Очередной день ожидания на холмах над пепелищем Киева тянулся особенно мучительно. Дождь прекратился, но небо оставалось затянутым серой хмарью, и стылый ветер гонял по лагерю клочья тумана и запах гари. Армия занималась своим делом: пехота продолжала муштру, отрабатывая перестроения и приемы штурма на развалинах, стрелки упражнялись с луками и новыми самострелами, а плотники и отобранные Степаном силачи с пыхтением и криками собирали уже третью катапульту. Скрип дерева, стук топоров, команды десятников лагерь жил напряженной
жизнью подготовки, но подспудное беспокойство ощущалось во всем. Все ждали Веславу.
Я сам места себе не находил. То проверял посты, то наблюдал за сборкой осадных машин, то снова возвращался к своему шатру, пытаясь на карте прикинуть маршрут через древлянские леса к Искоростеню. Все зависело от того, что принесет разведка. Одно дело идти на врага, зная его силы и слабые места. Совсем другое ломиться вслепую, рискуя нарваться на засаду или упереться в неприступные стены.
Мои воеводы, Ратибор и Такшонь, тоже были напряжены. Мы почти не говорили о предстоящем походе, ограничиваясь обсуждением текущих дел тренировки войска, организации охраны лагеря, распределения прибывающих припасов. Все понимали: главный разговор впереди, после возвращения Веславы.
Наконец, под вечер, когда солнце уже начало клониться к горизонту, окрашивая тучи в грязновато-лиловые тона, дозорные на западном направлении подали сигнал возвращаются свои. Я тут же направился к краю лагеря.
Из леса показалось несколько фигур. Шли они медленно, устало, но двигались целенаправленно к нашему лагерю. Впереди стройная, гибкая фигура в кожаной броне. Веслава. И, судя по тому, что с ней было пятеро ее лазутчиков все, кого она брала с собой операция прошла без потерь. Это уже было хорошей новостью.
Они подошли ближе. Вид у них был измотанный. Одежда порвана, лица исцарапаны ветками, покрыты грязью. Веслава подошла ко мне, коротко поклонилась.
Княже. Мы вернулись.
С возвращением, Веслава, внутри все напряглось в ожидании. Как все прошло? Что удалось узнать?
Добрались до Искоростеня. Осмотрели подступы, стены, насколько это было возможно. Поговорили с некоторыми людьми на окраинах, кто не слишком рад власти местного князя. Информации много. И она неутешительная.
Говори, приказал я, жестом приглашая ее и подошедших Ратибора с Такшонем отойти к моему шатру, где нас уже ждали Степан и Искра. Лазутчикам Веславы я велел отдохнуть и подкрепиться.
Когда мы собрались у карты, расстеленной на импровизированном столе, Веслава начала свой доклад. Говорила она тихо, четко, без лишних эмоций, приводя только факты.
Искоростень стоит в очень выгодном месте, княже. На высоком берегу реки Уж. С трех сторон город прикрыт рекой и топкими болотами. Подойти можно только с одной стороны с юго-востока, откуда мы и пойдем. Но этот подход древляне укрепили основательно.
Она провела пальцем по карте.
Во-первых, естественные преграды. Лес густой, дороги плохие. Они наверняка уже устроили там завалы и волчьи ямы. Мы видели следы свежих работ. Во-вторых, перед самим городом глубокий ров. Широкий, заполненный водой из реки. Через него перекинут единственный подъемный мост к главным воротам.
А стены? спросил я.
Стены мощные, Веслава вздохнула. Деревянные, из толстых дубовых бревен, в два ряда. Высокие, метров семь-восемь, не меньше. Сверху боевой ход, укрытый. И башни. Много башен, княже. По всей территории, через каждые пятьдесят-шестьдесят шагов. Тоже рубленые, в несколько ярусов, с бойницами для лучников. Мы насчитали больше двадцати башен только на той стороне, которую могли видеть. Укреплено гораздо лучше, чем был Ростов. Видно, что готовились к осаде всерьез и давно. И я такого никогда не видела.
Это очень плохо. Такие оборонительные сооружения не типичны для этого времени. Или я чего-то не знаю?
А за рвом? Есть еще укрепления? уточнил Ратибор.
Есть. Перед рвом, по всему фронту, идет палисад. Частокол из заостренных бревен, врытых в землю под наклоном. Преодолеть его под залпом стрел со стен будет очень непросто. Получается тройная линия обороны: палисад, ров со водой и сами стены с башнями.
В шатре повисла тишина. Картина вырисовывалась безрадостная. Искоростень был настоящей крепостью, построенной с умом и знанием дела.
Что по гарнизону? спросил Такшонь.
Людей в городе много, ответила Веслава. Точно сосчитать невозможно, но, по нашим оценкам и по словам тех, с кем удалось поговорить, не меньше пяти тысяч воинов. Плюс ополчение из окрестных сел, которое согнали в город. Все вооружены копья, топоры, луки. Много опытных охотников, метких стрелков. Дух у них высокий. Они считают себя победителями после Киева, уверены в своих силах и неприступности города. Готовы биться до последнего. Запасов продовольствия и воды в городе, судя по всему, достаточно для долгой осады.
А князь их, Мал? Он в городе?
В городе. Держит всех в кулаке. Жесток, но пользуется авторитетом после киевской добычи. Похоже, именно он руководит обороной.
Византийцы? Или другие чужаки? Видела кого-нибудь? этот