Не достоин он идти в поход, и все тут! заявил Федя.
Олег с ним не согласился. Начавшемуся спору помешал звонок в дверях. Это на огонек к ребятам решил зайти Илья Львович.
Ну, как дела, будущие путешественники?
Ему дружно поставили сразу три стула; на каждом были навалены предметы, необходимые для похода. Таня Сосновская, не спуская восхищенных глаз со знаменитого профессора, поспешно убрала с одного стула кипу рюкзаков, смахнула с сиденья пылинки.
Палатки есть у вас? спросил профессор.
Нет, ответил Федя. Они очень дорого стоят
Илья Львович взял лист бумаги, попросил карандаш.
Смотрите сюда, он быстро набросал чертеж. Это палатка «памирка». В ней легко размещаются четыре человека вместе с походным снаряжением. Она хорошо защищает от непогоды, просто и быстро устанавливается. Такую палатку можно изготовить из легких и дешевых тканей, рекомендую бязь. Пропитайте ткань составом: полкилограмма мыла, граммов сто столярного клея, чуть-чуть серной кислоты и восемьсот граммов квасцов. Будет чудесный брезент! И весит палатка всего три килограмма. А ведь у нее и боковые стенки и пол! Девочки, обратился он к Ине, дело за вами! Шить умеете?
Руководящие указания Сергеев нам даст, и точка, сказала Кама.
Все рассмеялись.
А вы были на Збруче? спросила Илью Львовича Таня, все время выжидавшая момент, чтобы расспросить ученого о том, что интересовало ее все эти дни о Збручском камне.
Был, улыбнулся профессор и внимательно посмотрел на девочку. Она была в стареньком, тщательно выглаженном школьном платьице, коротковолосая, с большими серыми глазами. Ты и есть Таня? спросил Илья Львович. Ина мне много о тебе рассказывала. Археологией увлекаешься? Это наука, которая через прошлое помогает узнать о будущем.
Расскажите нам о камне, попросила девочка.
О камне? блеснул очками профессор. Ну, что ж, послушайте, ребята. Если вы бывали в Историческом музее, то, возможно, обратили внимание на высокий, четырехгранный двухметровый столб. Это копия Збручского камня, образца славянской культуры девятого века. Оригинал вот уже больше ста лет хранится в Кракове. На камне изображена славянская космогония. Внизу бог подземного мира, в середине люди и земля, наверху небо и боги. Небо к концу столба суживается, образуя человеческую голову с четырьмя лицами. Голова увенчана княжеской шапкой.
Вокруг этой находки разгорелась борьба науки и религии. О камне написано много статей. Иван Васютин в 19401941 годах, исследуя добытые материалы, высказал предположение, что Збручский камень ничего общего не имеет с религией древних славян, а просто был пограничным столбом, который как бы в четырех своих лицах представлял единение славянских княжеств того времени: Галицкого, Угорского, Киевского и Буковины
Таня оказалась единственной из присутствующих, видевшей в музее копию Збручского камня. Теперь она слушала археолога и завидовала Ине. Вместо рисования карикатур на озорников в классе она бы лучше побольше выпытывала у отца о том, как он работает в экспедициях, что находит при раскопках.
Я вот почему зашел, кашлянул Илья Львович. Васютин в «Комментариях» высказал мысль, что известный нам Збручский камень был не единственным в своем роде. Доказательства тесного содружества четырех славянских княжеств, которые мы находим в многочисленных документах, должны найти и дальнейшее подтверждение Так что вы, друзья, приглядывайтесь там, в своем походе.
Это
надо обязательно внести в наш план, поторопилась высказаться Таня.
Ребята поддержали ее. Илья Львович взглянул на часы: стрелки показывали половину десятого. Простившись с ребятами, профессор вышел на бульвар и сразу же попал под освежающий ветерок, струившийся с пруда.
На аллее Илья Львович встретил Антонину Антоновну. Она прогуливалась со своей Светланкой.
Как теперь учатся ребята, не мешает увлечение романтикой? поинтересовался профессор.
Нет, охотно ответила учительница. Сорванцов моих словно подменили. Никогда прежде они не занимались с таким, я бы сказала, рвением, как в конце этой четверти.
Я очень боюсь за Ину. Сын у меня вырос лентяем Знаю, сам проглядел, но почему, как это вышло? Я решительно отказываюсь от Виктора!
Мне думается, напрасно, заметила Антонина Антоновна. Никогда не нужно терять надежды исправить человека.
Так думают только начинающие педагоги. Да, я согласен, что исправить человека можно, но он все равно не будет таким, каким должен быть. В нем остается такая, знаете ли, червоточинка. Упущенного никогда не наверстаешь
Я не согласна! горячо заспорила учительница.
Не надо говорить об этом, поморщился профессор. Мне за шестьдесят, я больше видел! Сегодня Виктор ушел из дома. Он угнал мою машину и оставил вот что
Илья Львович извлек из кармана пальто бумажку, Антонина Антоновна прочла:
«Отец! Не сердись на меня, пожалуйста. Весна есть весна, и для меня нашлось дело. Победу я беру как свою долю в хозяйстве. Больше я ничего не требую. Еду на юг, где больше солнца; в Батуми у меня есть дружок».
Надо задержать его! воскликнула учительница.
Не стоит! Это не побег Феди Прибыткова, а нечто сов-сем дру-уго-е. Сорную траву