Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
Левым табаньте!.. Правым
А ну, давай к берегу, приложив ладонь козырьком ко лбу, неожиданно приказал Довмонт, заметив в зарослях всадников. Двое подозрительных типов, без кольчуг, но на быстрых конях, прячась за деревьями, ехали параллельно ладейке. Взглядами провожали, следили
Хотят напасть? тиун тоже заметил возможную опасность. Здесь место удобное брод.
К берегу! погладив рукоять меча, повторил князь. Напасть не напасть, а посмотрим.
Ладья послушно свернула и ткнулась носом в узкую полоску песка. Все, кроме Довмонта, пригнулись, ожидая стрел. Выскочили, хоронясь за кустами Где-то послышалось конское ржание.
Ох, княже, Степан-тиун скрипнул зубами. Похоже, влипли мы. Надо бы в обрат.
Успеем, успокоил князь, прислушиваясь к голосам, что звучали невдалеке, за вербами и старой кривой ветлою. Вот снова заржал конь. Слышно было, как кто-то спешился что-то сказал засмеялся А голос-то, между прочим, был тонкий, женский
Довмонт сунул меч в ножны и выпрямился. Затрещали кусты
Ну, здравствуй, выйдя на берег, сверкнула зеленым взглядом юная разбойница-дева. Гляжу, на ладейке прогуляться решили? Что ж дев-то гулящих не прихватили? На этой-то лодочке дщери те завсегда Верно, борода многогрешная?
Скосив глаза на выглянувшего из камышей лодочника, девушка громко засмеялась. Словно в ответ ей, из-за деревьев послышались раскаты гулкого хохота.
Князь улыбнулся:
И ты здрава будь. Вот ведь, Господь дал свиделись.
Ты, я вижу, не очень-то рад?
Почему ж? Просто нынче дело серьезное.
Серьезное? Х-ха!
Дерзка, дерзка дева, остра на язык заноза! Платье на ней мужское, порты узенькие, лазоревая рубаха, темно-красный короткий плащ. Голова не покрыта, локоны каштановые по плечам. Вольная дева! Как хочет, так и ходит, как нравится так и живет, без оглядки, без страха в душе. Только вот надолго ли жизнь такая? Уж точно не затянется. Ну, еще год, другой Отправится князь в поход, некому разбойницу прикрывать будет вот и схватят, да на кол или голову с плеч запросто! Тем более Рогнедушка не только во псковской земле промышляла, шайка ее и на литовские земли лихими набегами хаживала, заглядывала и в новгородские, полоцкие, орденские
Рогнеда, я здесь чужаков ищу. Парни молодые, угрюмые. На лодке плыли Чай, не встречала?
Разбойница повела плечом:
Сама нет, а люди докладывали. Вчера видали парней вот я и хочу на них глянуть.
Вместе и глянем, утвердительно кивнул князь. Я своих возьму
Это ищеек, что ли? красавица сверкнула изумрудным взором и ехидно прищурилась. Хотя твоя воля
Поиски чужаков неожиданно затянулись, даже с помощью разбойников. Да немного их и оказалось, татей лесных. Окромя самой атаманши, еще с полдюжины человек, правда, все при конях да и на вид парни ушлые, палец в рот не клади.
Общими усилиями обследовали весь берег и прилегающую к нему рощицу березы, осинки, липы. Осмотрели и тянувшийся недалече орешник, заглянули и дальше, через луга, через заброшенное заросшее поле стернину
А вот и следы! Здесь кого-то вели, княже, сойдя с тропы, Степан склонился к пурпурным соцветьям кипрея.
Не в силах сдержать любопытство, дерзкая атаманша тут же насторожилась, спросила:
А почему вели, а не просто шли? И если вели то кого?
Отвечай, Степан Иваныч, разрешил Довмонт.
Тиун приосанился:
Кого вели не ведаю, а только воистину не своей волею шли. Да еще с руками связанными. Вон, на тропинке след поскользнулся кто-то Вот чтоб ты, дева, сделала, чтоб не упасть?
За эту б осинку схватилась, не раздумывая, отозвалась разбойница. А что?
А то, Степан Иваныч хохотнул и пригладил бородку, остроконечную, аккуратно подстриженную, кою не очень-то жаловали на всей остальной Руси окромя Пскова да Новгорода. Сама ж говоришь ухватилась бы. А тот, кого вели, не
ухватился упал. Вон, кустищи примяты.
Твоя правда, поглядев на смятые кусты, девчонка смутилась, но несильно, ее вообще мало что было способно смутить.
Людокрады негромко промолвил князь. Опять появились Сволочи
Ругательства «сволочи» по большому счету в те времена еще не было, оно еще появлялось только. На больших и не очень волоках обычно подвизались разного рода ватажки: помогали ладьи перетащить да и кой-что по мелочи, за не за просто так, конечно. Ватажники сии отличались буйным нравом и полным отсутствием всякого намека на благородство и хоть какую-то нравственность. Поскольку на волоках они не жили, а промышляли, как бы мы сейчас сказали «вахтой», то и вели себя соответствующе. Как всегда при родовом патриархальном строе. В своей деревне тише воды, ниже травы, а вот на воле Односельчан-соплеменников вокруг нет, не было кому присмотреть, пристыдить, наказать, если нужно. А нет, так и стесняться некого, и можно всё. Красть, драться, пьянствовать. Девок в чужой деревне украсть да пустить по рукам «в толоки», корову с чужого двора свести, коней приблудить Вот и называли таких людишек «с волока, с волочи». Людокрады именно такими сволочами и были.
И куда их могли увести? между тем вслух прикидывала Рогнеда. Там дальше болото, Маточкин Мох. Большое. И в полоцкие, и в литовские земли тянется. Страшная топь, кто там только ни водится Забредешь, не выйдешь, ага.