и заорал, что самолет захвачен и должен лететь в Албанию. Митрич среагировал моментально он быстро свернул плед, засунул его под пиджак и тоже выскочив в проход, заорал, что это он угнал самолет и самолет должен лететь в Сомали. Первый угонщик вцепился в свою коробку, она развалилась в его руках и на под посыпались батарейки и обрывки проводов, больше в коробке ничего не было. А Митрич выдал ему мощный хук, после которого террорист улетел в проход и рухнул на пол сбив по дороге стюардессу. А Митрич, расстегнув пиджак и вытащив плед, рухнул в свободное кресло и начал ржать. Тут появился воздушный маршал, первым делом надевший наручники на террориста и с опаской подошедший к Митричу, но после того, как тот предъявил удостоверение тененте в отставке Корпуса карабинеров Джузеппе Каванти,
все стало на свои места. В аэропорту Неаполя, героя встречали корреспонденты, но тот закрывая лицо платком испещренным красными пятнами, сказал, что у него идет носом кровь от напряжения и ему срочно нужно в туалет, а из туалета его так и не дождались.
Когда через сутки к домику Джузеппе Каванти подъехали машины прессы, он как раз похмелялся последней бутылкой и отрицал любые проявления своего героизма, говоря, что просто плыл на лодке. Исходя из этой фразы, журналист назвал его в своей статье «Скромным философом», еще через неделю, ему сообщили, что героя ждут в Риме для награждения и роясь в тумбочке, тененте нашел там свой паспорт и удостоверение, которые не видел уже несколько
месяцев, после последней поездки в Амальфи, причем в паспорте был использованный билет на самолет.
Когда аспирант Василий, спросил, а как же мол документы и билет попали в домик итальянца, Митрич, подмигнул и сказал, что это уже совсем другая история
Глава 8. Авиакатастрофа на скачках
В этот раз империалисты готовили через своих прислужников, какую то мерзкую провокацию, а финансирование решили провести через местный ипподром, где как раз проходили Большие скачки и на третий день, наемники должны были получить в кассах кругленькую сумму, а учитывая, что Стипль-Чез проходил в конце третьего дня скачек, тот самый выигрыш выдавался после последнего заезда. И Митрич получил приказ, не допустить получения этих сумм супостатами.
Приказы надо выполнять, причем любые. Как говорил помощник Митрича по саперному делу, невыполнимой бывает только премия, а вот приказ только выполнимым.
Вариант с отъемом денег непосредственно у самих наймитов империалистических разведок отпадал, так как для нейтрализации трех дюжин профессионалов нужна была минимум рота, а так как была еще охрана скачек и местная полиция, все усложнялось. И оставалось только изъятие денег непосредственно из касс ипподрома.
Главное в таких операциях, если это конечно не грубый захват, это незаметность, а незаметность ребята бывает двух видов, сама по себе, типа камуфляжа или же за счет внешних отвлекающих маневров и маневры эти должны быть ну очень заметными и тут в этом городке появилась афиша фильма «Спасите Конкорд». И фильм и авиакатастрофы, стали буквально темой номер один. И Митрич решил разыграть авиационную карту. Что было очень в кассу, по поводу изъятия кассы, так это то, что дома в этой местности, строились весьма легкомысленные, ибо климат это позволял и многие строения были щитовыми в одну доску и контора ипподрома была построена по такой же технологии, так что Митрич решил просто и нагло войти в кассу прямо с улицы, а теперь для этого понадобилась еще одна операция прикрытия и вот наступил день «Х» На улицу перед задней стеной конторы ипподрома, которая была вмонтирована под трибуной, остановился фургон телефонной компании, из которого вылезли трое рабочих, один из которых одел «когти» и полез на столб, а двое достали две устрашающего вида мотопилы и стали с ними возится, подошедшему полицейскому они объяснили что будут менять столбы и ждут бригадира который их привезет, а мотопилами они будут эти столбы подгонять по размеру. И тут, у них над головой пролетел в сторону ипподрома небольшой самолет и спикировал куда то за трибуны, после чего вдалеке раздался взрыв, полицейский бросился туда, а телефонисты завели свои инструменты и подойдя к стене, споро вырезали в ней проход, в это время к ним подлетел джип из которого выскочили два парня и девица с автоматами и за телефонистами нырнули во внутреннее помещение касс. Оружие налетчикам не пригодилось от слова вообще, ибо персонал касс был впечатлен работающими мотопилами, а все сейфы были весьма удачно открыты, так что мешки, которые были у налетчиков при себе, с помощью персонала были набиты деньгами и погружены в фургон, который скрылся в клубах пыли эскортируемый джипом. «Авиакатастрофа» как раз и дала лишние минуты, за которые они все успели провернуть. За городом заехав в рощицу, фургон преобразился в грузовик нагруженный соломой, девица стала простой крестьянкой без автомата, а Митрич ее бородатым папашей, джип тоже поменял антураж, став полицейским и обзаведясь